Русский Севастополь - Александр Борисович Широкорад

Каспии, у Одессы и Очакова, а также на Азовском море поставили около 5 тысяч мин, на которых подорвались десятки кораблей белых и интервентов.

А вот после 11 ноября все они стали бездарями и лентяями.

Очевидно, что имел место сговор Фрунзе с французским командованием в лице адмирала Карла Дюмениля. Позже французы утверждали, что Дюмениль грозился обстрелять Севастополь или другие порты Черного моря. Но в любом случае серьёзного ущерба французские обстрелы нанести красным не могли. Обстрелы городов стали бы крупнейшей идеологической победой большевиков как в России, так и в Западной Европе, а французское правительство имело бы серьёзные неприятности с собственным народом.

Фрунзе и его начальник Троцкий совершили преступную ошибку. Уничтожение армии Врангеля в Крыму и захват хотя бы половины флота кардинально изменили бы дальнейший ход истории. Можно было не посылать Мустафе Кемалю 2 млн рублей золотом и тем паче не отдавать Карскую область. Англия и Франция лишились бы своей козырной карты – 60-тысячной белой армии «в изгнании» и быстрее бы нормализовали отношения с Советской Россией, и т. д. и т. п.

После прорыва перекопских укреплений 1-я и 2-я конные армии, почти не участвовавшие в боях, были поставлены на отдых. Я читал воспоминания участника боев, изданные в 1920-х гг. К Буденному где-то у Джанкоя прибегает ординарец: «Симферополь на проводе! – Что, беляки сдаваться надумали? – Да нет, Симферопольский ревком спрашивает, почему Красная армия не идет?»

За время отдыха красных врангелевцы оторвались от них на два дневных перехода. Все без исключения танки, участвовавшие в боях, были погружены на железнодорожные платформы и отправлены в тыл. Позже красные захватят 5 танков в Феодосии и 7 в Севастополе.

10 ноября Врангель отдает приказ о начале эвакуации, которую он тайно готовил с апреля 1920 г. Барон до последнего врал подчиненным, что готовится большой десант в Одессу в тыл красным.

Таврический губернатор Ладыженский вовремя получил приказ Врангеля, но на 11 ноября (29 октября) скрывал его от подчиненных и населения Севастополя.

А между тем 10 ноября (28 октября) в Симферополе отряд партизана А. Скрипниченко и рабочие завода «Анатра» подняли восстание и захватили власть в городе. Немедленно был сформирован Ревком во главе с членом подпольного обкома большевиков В.С. Васильевым (подчиненным А.В. Мокроусова).

И только 13 ноября в 18.00 в Симферополь вошли части 2-й конной армии. Самое забавное, что плану Фрунзе Симферополь должна была брать 1-я конная. В итоге Семён Буденный со своими передовыми частями пожаловал в Симферополь 15 (!) ноября и был крайне возмущен, увидев там 2-ю конную армию Миронова. Итак, в столице Крыма 3,5 дня правил Ревком, потом два дня – Ревком совместно с командованием 2-й конной. До сих пор историки не могут понять, чем 5,5 дней (рабочая неделя) занимался Семён Михайлович со своей знаменитой 1-й конной армией?

«Подумаешь, пять дней!», – усмехаются теоретики, сидящие на мягком диване. Но посмотрим на карту Крыма. От Джанкоя до Симферополя 87 км! А для советской кавалерии форсированный дневной марш в 100 км – не проблема. Я уж не говорю о «суворовских переходах», причем не конницы, а пехоты.

Характерный пример. 20 октября 1942 г. 4-й кавалерийский корпус был введен в прорыв. За сутки он прошел около 70 км по пересеченной местности. Причем с боями с немецкими войсками, а не преследуя бегущих врангелевцев.

Ну а в Севастополе уже 11 ноября (29 октября) началась паника. Врангель якобы отдал приказ не производить разрушения. Был ли такой приказ, но его игнорировали господа офицеры, или это очередная ложь барона, я не знаю. Во всяком случае, ведение белыми тактики выжженной земли продолжалось. Выводились из строя железнодорожные вокзалы, стрелки, эшелоны на полном ходу загонялись в тупик или сбрасывались в воду. Последнее имело место в Севастополе в Килен-бухте. Кстати, почти таким же способом немцами уничтожались паровозы и вагоны на том же самом месте в апреле 1944 г.

По приказу генерала Кутепова был взорван железнодорожный мост через реку Альму и сожжен мост на шоссе Симферополь – Севастополь. Вблизи Керчи белые затопили броненосец «Ростислав», использовавшийся ими как плавбатарея. Однако стоявшие в Севастополе броненосцы уничтожить они так и не успели.

В последний момент Врангель приказал расстрелять выше 500 политических, находившихся в севастопольской тюрьме. Однако местные большевики сумели передать заключенным несколько револьверов, те устроили бунт, охрана разбежалась. Заключенные рассеялись по городу, искать их у белых уже не оставалось времени.

Господа офицеры 11 ноября подожгли большие склады американского Красного Креста с продовольствием и медикаментами у мельницы Рабокочаки.

13 ноября (31 октября) в Севастопольской бухте стояли французский броненосный крейсер «Вальдек Руссо» и эсминец.

В тот же день, 13 ноября, генералом Врангелем, верховным комиссаром графом де Мартелем и адмиралом Дюменилем была подписана конвенция, согласно которой главнокомандующий Русской армией «передает свою армию, флот и своих сторонников под покровительство Франции, предлагая Франции в качестве платы доходы от продажи военного и гражданского флота».

Но в порту лихорадочно идет погрузка на суда. Погрузили уже и контрразведку. А между тем в центре Севастополя в 100 м от Южной бухты в доме № 2 на Пушкинской улице собрались коммунисты, левые эсеры и анархисты Севастополя. После недолгого обсуждения был избран первый Севастопольский ревком в составе: Иванов (председатель), Голубев (заместитель), Козлов, Кнорус – все коммунисты, Козлов (левый эсер), Твердунов (анархист) и Кирлас (левый эсер).

А уже 14 ноября вышел первый номер газеты «Бюллетень Ревкома» (под редакцией Новорецкого). Было издано всего шесть номеров газеты.

Одновременно издан приказ Ревкома № 2 о назначении комендантов Севастопольской крепости и начальником гарнизона Сергея Кноруса, начальником охраны города – Пивоварова.

Приказами № 3 и № 5 предлагалось торговцам открыть магазины и лавки и возобновить нормальную торговлю.

А где все это время находится наш героический барон? Сидит на чемоданах в гостинице «Кист» буквально в 20 метрах от причала.

Лишь 14 ноября в 14 ч. 50 мин. барон Врангель поднялся на борт крейсера «Генерал Корнилов». Крейсер поднял якоря и покинул Севастопольскую бухту, конвоируемый крейсером «Вальдек Руссо» и эсминцем «Алжирец». На борту «Корнилова» находились штаб главнокомандующего, штаб командующего флотом, особая часть штаба флота, Государственный банк, семьи офицеров и команды крейсера и пассажиры, всего 500 человек, а также несколько десятков свиней. Кстати, на дредноут «Генерал Алексеев» погрузили не только свиней, но и стадо баранов.

Ну а Красная армия пришла в Севастополь лишь 15 ноября. Любопытно, что первым въехал в город большой броневик «Гарфорд» под названием «Антихрист».

Врут малограмотные киношники. Никаких боёв не было. Это признал и сам Буденный в воспоминаниях «Пройденный путь»: «Мы с Климентом Ефремовичем на рассвете поехали в