Русско-шведская война. 1610–1617 - Сергей Николаевич Бирюк

предыдущие шесть месяцев, когда король находился в Финляндии. Находясь в Швеции, он мог осуществлять полный контроль над всеми работами. Несмотря на активную подготовку, не все прошло гладко, но это было связано в основном с плохим состоянием экономики после тягот длительных войн. Небольшие денежные запасы затрудняли своевременную выплату жалованья солдатам, что впоследствии привело к серьезным осложнениям.

Блокада Пскова шведами в первой половине 1615 г.

После завоевания Гдова Густав Адольф пытался улучшить исходную ситуацию перед предстоящими мирными переговорами, в которых должны были принять участие посредники.

Горн попытался уговорить новгородцев принести присягу, которую король потребовал от них. Однако оказалось, что новгородцы вовсе не желают быть подданными короля. Теперь они были готовы скорее умереть, чем отделиться от Русского царства. Горн не желал демонстрировать королевское письмо с требованием присяги, и объявлять об окончательном решении до тех пор, пока не соберет войска. Так как у новгородцев было отобрано все, было неудивительно, что они ожесточились и вступили в тайные переговоры с Москвой. Они сожгли всю солому по окончании молотьбы. Кроме того, осенью почти не было накошено сена, так что через два-три месяца лошади бы стали околевать от голода. Горн решил, после получения из Швеции денег и припасов, выйти из Новгорода с частью войска в окрестные поля, часть же расположить под Псковом. Уборка сена и урожая на расстоянии несколько десятков километров от Новгорода была запрещена и не допущена. Кроме того, посев хлеба был запрещен в местности, удаленной до 100 км от Новгорода, так как этим хотели принудить новгородцев пойти на уступки[426].

После этой неудачной попытки принудить Новгород присоединиться к Швеции Горн начал готовиться к рейду на Псков. Предполагалось, что это мероприятие будет первым шагом перед летним походом на город.

Необходимо упомянуть, что сохранилась грамота Густава Адольфа псковичам. Король предлагал псковичам отдаться под покровительство Шведского королевства, т. е. присоединиться к Швеции. Густав Адольф обещал предоставить русским купцам право свободной торговли, а шведские купцы будут приезжать в Псков и снабжать хлебом и др. товарами. «Крестьянам и землевладельцам дана будет возможность снова обрабатывать свои поля, строить селения, так что всем будет хорошо, голод не будет никому грозить». Духовенству и монастырям король обещал сохранение прежних прав. Густав Адольф угрожал осадить город, если псковичи отвергнут предложение короля. Неизвестно, была ли отправлена грамота псковичам[427].

Когда 3 декабря 1614 г. Горн принял командование шведскими войсками в России в Новгороде, на местном театре военных действий царил полный покой. После поражения Трубецкого под Бронницей царю не удалось организовать новую армию, способную противостоять шведам. Основной причиной стала осада Смоленска, которая связала основные силы русских. Приказы, которые Горн отдал своим войскам, доказывают, что он не боялся угрозы со стороны русских. Он знал, что царю не удалось «добиться значительного усиления сил». В течение пяти недель из Москвы доходили слухи о том, что под Осташковом собрались две тысячи казаков. Их задача якобы заключалась в том, чтобы первыми прийти на помощь осаждаемому отрядами Карвацкого и Круклинского, городу Ребле, «находящемуся в 130 километрах от Плещова», а затем направиться к Пскову или Новгороду. По другим слухам, в Вологде собралось также несколько тысяч казаков.

Горн сообщил королю, что царь добился значительных успехов: говорят, он подавил мятеж Заруцкого в Астрахани, а сам Заруцкий был казнен в Москве осенью 1614 г. Однако у царя не было солдат, чтобы изгнать шведов из занятых ими территорий, и поэтому пришлось использовать другие средства. Царь обратился к русскому народу и приказал крестьянам уничтожать зерно и другие продукты питания сверх нужд своих семей. Эффекты такой тактики стали ощущаться уже в начале декабря 1614 г. Русские крестьяне сжигали солому, оставшуюся от обмолота, а поскольку корма для лошадей все равно не было, шведская кавалерия оказалась в тяжелом положении. Горн боялся, «что через два месяца не останется ни одной живой лошади». Нехватка зерна привела к росту заболеваемости среди солдат[428].

Однако больше всего Горн нуждался в деньгах для выплаты солдатам жалованья. Он также решил проверить, не появились ли вновь поблизости польские казаки, не замышляют ли они что-то совместно с русскими. Казаков было так много, что они могли бы повлиять на судьбу войны. В донесении королю от 12 декабря Горн просил короля дать распоряжение, чтобы в Новгород было прислано «сколько-нибудь денег», так как на содержание наемных войск в городе совсем нет средств. Горн сообщал: «Как только будет получено сколько-нибудь средств для того, чтобы несколько удовлетворить поляков, то с ними и нашими собственными войсками можно перейти в наступление против Москвы и частью нашего войска обложить Псков и прекратить туда подвоз», чтобы королю «тем лучше можно было предпринять будущей весной» осаду Пскова[429].

Идея рейда Горна на Псков стала актуальной в середине января 1615 г. Причиной послужили проблемы с содержанием солдат в районе Новгорода. Во время такой операции часть солдат должны были добывать продовольствие в другом районе. Что удастся сделать в этом случае, зависело от текущей ситуации. Псковский гарнизон был не очень многочисленным, но городские власти не хотели посылать даже часть своих воинов навстречу отряду, состоявшему из 900 пеших и конных казаков, собранных из близлежащих деревень. Казаки разместились в нескольких десятках километров от города. Хотя на неприязненное отношение городских властей казаки ответили грабежами и захватом отправленного в Псков из Дерпта обоза с несколькими сотнями тонн зерна, Горн не исключил, что если его солдаты появятся возле города, псковичи все равно впустят казаков в город. Он также пришел к выводу, что если казаки действительно усилят гарнизон крепости, то атаковать ее не имеет смысла. Тогда ему не останется ничего другого, как возвести укрепления между Псковом и Печорами, чтобы перекрыть подвоз припасов из Ливонии[430].

Следует отметить, что еще до того, как Горн принял решение о блокаде Пскова, ситуация с продовольствием в городе была тяжелая. В феврале 1615 г. псковские воеводы писали в Москву: «А во Пскове, государь, твоих государевых ратных людей мало, а хлебная, государь, дороговь во Пскове и до осаду была великая, и от тое хлебные дорогови ратные люди разбрелись врознь, потому что Атаманы Казан и Степанко Смага с таварыщи и их станиц казаки ходили своим самоволством за рубеж в замиреные места и учинили задор с литовскими людьми, и по тому, государь, задору литовские люди хлеба из за рубежа пропущати не учали, а учали в ливонских городех збиратца. А к нам, холопем твоим, из ливонских