Русский Севастополь - Александр Борисович Широкорад

был заключен мир с Финляндией, Эстонией, Латвией и Литвой. Позже, чтобы достичь компромисса с Японией, большевики пошли на создание Дальневосточной Республики. Обратим внимание, сразу после заключения мира с Эстонией и Латвией Советская Россия стала их широко использовать для «подпольного» транзита в обе стороны. Дело в том, что ведущие государства мира не признавали Советскую Россию и не желали торговать с ней.

Зато правительства большинства государств Европы с большим удовольствием «смотрели сквозь пальцы» на экспорт и импорт товаров в Россию через прибалтийские лимитрофы.

Поэтому можно предположить с большой долей вероятности, что правительство большевиков признало бы независимость нейтрального Крыма и сделало бы из него черноморский Гонконг.

Кто-то скажет: хорошо рассуждать через 89 лет, зная наперед последующие события. Но то же самое Врангелю советовали наиболее талантливые руководителя Белого движения. Самый толковый стратег белых – генерал-лейтенант Слащёв-Крымский несколько раз предлагал Врангелю начать переговоры с большевиками – «красные в Крым не войдут и сговорятся с нами о нашей будущности».

Ну а промышленники, бежавшие в Крым, несмотря на репрессии белой контрразведки, успешно торговали с Советской Россией. Врангель возмущался: «Документально установлено, что “Центросоюз”, “Центросекция” и “Днепросоюз” являются контрагентами советского правительства, получают субсидии от советской власти и выполняют задания таковой по доставке товаров и фуража Красной армии и в губернии Северной России. Осмотром книг “Центросоюза” и Харьковского отделения Московского народного банка было установлено, что “Центросоюз” получил 50 000 000 рублей от советского правительства, а в местных складах “Центросоюза” были обнаружены товары, заготовленные для советской России. Из других кооперативных организаций особенным вниманием советской власти пользовались “Центросекция” (кооператив для рабочих), “Днепросоюз” и “Здравосоюз”, которые получали крупные субсидии от Советов и, обслуживая сих последних, привлекали к этой работе и те свои филиалы, которые находились на территории Русской армии…

Эта переправка в Северную Россию производилась частью через Батум и Грузию, а иногда путём сосредоточения товаров в таких пунктах, которые эвакуировались Добровольческой армией, причем оставляемые товары перечислялись конторой “Центросоюза”, обслуживающей Советскую Россию»[128].

Как видим, барону нужно было только не мешаться, и «Остров Крым» сам по себе превратился бы в русский Гонконг.

Не стоит забывать, что большевики не имели на Чёрном море не только военного, но и торгового флота. Весь черноморский торговый флот и транспортная флотилия Черноморского флота находились у Врангеля.

Так что на Крым посыпался бы золотой дождь. Пример – Гонконг, Монако и другие малые государства служат тому порукой. Кстати, в 1919–1920 гг. англичане пытались создать черноморский Гонконг. Речь идет о городе Батуме, который англичане объявили «свободной зоной». Батум стал центром не только европейской и кавказской торговли, там заключали сделки представители советских предприятий и фирм, существовавших на территориях, занятых ВСЮР.

Увы, Врангелю было наплевать на судьбы своих офицеров и казаков, на судьбы 450 тысяч беженцев и населения Крыма. Барон прекрасно понимал, что в случае перемирия с большевиками нужды в таком «правителе» не будет. Мало того, он станет помехой в дальнейших взаимоотношениях Крыма и Советской России. Врангель не был ни политиком, ни стратегом, а лишь кавалерийским ротмистром, готовым просадить за карточным столом всё и вся.

Глава 9. Кто, как и когда освобождал Крым?

11 ноября битва за Крымские перешейки полностью закончилась, белые бежали и более не оказывали сопротивления. Ну а что делают «красные герои»? Ведь у них было целых две конные армии и несколько отдельных кавалерийских частей. Всего 40–45 тыс. сабель, 57 броневиков и несколько сот грузовых автомобилей.

Порубить белых в капусту! Так и было, но только в кино. Смотрите «Служили два товарища», «Бег» и т. д. Там конные лавы красных кавалеристов громят отступающие белые обозы, кавалерийские рубки красных и белых. В «Беге» на пристани в севастопольской Артбухте бегущие врангелевцы стреляют из «максимов» по несущимся на них красным кавалеристам.

Однако после занятия позиций белых на Перекопе и Ишуни дивизии красных… исчезают из советских и нынешних «демократических» источников с середины 1930-х и до начала XXI века. Официальные советские и либеральные источники сразу переходят от штурма Перекопа к эвакуации белых.

Эмигрантские же авторы писали об этом периоде коротко и неясно. Так, тот же Слащёв писал: «Красные не наседали, и отход проходил в условиях мирного времени». Большего, находясь в СССР, он написать не мог.

Сравним с мнением современного «демократического» автора: «Однако воспрепятствовать эвакуации не удалось. Красные тоже были измучены сражением [на Перекопе. – А.Ш.], потеряв 10 тысяч человек. Они смогли начать преследование только через день. Белые оторвались от них».

На самом деле случилось невиданное в истории войн. Армия, имевшая многократное превосходство в личном составе, прорвав оборону противника и выйдя на оперативный простор, внезапно остановилась.

По данным «Энциклопедии Гражданской войны», к началу штурма у Фрунзе имелось 146 тыс. штыков и 40 тыс. сабель, а у Врангеля – 23 тыс. штыков и 12 тыс. сабель.

Что же касается потерь, то согласно отчёту Фрунзе, потери армий (6-й полевой, 1-й и 2-й конных) Южного фронта в боях за Крым осенью 1920 г. составили:

Замечу, что это потери не только в сражении за Перекоп, но и в предшествующих боях осенью 1920 г. Махновцы в таблицу не включены.

Обратим внимание, что из 40 тысяч красных кавалеристов большинство вообще не участвовало в боях за Перекоп. За Ишунью никаких укреплений у белых не было до самых крымских портов. Врангель, правда, собирался оборонять Севастополь по линии укреплений 1854–1855 гг., но дальше пустой болтовни дело не пошло.

Части белых бежали кто куда – в Евпаторию, Севастополь, Ялту, Феодосию и Керчь. Нетрудно догадаться, что красные конники буквально рвались в бой. У них не хватало амуниции, продовольствия, дома голодали семьи. А впереди был буквально Клондайк.

Ах, все равно все богатства белых достались бы Красной армии! Так может рассуждать лишь сидящий на диване холеный профессор истфака. А на деле добычу могли взять другие части, крымские татары, партизаны и т. д.

Тем не менее после прорыва в степной Крым Фрунзе отдал приказ обеим конным армиям остановиться на отдых. Получается какой-то бред.

Известный эмигрантский историк В.Е. Павлов писал: «В 18 часов 30 октября (12 ноября) окончился последний бой частей русской армии». Ему вторит командарм 2-й конной армии Ф.К. Миронов: «Бой Второй конной в районе станции Курман – Кемельчи был последним боем советских войск в Крыму. И мы вправе сказать, что последними пушками, говорившими в Крыму, были пушки Второй конной армии. Последний догорающий луч солнца был свидетелем последнего артиллерийского выстрела красных 12 ноября 1920».