Небо в огне. Штурмовик из будущего - Дмитрий Политов

— Смотрю я на тебя, Гриша, и не понимаю, откуда в тебе столько злости? — философски заметил Прорва. Он выскочил на улицу покурить. — Ладно, себя не жалеешь, черт с тобой, но ты ведь и нас уже замучил.

— Сиротинушка разнесчастный, заплачь еще! — Дивин взял полотенце и принялся энергично растираться. — На тебе пахать можно, не прибедняйся. Вот лучше бы взял в охапку сержантов и вместе со мной занялись бы водными процедурами. Все полезнее, чем на нарах валяться. Нет, прав комдив, ох прав — распустились, превратились в каких-то нерях и лентяев. Пора за вас браться!

— Ты это, — Рыжков глянул с притворной опаской, — лучше заканчивай в снегу нырять, а то совсем мозги застудишь!

— Вали, брехло!

Григорий подхватил рубаху и пошел в землянку одеваться.

После завтрака его вызвал к себе на КП Хромов.

— Что о Карманове скажешь? — поинтересовался командир полка. — Ты ведь летал с ним на полигон и в зону?

— Летал. В принципе, пилот он не самый слабый, — не стал кривить душой экспат. — Я так понял, что из кадровых? Чувствуется основательная подготовка, не то что у нынешних сержантов. Другое дело, что закис он явно на штабной работе, чутье летчицкое подрастерял.

— Ишь ты, — улыбнулся майор, — чутье. Слыхал, комиссар? — обратился он к Багдасаряну. По-старому обратился. С осени 1942-го институт военных комиссаров в Красной Армии отменили, провели для них переаттестацию, присвоили обычные звания и сделали заместителями командира по политической части — замполитами. Но многие называли политработников по-прежнему. Конечно, если человек того заслуживал. Вардан Эрнестович был как раз из числа таковых.

— Зря смеетесь, товарищ командир, — набычился Григорий. — Не хуже меня ведь знаете, стоит нашему брату немного оторваться от живого дела, перестать летать, и сразу все идет невпопад. Боязнь появляется, неуверенность. И лечится эта болезнь только через практику. Сейчас капитан с каждым днем избавляется от своего недуга. Осталось только поучаствовать в настоящем бою, и он, я уверен, придет в норму.

— Что предлагаешь? — деловито спросил Хромов.

— Прошу поручить нашей эскадрилье какое-нибудь задание, — твердо ответил Дивин. — Готов, если надо, слетать ведомым у Карманова.

Комполка недовольно поморщился.

— Рискованно. Если вас обоих срубят, то, считай, нет эскадрильи — твои желторотики не в счет. Поэтому выбери кого-нибудь из своих ребят потолковее, да и отправь с ним капитана. Ущемлять самолюбие Карманова мы, разумеется, не станем, пусть идет ведущим. Заодно получим представление, справится он с этой ролью или нет.

— Я бы предложил кандидатуру сержанта Катункина, — посоветовал Багдасарян. — Парень толковый, энергичный, инициативный. Немного самолюбив, но терпимо. Как считаешь, лейтенант?

— Думаю, что вы правы, — медленно ответил экспат. — Хороший выбор. К тому же, Катункин на местности ориентируется довольно сносно. Что немаловажно, с учетом того, что новый комэск еще не успел досконально изучить район предстоящих боевых действий. Если позволите, я лично проинструктирую сержанта?

— Действуй, — кивнул майор. — А задание у них будет следующее: вчера наша танковая часть глубоко вклинилась в немецкую оборону вот на этом участке фронта, — показал он на карте. — К сожалению, связь с ними прервалась. Пусть твои слетают, поищут их и, если найдут, передадут координаты нынешнего местоположения.

— Прикрытие будет?

— Нет. Пусть слетают по-тихому, на бреющем. А чтобы фрицев отвлечь немного от того района, ты со всеми остальными экипажами полка пойдешь вот сюда, — новый взмах карандаша. — На переправу.

Дивин едва сдержался, чтобы не выругаться в присутствии командиров. Мост, о котором шла речь, они пытались уничтожить уже трижды. И всякий раз безуспешно. В любом учебнике по тактике авиации можно прочесть, что штурмовка с воздуха переправ через водные рубежи является одной из наиболее сложных задач. Мосты — цель узкая, попасть в нее неимоверно сложно, а падение бомб рядом не приносит нужного результата. Да и ПВО прикрывает подобные объекты с особым рвением.

— Разрешите вопрос? А почему «пешек» не пошлют?

— Летали уже «пешки», — тяжело вздохнул сидевший до этого момента молча начальник штаба капитан Зотов. — Пытались специальными мостовыми бомбами разрушить переправу, но немцы их еще на подступах перехватывали. Там кроме «худых» еще эти размалеванные гады на «фоккерах» крутятся.

Еще лучше! Мало того, что задание само по себе не сахар, так еще выясняется, что противостоять «Илам» будут вражеские асы на новейших истребителях. Пойти, что ли, сразу самому застрелиться, чтоб не мучиться понапрасну?

— Не заводись раньше времени, — криво улыбнулся Хромов. — Я же сказал, тебе надо только отвлечь фашистов. Поэтому побольше шума, стрельбы и фейерверков. Если танкисты не подкачают, то мост сам упадет нам в руки, как созревшее яблоко, и его, наоборот, нужно будет беречь как зеницу ока. Дошло? Твои действия носят исключительно отвлекающий характер.

— Вот только гансы об этом не знают и будут бить по-настоящему, — глухо произнес экспат.

— Товарищ лейтенант! — закаменел лицом комполка. — Слушайте боевой приказ…

— Присматривай за ним, — тихо сказал Григорий, отведя Катункина в сторону. — На рожон зря не лезьте. Тихонько, на цыпочках, прокрадетесь в тыл немцев, пошукаете наши танки, установите с ними связь, и сразу назад. Слушайте на тех частотах, которые указал начальник разведки, — радисты ушедшей в прорыв группы сидят на них. Коды запомнил? Молоток. Ну тогда вперед! Мы уйдем первыми, вы — через пятнадцать минут. Ни пуха, Валера.

— К черту, — улыбнулся сержант. — Вы не волнуйтесь, товарищ лейтенант, все будет в порядке.

Дивин хотел было еще что-то сказать ему, но передумал. Просто крепко пожал руку и побежал к своему штурмовику. Как там Хромов говорил: побольше шума? Будет ему дудка, будет и свисток. Вот с барабанами напряг, ну да переживет командир как-нибудь.

— От винта!

Девятка штурмовиков под прикрытием аж двенадцати «Яков» устремилась к переправе. Чтобы гарантированно привлечь к себе внимание гитлеровцев, перли на высоте полутора километров. В детали операции были посвящены только Григорий и комэск-1 капитан Шумилкин. На импровизированном «совете в Филях» решили, что на подходе к мосту при появлении «худых» встанут в круг и будут крутить карусель, сколько получится, делая вид, что не решаются атаковать. Ну а «маленькие» пусть водят свой хоровод сверху. Главное, оттянуть на себя побольше вражеских истребителей. Вражеские авианаводчики наверняка вызовут подкрепление и оголят другие участки фронта.