Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

очень много, – смеюсь я. – Ведь я уже счастлива. Счастлива с тобой.

Эпилог

Мы проходим в портал на рассвете, когда первые лучи только касаются зелёных крон. Миг… и ступаем на поле, что раскинулось возле осеннего леса.

Опавшие листья кружатся на ветру. Вдали виднеются крыши сельских домов – это начинается пригород столицы Аштарии.

“Вот я и вернулась”, – рождается в сердце нежная трепетная мысль. Она щекочет душу, будто крылья хрупкой бабочки.

Солнце в Аштарии стоит гораздо выше, чем в Йордаре, словно за секунду мы шагнули из раннего утра в середину дня. Из жаркого лета, в прохладную осень.

В кустах стрекочут насекомые, небо затянуто пеленой белых облаков. Я с удовольствием вдыхаю воздух родного края – травянистый, немного медовый. Ветер приятной прохладой обдувает моё лицо, треплет тёмно-синий плащ, накинутый поверх голубого платья.

Щурясь, я оглядываюсь по сторонам.

Кроме меня и Клоинфарна здесь никого.

Только потревоженные птицы с щебетанием вылетают из высокой травы. Всё потому, что дату и место нашего прибытия родителям я не называла, лишь обозначила примерные рамки. Из-за неправильного течения времени в двух мирах сложно было угадать, какой это будет день.

Я оборачиваюсь на Клоинфарна.

Стоя позади меня, муж оглядывает окрестности.

Ветер раздувает его светлую мантию, рога скрыты, серебряные волосы собраны в пучок на затылке, на запястьях матово поблёскивают широкие браслеты. Клоин выглядит как благородный высокомерный маг из магической башни, и только горящие потусторонним синим глаза выдают в нём выходца из другого мира.

– Сколько времени здесь прошло? – спрашиваю я.

– Чуть больше четырёх месяцев, – отвечает муж.

Я благодарно киваю.

Клоинфарн пообещал, что с помощью силы первородного пламени он будет удерживать линии времени, чтобы те шли примерно вровень. Иначе могло бы получиться, что в одном мире прошёл месяц, а в другом пять лет.

– Здесь неподалёку можно нанять карету, – говорю я, – чтобы добраться до дворца. Пойдём?

– Нет, Адель, подожди, – дракон наклоняет голову, будто к чему-то прислушиваясь, его зрачки вытягиваются в острые вертикальные иглы. – Карета не потребуется,

– Почему? Хочешь долететь на крыльях?

– Дело не в этом, – говорит Клоин, обнимая меня со спины. Его горячая ладонь ложится на мою талию, я чувствую жар даже через слой одежды. Тёплое дыхание касается виска: – Проход между мирами уже засекли… здесь всюду маяки. Подозреваю, ими опоясали окрестности вдоль и поперёк. В лесу настроен примитивный зеркальный портал, но энергии в него залито столько, что при желании сюда перебросят весь гарнизон. Ближе к городу тоже ощущаю парочку порталов… Хм, а ещё тут много скрытых заклинаний-ловушек с управлением на расстоянии… со взрывной начинкой, опасной для демонов… Как глупо, – уголок его губ надменно изгибается, так что сразу понятно, что он думает о таких нелепых попытках его подловить.

– Ох, – печально вздыхаю я. – Уверена, это просто на всякий случай. Родители волнуются обо мне…

– Не могу их осуждать.

Клоин кажется спокойным, но на самом деле он тоже нервничает. Я вижу это по его напряжённым плечам, по слишком размеренному тону. И по тому, какой жёсткой становится его рука на моей талии. Он словно неосознанно пытается меня удержать, как если бы в глубине души опасался, что я могу захотеть остаться в Аштарии.

– Мы здесь только на несколько дней, – говорю я, ласково касаясь руки мужа.

Он переводит на меня внимательный взгляд и смотрит так, будто заглядывает в мысли и в сердце. Его стальная хватка на моей талии становится чуть мягче.

– Ты такая зайка, – Клоин улыбается уголками красивых губ. – Даже в такой ситуации, думаешь обо мне и пытаешь успокоить. Тебе не повредит стать чуть более эгоистичной, Адель.

Я хочу ответить, что эгоистку, как я, ещё поискать, но не успеваю, потому что по магическому полю проходит волна возмущения. Струны энергий звенят, будто их жестоко дёргают злые пальцы.

А в следующий миг со стороны леса раздаётся треск веток и лязг стальных лат. Из-за деревьев выступают солдаты-оборотни. Их не меньше трёх десятков… но вот, они расступаются, открывая взгляду мою семью.

Сердце пропускает удар, а потом начинает колотиться так быстро, что, кажется, вот-вот выскочит. Задержав дыхание, я впиваюсь в них взволнованным взглядом.

Мама, сестра, брат и отец – они всего в двадцати шагах от меня.

Время будто останавливается, пока взгляд скользит по их лицам.

Мама – бледная и такая худая! Её будто и ветер снесёт. В серебристом платье, с медовыми глазами, блестящими от слёз… но её взгляд, направленный на меня, удивительным образом остаётся прямым и твёрдым.

Брат справа от неё… и он уже на полголовы выше мамы! И когда только успел вымахать? Глаза у него звериные – ледяные, клыки удлинились. Он враждебно смотрит на Клоинфарна, словно оскаленный волк, который выбирает, куда бы вцепиться зубами.

Ири крепко держит маму за левую руку, с любопытством выглядывая из-за её спины. В своём розовом платье колокольчике она похожа на маленькую фею.

Папа выступает вперёд, напряжённо переводя хмурый взгляд с меня на Клоинфарна. Его платиновые волосы отросли до плеч, и сейчас их развевает ветер. Рука лежит на эфесе меча, а в зелёных глазах вспыхивает алое магическое пламя.

Я так рада видеть свою семью! Волна эмоций, что захлёстывает меня, настолько велика, что колени становятся слабыми, на глазах выступают слёзы. Оказывается я соскучилась куда сильнее, чем подозревала.

– Адель! – хрипло, взволнованно зовёт меня отец.

– Папа! – мой голос скачет. – Со мной всё хорошо!

– Ты можешь подойти?

Я оборачиваюсь к Клоинфарну.

Сдержанно кивнув, он убирает руку с моей талии.

Вытерев набежавшие слёзы, я снова поворачиваясь к отцу. Делаю шаг навстречу, ещё один и ещё, а потом срываюсь и бегу, придерживая шуршащую о траву юбку. Папа встречает меня на полпути, подхватывает на руки, будто я ничего не вешу. Прижимает к себе, как в детстве.

– Морковка…

В моей груди делается тесно от эмоций.

Всё! Не могу больше!

Вцепившись в широкие плечи отца, я начинаю плакать, будто безумная. Будто всё это время копила слёзы, лишь чтобы они вырвались из меня сейчас. Через миг, меня обнимает подоспевшая к нам мама, я поворачиваюсь к ней.

– Мама, – обхватываю её хрупкие плечи, а сама дрожу от эмоций, от слёз. – Ты так похудела! Но всё равно красивая. Я скучала…

Тысячу раз я представляла встречу с родителями, но не думала, что меня проберёт настолько, что не смогу сдерживать рыдания. Я ведь уже не ребёнок, но меня пробирает так, будто мне снова десять.

– Так скучала! – я плачу и улыбаюсь. – Я так вас