Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

“Это, конечно, трагично… Но человек может просто закашляться. И плюнуть случайно. Что же, его за это казнят?”

“Таков закон”.

“Его надо изменить!”

“Слишком рискованно. Вдруг кто-то захочет повторить трюк с ядом. Но ради тебя готов сменить четвертование на повешенье… и, допустим, чтобы наказание задело только ближайших родственников”, – упрямился Клоин.

Мы могли до середины ночи так бурно обсуждать спорные моменты, что воздух трещал от всплесков магии. А когда аргументы заканчивались, в ход шли самые нечестные методы! …хотя и приятные.

Но в последние три дня мне стало не до книг и законов.

Я не находила места, ощущая себя так, будто в одежду зашили иголки. Ведь мы вернулись в столицу Йордара, и не только из-за бала… но и ещё потому, что отсюда было удобнее проложить портал до Аштарии.

Мы собирались отправиться в неё уже завтра. Ох…

Даже сейчас, сидя на троне рядом со своим любимым, я вежливо улыбаюсь гостям, а мысли тревожными воронами кружатся вокруг будущей встречи с родителями.

– Зайка, может, тебе сегодня отдохнуть? – тихо спрашивает Клоинфарн, наклонившись к моему уху. В отличие от других, его не обманывает моя широкая улыбка. – Я сам здесь закончу. Или давай перенесём приём на другой день…

– Нет-нет, не надо, – я касаюсь горячей руки дракона, лежащей на подлокотнике. И передаю уже мысленно: ”Мне просто нужно проветриться. Я выйду на балкон подышать…”

Теперь мне легко удаётся передать ему свои мысли через соприкосновение, но Клоин говорит, что связь между нами крепнет и скоро можно будет общаться даже на расстоянии.

“Тебя проводить?” – также мысленно спрашивает он.

“Нет, я справлюсь”.

“Если что, зови, я услышу даже шёпот”, – он ласково целует меня в уголок губ, ничуть не стесняясь чужих глаз. Мои же щёки начинают пульсировать румянцем. Для всех он всемогущий полудемон, полудракон, способный поставить на колени одним лишь взглядом, но для меня он самый нежный муж на свете, хоть и упрямый до ужаса. Хотя то же самое он бы сказал про меня…

“Не запугивай бедняг слишком сильно”, – мысленно передаю я, перед тем как убрать руку.

– Не могу обещать, – обаятельно усмехается дракон, сверкнув глазами. – Поэтому возвращайся поскорее.

Вооружившись любезной улыбкой, я поднимаюсь и проскальзываю через гудящий зал к балкону. Гости почтительно расступаются, склонившись в поклоне. Охрана следует за мной бесшумными тенями, но я жестом прошу их остаться снаружи.

Балкон встречает меня прохладным дуновением ветра. Закат широкими алыми мазками подсвечивает небо. Внизу раскинулся сад, поэтому воздух сладко пахнет цветами. Шурша юбкой, я подхожу к ограде и тяжело опираюсь на латунный поручень. Официальная улыбка соскальзывает с моих онемевших губ.

Завтра… уже завтра я буду в Аштарии.

Теперь, когда Клоинфарн вернул своё сердце, ему куда проще открыть проход между нашими мирами. Поэтому несколько недель назад он отправил через небольшой портал теневую птицу с письмом от меня, и вернулась она с ещё одним письмом.

Я перечитывала его, должно быть, сотню раз, так что оно истрепалось и истёрлось. На листе бумаги оставили слова любви и мама и отец и даже Ири с Дереком. Они писали о том, как скучают, ждут и что примут любого моего избранника, лишь бы я была счастлива. А между строк они зашифровали послание, которое могла прочесть лишь я…

Оно было о том, что если мне плохо, если меня принуждают к чему-то, то чтобы я подала им определённый знак при встрече, и что они будут за меня биться. Вырвут на свободу любыми силами. И что у них есть какой-то план…

Ох, страшно представить, что они придумали…

Качнув головой, я приподнимаю уголки губ, хотя на самом деле мне хочется плакать.

Я так сильно соскучилась по ним… и одновременно, мне до дрожи страшно. Как они отреагируют на правду, которую я им расскажу? Про себя… про Илону… Что, если отец меня не простит? Что, если в глазах матери промелькнёт отвращение? Что, если улыбки Дерека и Ири станут натянуто-фальшивыми?

Лишь от мысли об этом моё сердце начинает болеть, будто его растерзали когтями.

Что, если я нашла любовь, но потеряла семью?

– Нельзя плакать, – шепчу я сама себе, вытирая набежавшую слезу.

Взгляд цепляется за перламутровые чешуйки на предплечьях… Они сверкают, отражая алые всполохи заката.

Я медленно провожу по ним пальцем… На ощупь они прохладные и гладкие, а прикосновение к ним ощущается очень отчётливо, будто я касаюсь голой кожи. А вот если надавить ногтем или даже лезвием – то боли нет, потому что за последний месяц чешуйки затвердели и теперь их ничем не пробить.

Я научилась скрывать их, но каждый раз, когда испытываю сильные эмоции – они норовят проступить на коже, будто желая защитить меня. Приобретение скорее забавное, чем полезное. Но ещё кроме них, у меня появилось новое зрение. Моргну… и вдруг обнаруживаю, что мир пронизывают переливающиеся нити энергий.

Теперь я вижу заклинания, как сложные плетения, вижу связи природы, и даже иногда связи душ. Я не всегда понимаю, что значат некоторые нити… их цвета разнятся, как и яркость и сложность вязи. Так странно… Сегодня на приёме я видела семейную пару, а между ними была одна лишь чернота, а на другом балу я заметила двух людей, кто даже не знал друг друга, но они были обмотаны яркими красными нитями, будто сам божественный зверь сбросил на них волшебную пряжу.

Клоин утверждает, что он тоже может видеть магические нити, но иначе, чем я – как токи жизни, но не эмоций или судьбы. Моя новая способность точно связана с тем, что я чуточку стала драконом. И чем больше я ею пользуюсь, тем лучше контролирую и тем понятнее она мне становится.

Возможно, после тренировок я начну различать даже глубоко скрытое – ложь, гнев, зависть… любовь… как я увидела их на костяной арене в душе Эйды и в душе бабушки. И даже чужие намерения станут для меня так же очевидны, как крупный текст на листе бумаги.

Вот и сейчас… Ещё ничего не произошло, а я вдруг замечаю, как по пространству пробегает рябь. Густая сеть защитных заклинаний, которую наложил на меня муж, недовольно звякает и затихает, распознав “своего”.

Я слышу, как за спиной открывается дверь, пропуская полоску света из зала.

Раздаётся тихий голос:

– Эль-тиара…

Я поворачиваюсь, уже зная, кого увижу.

– Тис, – тепло приветствую я.

Глава 28

Фамильяр одет с иголочки: на нём удлинённый чёрный фрак,