Лабиринты Гипербореи - Владимир Петров-Одинец

– Правда, Олен, дома надоело, у нас же там каникулы, – очень убедительно взмолился Тимур, – отдых после учёбы, типа отпуска. Ну, правда, толку от этой книги, всё равно не запоминается.

– Есть хочу, – не к месту ответил волхв, хлопая в ладоши, – девочки, накройте стол в тени! Отроки, вы трапезовать будете, или как?

Мальчишки согласились, занялись фруктами. Волшебнику принесли кусище отварного холодного мяса и салат. Перекусывая, Олен расспросил про вещички, найденные в сумке. Катушка с остатками шпагата, удочки и подводное ружьё его не интересовали, а вот фонарь – очень! Для объяснения Славка напомнил волхву опыты с атмосферным электричеством:

– В Затулье вы поставили высоченную мачту и пробовали жарить рябчика, а молния его сожгла…

– И эта силу можно собрать здесь? – Тринс рассматривал разобранный фонарик и трогал травинкой контакты аккумулятора. – Чтобы потом обратить в Свет? Конечно, как я не сообразил! Небесный огонь, стрелы Перуна! Я попробую.

Он так восторженно горел желанием понять, усвоить техническую новинку, что даже не спросил разрешения у Славки. Просто цапнул её и навострился в лабораторию. Тимур бесстрастно отметил:

– Сломает ведь, жалко.

– Да фиг с ним, с фонарём! Кто бы возражал, – друг отмахнулся, а в спину Олена крикнул. – Так что, разрешаете каникулы?

– Как хотите. Чтобы я насильно заставлял кого? Балбесы вы, знаний чураетесь, – бормотнул Тринс и добавил громкости в голос. – Рема, дай отрокам волю, но полдня – учёбы. Хотят, пусть гуляют, под надзором.

Дверь лаборатории захлопнулась. Мальчишки переглянулись и бросились наперегонки к лестнице, но тот же охранник, Гектор, стремительно их настиг и ловко сбил подножками:

– Куда?

Глава 19

Палик-камнеед

– Ты что, озверел? Больно же, – возмутился Тимур, поднимаясь с травы.

– Без приказа нельзя.

– Какого приказа?

Вместо ответа воин громко спросил:

– Рема, сыны бога хотят прогуляться.

– Пусть идут, – донеслось в ответ. – Только кофон захватите и головы укройте, чтобы не напекло.

– Не напечёт, – возразил Славка, но Гектор уже подталкивал мальчишек в сторону их комнаты.

В сундуке нашлись два пилоса. Надев эти соломенные шляпы в форме невысокого колпака, друзья почувствовали себя полными идиотами. Да ещё и хламис через плечо!

– Ну, на фиг, – отбросил шерстяной плащ Тимур, – на улице жарища, а мы как на полюс собрались.

Гектор отвесил ему лёгкий тычок, но не унял. Тимур попробовал приказной тон:

– Отвали, я сын бога, а ты кто, чтобы меня толкать?

– Воин храма Аполлона Дельфийского, – отрапортовал охранник, – что дальше?

– Не имеешь права меня бить!

– Не бью, а воспитываю, – пояснил Гектор, демонстративно отводя руку для полновесной затрещины, – как мне приказано. Наденешь или нет?

– Урод, вымахал здоровенным, так всё тебе и можно сразу, – заворчал Ашкеров-младший, поднимая с ложа пурпурный хламис.

Славка, который сразу понял бессмысленость спора, уже заколол плащ фибулой и сдвинул пилос на макушку. Тимур сделал то же, но застегнулся не на левое, а на правое плечо – для симметрии, как он выразился.

Прогулка вышла скучноватой. Под надзором Гектора они поднялись на вершину и осмотрели окрестности. Повсюду горы, горы, горы… Когда спустились, охранник предложил глянуть на аллею скульптур. Вот это было здорово! Бесконечные ряды то каменных, то бронзовых фигур тянулись справа и слева, а Священная дорога всё не кончалась.

– Слушай, Гек, – уже по-дружески спросил Тимур, – а зачем они всё дарят и дарят? Тут целый музей набрался!

Воин, как раз в этот момент гладивший по чешуйчатому брюху трёхголового медного змея, удивился:

– В знак уважения, как иначе? Рема говорит, тут пара тысяч, скульптур-то, не меньше. Самые ценные – в храме и рядом. А мне вот этот по душе… Правда, красавец?

Славка прищурился, вглядываясь в изгибы змеиных шей. Дракон – не дракон, а нечто очень знакомое… «Где я такого видел? Совсем не китайский, да ещё трёхголовый», – роились мысли, собираясь в отчетливое воспоминание из самого детства.

– Змей Горыныч! Вот ты куда залетел, земляк, – запанибрата облапал легендарного зверя Тимур, а потом заскочил на него верхом, с разбега.

Возмущённый Гектор бросился – стащить нечестивца! Славка немедленно выступил на защиту друга, загородил дорогу. Пока охранник обегал с другой стороны, Тим успел соскочить, пустился наутёк, лавируя между лавровыми деревьями и статуями. Тут решала не скорость, где мальчишки проигрывали Геку, а ловкость. Естественно, они оторвались от воина и с хохотом вбежали на храмовую площадь, уже свободную от посетителей.

В этот момент из дверей западной стены вышел Олен, волоча за ухо странного низкорослого чудика в оранжевой, почти огненного цвета, одежде. Тот верещал и пробовал вырваться.

– Что стоите, – волшебник махнул ребятам свободной рукой, – быстро помогли! Хватайте его, чтобы не удрал!

– Он кто, – уточнил Тимур, перехватив длинную и тонкую руку с приличной длины когтями, – воришка?

– Зачем сразу воришка? Камнеед ленивый, – непонятно пояснил архиерей, – нарушитель договора и обманщик. Но со мной этот номер не пройдёт, Палик, я тебе замену враз найду. А вот ты без пещеры куда денешься?

Подоспевший Гектор вложил все силы, приготовленные для расправы с Тимом, в удержание оранжевого Палика. Схваченный могучей ручищей, тот перестал верещать, включил очень натуральные, жалобные стоны. Славка не выдержал:

– Что ты его давишь, задушишь так. Послабее можешь?

– Не встревай, Яр. Не знаешь ты их лживую породу, и не лезь. Дай веревку, свяжем, тогда не удерет.

Гектор ответил сурово, придавил Палика коленом и ловко перехватил заломленные назад ручонки оранжевого пленника. Олен одобрительно кивнул:

– Сложи его ладони вместе. Подержи.

Несколько жестов, негромкий шепоток. Волхв закончил какое-то волшебство, и приказал охраннику:

– Отпускай. Вот так. Ну как, Палик, нравится, когда ладони склеены? Навсегда, заметь. Теперь пошли в адитон, там поговорим.

Треножник пустовал – время работы оракула на сегодня закончилось. Но золотой треножник пифии стоял на прежнем месте, над расщелиной. Архиерей остановился у треножника, ткнул в него пальцем:

– Почему? Я тебя спрашиваю, Палик. Почему?

Славка и Тимур переглянулись. «Олен явно гонит. Какое дело оранжевому до золотой табуретки? Пристал к пацану», – шепнул Тимур другу. Гектор легонько поддерживал щуплое тельце – одним пальцем за ворот. Палик дёргал руки, пытаясь разъединить ладони, сведённые за спиной. Это не получалось, и он стонал надрывно, заваливаясь на бок, теряя сознание.