Охотники на тъёрнов - Ольга Куно

Назавтра аудиенция всё-таки состоялась, причём Винсент отправился на неё вместе со мной. Я оценила этот шаг, поскольку знала, что, во-первых, Воин вовсе не одобряет моего поступка, а во-вторых, не испытывает ни малейшей радости от встречи с королём. Во время аудиенции Винсент держался в тени, предоставляя активное участие в разговоре мне. Я изложила его величеству свои доводы и представила письменные показания свидетелей, на которые он, впрочем, взглянул лишь мельком и тут же отложил в сторону. Немного посверлил меня взглядом, не то пытаясь понять, каковы мои мотивы, не то просто потому, что им, королям, так положено. И, наконец, сказал:

— Что ж, если дело действительно обстоит так, как вы это представили, Торендо отпустят. У этого есть свои положительные стороны. Он — очень хороший командир и несомненно принесёт немалую пользу государству, если продолжит службу. Однако у меня есть все причины быть недовольным вашей работой. — Строгий взгляд на Винсента, затем на меня. — За то время, что вы находитесь во дворце, было убито три девушки. Если Торендо невиновен, стало быть, преступник так и не найден. Спрашивается, чем вы были заняты всё это время.

Я открыла было рот для ответа, но вместо меня заговорил Винсент.

— Ваше величество, вы отлично знаете, что мы не сидели, сложа руки.

Я недовольно покосилась на приятеля. Его слова были мягко говоря неподобающими, учитывая, что обращался он к королевской особе. Я хорошо знала, насколько ему неприятно выслушивать разнос из уст Рамиро, но нельзя было позволить темпераменту Винсента взять верх.

— Ваше величество, — я поспешила переключить на себя внимание короля, — вы совершенно правы: нам действительно до сих пор не удалось найти тъёрна, и это наш промах. Тем не менее позволю себе сказать, что кое-какие результаты у нас всё-таки есть. Благодаря нашим советам ваши люди составили список подозреваемых; мы проверили несколько человек из этого списка, и таким образом исключили некоторые имена. Признаю, это не тот результат, какой вам — и нам — хотелось бы видеть, и тем не менее без дела мы не сидели. Тъёрн, с которым нам пришлось столкнуться, чрезвычайно умён; мы дважды шли по его горячему следу, и оба раза ему удавалось ускользнуть в последний момент.

Я устремила на Рамиро взгляд, излучающий безграничную преданность своей работе и своему королю. Он пожевал губами.

— Хорошо, — сказал он затем. — Даю вам ещё один шанс. Оставайтесь во дворце и продолжайте искать преступника. Но предупреждаю: на сей раз я жду более весомых результатов.

— Мы сделаем всё, что в наших силах, ваше величество, — с поклоном сказала я, после чего, схватив Винсента за рукав, потянула его прочь.

— Ты это слышала?! — возмущённо воскликнул он, когда мы порядочно удалились от королевских покоев.

— Тише! — шикнула я, хоть это и была перестраховка: Винсент говорил эмоционально, но голос понизил. — Слышала, да.

— Он смеет выговаривать нам, как маленьким детям! — процедил сквозь зубы Воин. — Можно подумать, мы сидим здесь во дворце по собственному желанию и только и делаем, что вкушаем яства да слушаем музыку!

— Винсент, он — король, — полушёпотом напомнила я. — Он смеет делать всё, что взбредёт в его венценосную голову.

— Именно в этом и заключается проблема, — отозвался Винсент, и я заметила, как его рука сжалась в кулак.

— Послушай, в данном случае он не так уж неправ. Мы действительно пока не справились с заданием. Ты сам-то можешь припомнить, когда нам в последний раз так подолгу не удавалось выловить тъёрна?

— Не могу, — мрачно буркнул в ответ Воин.

— Вот видишь. И кроме того, будем откровенны: одного тъёрна мы всё-таки нашли. И моя вина, что мы не можем предъявить этого королю. Понимаю, тебе стоило немалого труда выслушивать его претензии, зная, что они не вполне справедливы. Я действительно очень это ценю.

— Да чёрт с тобой, — отмахнулся Винсент. — Главное, будь добра, не окажись следующей жертвой в ближайшую смену фазы. Тогда мы будем квиты.

— Не беспокойся, — серьёзно кивнула я. — Не окажусь.

Ирвина действительно выпустили в этот же самый день. За окном стемнело, занятия закончились, и, возвращаясь к себе в комнату, я пересеклась с ним в коридоре. Он выглядел значительно лучше, чем тогда, в тюрьме. По всей видимости, успел посетить свои покои, переодеться, умыться и вообще привести себя в порядок. Меня ничуть не удивляло, что именно этим он и занялся первым делом, прежде, чем показываться на людях.

Заметив меня, Ирвин сам, первым, направился мне навстречу. Я не видела причин избегать разговора, и тоже сменила направление, шагнув в его сторону.

— Тебя уже выпустили? — улыбнувшись, спросила я на ходу.

Он положительно ответил, просто прикрыв веки.

— Два часа назад, — сказал он затем.

Я кивнула, останавливаясь напротив Ирвина. Тёмные волосы, привычно весёлый взгляд, ставшая такой знакомой линия скул. И никакой решётки между нами. А на её месте — то, что куда как прочнее и незыблемее.

— Надеюсь, с восстановлением во всех званиях и возвращением на прежнее место службы? — уточнила я.

— Да.

— Поздравляю.

— Спасибо. Как тебе это удалось?

Отнекиваться, прикидываясь, что я тут ни при чём, явно не имело смысла.

— Это оказалось весьма тривиально, — поморщилась я. — Всё лежало на поверхности, надо было только захотеть увидеть. Те, кто был до меня, просто не захотели. Но как только король получил новую информацию, сразу же приказал тебя освободить.

— Я благодарен королю, — кивнул Ирвин, — но гораздо больше благодарен тебе. Чем я могу тебе отплатить, Стелла?

Он взял меня за руку. Я смотрела на свою ладонь, чувствовавшую мягкое прикосновение его пальцев, и думала. Действительно, чем? Как я могу ответить на этот вопрос? Стань человеком, измени свою сущность? Не пей мою кровь в ближайшую смену фазы, убей кого-нибудь другого?

Улыбка окончательно сбежала с моих губ. В горле пересохло.

— Ты действительно можешь кое-что для меня сделать, — тихо сказала я. Ирвин продемонстрировал всем своим видом, что он весь внимание, ещё не подозревая, в чём окажется суть моей просьбы.

Глубоко вздохнув, я собралась с духом и подняла на него взгляд.

— Я хочу попросить тебя, чтобы ты не преследовал меня и не искал со мной личных встреч, — негромко сказала я, убирая руку из его пальцев. И вынужденная видеть, как меняется его взгляд. — Я очень за тебя рада, и это чистая правда, но ты должен меня понять. Мы оба хорошо знаем, что между нами не может быть ничего серьёзного или продолжительного.