Вишенка на торте - Кристофер Дж. Брайс

ПОД

ОДЕЯЛОМ, А Я СВЕРХУ, я решил, что ничего страшного не произойдет.

Кусочек торта.

Легко и просто.

Я ошибся.

Это самый мучительный опыт, который я когда-либо переживал. И это еще мягко сказано

если учесть, что в прошлом году я отправился с отцом в путешествие к Большому

Каньону, и он пукнул в машине.

Я уже упоминал, что это было самое жаркое лето за всю историю человечества, и поездка

длилась десять часов?

Эллиот ворочается и ворочается больше, чем сушилка на стероидах. Клянусь, этот чувак

мог бы питать небольшой город всей этой неугомонной энергией. И даже не начинайте о

храпе. Это- как если бы всю ночь у меня в ушах гудела сирена.

Я говорю о храпе, от которого дрожат окна, сотрясается земля, от которого и мертвый

проснется.

Я перепробовал все, чтобы заглушить его: беруши, аппарат белого шума Оливера, даже

эти модные наушники с шумоподавлением. Но ничего не помогает.

Как будто храп Эллиота проникает прямо в мой мозг, минуя все защитные механизмы. Но

это еще не самое страшное. Нет, настоящая пытка - это спать рядом с ним, отделенный

лишь тонким слоем одеяла. Я привык спать нагишом и позволять своим мальчикам

дышать свободно и легко. Но Эллиот стал моим соседом по кровати, и теперь мне

приходится надевать боксеры из уважения. Это чистая агония скажу я вам

Держать свои причиндалы в хлопчатобумажной тюрьме - это особый ад, который я не

пожелал бы своему злейшему врагу. Я просыпаюсь каждое утро весь в поту, а мои

боксеры прилипли к бедрам. Это отвратительно и неудобно, и я это ненавижу.

А вишенкой на вершине этого дерьмового мороженого является ежедневное буйство

утренней древесины. И я не говорю о поле, который у меня в комнате. О нет, это

полноценный, твердый, как стекло, стояк. Такой, который натягивает мои боксеры и

заставляет меня хотеть умереть от смущения.

До переезда Эллиота у меня была надежная система. Я просыпался на рассвете, улаживал

дела с помощью носка, а затем отправлялся в свой день с ясной головой и пустым

мешком.

Но теперь, когда рядом со мной дремлет Эллиот, мне приходится засовывать свой член

между ног и сжимать его, чтобы ослабить давление в паху. Я дошел до того, что мне

хочется свернуться калачиком и разрыдаться.

Но я не могу этого сделать, потому что Эллиот поймет, что что-то случилось. А я не могу

допустить, чтобы он знал, как сильно он на меня влияет. Или как сильно я хочу его.

___________

МНЕ КАЖЕТСЯ, Я УМЕР И ПОПАЛ В РАЙ. Место заполнено от стены до стены

студентами колледжа во всех костюмах, которые только можно себе представить.

Сексуальная медсестра болтает с парнем в костюме гориллы. Праздничная группа

супергероев Marvel в углу. А это...? Да, чувак в костюме гигантского банана. Только в

колледже.

Что касается меня, то я убитый футболист. Я тоже постарался на славу - порезанная

майка, жуткая рана на горле и даже несколько искусно синяки и пятна грязи, которые

очень украшают костюм.

Я люблю быть хоккеистом. Это моя жизнь, моя страсть. Но иногда, приятно на ночь

сбросить с себя эту личину и побыть кем-то другим. Кем-то более темным, более

жестким. Кем-то, кто не провел все свое детство на льду.

Оливер подходит ко мне, и я делаю двойной дубль. Он - невероятный Халк, но там, где я

думал, что выложился на полную, он выложился на полную, да еще и как. Все его тело

выкрашено в зеленый цвет, а волосы уложены назад с помощью геля.

«Чувак, ты действительно выложился на полную, да? Сколько времени это заняло у

тебя?» Оливер разминает гигантский зеленый бицепс.

«Дольше, чем я хотел бы признаться». Кайлу пришлось помогать мне в «труднодоступных

местах», - он понижает голос до шепота».

«Ты имеешь в виду...»

Я указываю на его промежность, не зная, хочу ли я знать ответ.

Он кивает. «Между ягодицами тоже».

Мои глаза чуть не выскочили из глазниц. «Не может быть».

«Ни за что. Но не говори ему, что я тебе сказал. Он убьет тебя во сне».

Я торжественно киваю. «Принято к сведению».

Из колонок доносятся звуки, и мое внимание переключается с Оливера на диджея в углу

гостиной. Он играет несколько отличные мелодии, все из которых Алекс отобрал

вручную. Я не совсем понимаю, какая, но во всех песнях фигурирует слово «магия».

Заиграла песня Селены Гомес «Magic», и, не осознавая этого, мое тело двигается в такт, а

я пытаюсь разглядеть в толпе знакомые лица. Учитывая измененную внешность каждого, это непросто, но в конце концов я вижу Кайла и Алекса, направляющихся к нам с

Оливером с напитками в руках.

Судя по всему, они соревнуются в номинации «Лучший костюм дуэта». Кайл - Гарри

Поттер, судя по круглым очкам и шраму в виде молнии на лбу. Алекс - Рон Уизли, ничего

удивительного. Волосы у маленького чувака такие рыжие, что их можно увидеть с

Международной космической станции.

«Ну, посмотрите-ка сюда», - говорю я, когда они подходят. «Если это не динамичный дуэт

Хогвартса».

«Умора, Жерард». Кайл закатывает глаза, но я вижу намек на улыбку.

Даже если он будет отрицать это до последнего, она есть. «Отличный костюм, кстати. Дай

угадаю, убитый футболист?»

Я широко раскидываю руки, чтобы он мог получить полный эффект. «Я подумал, почему

бы не принять роль того, кем я никогда не стану?»

Алекс переминается с ноги на ногу, ошеломленный. «Здесь, эм, много людей».

Я обнимаю его за плечи и ободряюще сжимаю.

«Эй, не волнуйся об этом, маленький чувак. Держись за меня, и я позабочусь о том, чтобы

ты хорошо провел время, хорошо?»

Прежде чем Алекс успевает ответить, Кайл угрожающе рычит. «Экспеллиармус!»

Удивительно сильным толчком он сбрасывает мою руку с плеч Алекса и смотрит на меня

с интенсивностью тысячи солнц.

Я поднимаю руки в знак капитуляции. «Эй, полегче, Кайл. Я пытался быть

дружелюбным».

«Ну и не надо». Кайл встает между мной и Алексом, как живой щит. «Алекс не нуждается

в твоем «дружелюбии», Жерард».

Я закатываю глаза, сдерживая язвительную реплику. Я понял. Кайл защищает своего

лучшего друга, но неужели он всерьез думает, что я оказываю развращающее влияние?

Тьфу ты. Вряд ли я здесь большой плохой волк. Это Дрю.