Приключение Полли и Мартиши - Ян Вершин

продукты и необходимые мелочи. Если у вас появится желание посетить Лоу-Хеккет, то сообщите ей, она пришлёт кэб. Правда, на заднем дворе есть гараж, а в нём единственный в нашем городе «Армстронг-Сиддли», мистер Гадрел приехал на нём из своих путешествий, но завтра я попробую найти вам водителя в Тренстоке.

— Благодарю мистер Хелиот, но водитель не потребуется, я сама вожу машину.

— Вот как, что ж, это прекрасно, в нашем городе этим не может похвастаться даже кэбмен. — Нотариус с уважением поглядел на Полли, а потом на Тома Ревела который занёс чемоданы в дом. — Что ж, приятного вечера, леди. — И он, поклонившись обеим девушкам, покинул дом.

Как только за ними закрылась дверь, Полли и Мартиша устало сели в кресла гостиной и посмотрели друг на друга.

— Вот это денёчек. — Произнесла Мартиша.

— Да уж, я чувствую себя загнанной лошадью. — Согласилась Полли. — Ну, что дочь, пойдём поищем спальни, я сейчас готова убить за кровать.

Глава 6. Родная кровь.

Полли проснулась от лучей утреннего солнца, пробивающихся сквозь окно и с удивление обнаружила, что прямо на задней спинке кровати сидит серая пичуга, та словно разглядывала её сонной и увидев, что Полли проснулась, издала мелодичный щебет и выпорхнула в раскрытое окно.

Комната, в которой проснулась Полли, выглядела более чем аскетично. Светло-бежевые обои в мелкий голубой цветочек, резко граничили с белым потолком и коричневыми деревянными балками, тянущимися через всю комнату. Слева от кровати стоял платяной шкаф, чуть поодаль него находилась дверь в комнату, справа прикроватная тумба с керосиновой лампой и единственное распахнутое окно с лениво колышущимися занавесками, которое было почему-то открыто, хотя она помнила, что его не открывала (или открывала… или оно и было открыто?). На дальней стене от кровати, висел большой гобелен: изображающий загоняющих лису гончих, и на заднем фоне загонщика, понукающего кнутом хрипящую лошадь. Больше в комнате не было ничего интересного. Полли помнила, как они вечером с Мартишей, — после того как проводили мистера Хелиота и чем-то пугающего её кэбмена Ревелла, — поднялись на второй этаж и открыв первые попавшиеся им двери, обнаружили спальни, в которые и разбрелись не выбирая. Она лично уснула, прямо в дорожном костюме.

Полли спустила ноги с кровати и тут же левой ногой угодила в ночную вазу. «Как я её обошла вечером ума не приложу, хорошо хоть пустая», — подумала Полли и высунув ногу из вазы встала на пол, подняла руки и потянулась до хруста. Потом она вышла в коридор и постучав в соседнюю дверь к дочери, произнесла: «Мартиша, доброе утро!»

Тишина за дверью послужила приглашением и Полли толкнула дверь, та плавно открылась на хорошо смазанных петлях. Она зашла внутрь и увидела комнату похожую на её, с неубранной кроватью и большой ночной вазой под ней. Только гобелена на стене не было, как и самой Мартиши.

— Мартиша, дочка, ты где? — Удивлённо произнесла Полли. Но ей никто не ответил. Тогда она спустилась на первый этаж и тревожно произнесла снова: — Мартиша, это уже не смешно. — Гостиная так же была пуста.

Полли начала открывать двери в каждой комнате и звать дочь, пока не дошла до конца коридора. Там находилась последняя не открытая дверь первого этажа, и по всей видимости она вела в подвал, так как была меньше и уже остальных.

— Мартиша, детка, ты тут? — Полли растерянно позвала в открытый проём. Её длинная корявая тень падала на идущие вниз ступени от дневного света из раскрытых дверей, и Полли, поборов резкое желание проверить оставшиеся комнаты на втором этаже, ступила на скрипнувшую первую ступеньку.

Спустившись ровно на тридцать две ступени (почему такой глубокий подвал?), Полли упёрлась ещё в одну закрытую дверь. И повернув ручку, попала в большое восьмиугольное помещение. В центре него, без сознания лежала Мартиша, волосы были в запекшийся крови. Полли подбежала к дочери, присела и положив её голову себе на колени, вгляделась в застывшее лицо.

— Девочка моя, мама тут, открой глазки… — Полли нежно гладила дочь по щеке и слёзы полились из её глаз ровно в тот момент, когда Мартиша открыла свои.

— Мама… Я, кажется, потеряла сознание. — Мартиша смотрела на Полли с удивлением.

— Что случилось, милая?

— Я проснулась и услышала какой-то шум на первом этаже, спустилась вниз, подумала, что жена мистера Хелиота приехала. Помнишь он обещал, что его жена привезёт продукты? А потом… Потом услышала шум в коридоре и, дверь в подвал как будто прикрылась… Не помню… Наверное я спустилась, а потом… темнота…

— Тише, тише… — Поли сняла с себя тонкую белую сорочку и разорвав её пополам, перемотала голову Мартише. — Ты жива милая, и это главное, а с остальным мы обязательно разберёмся. — Она помогла встать дочери на ноги, и они поднялись в гостиную, где Полли усадила дочь в кресло, перевязала нормально повязку и пошла на кухню. Вернувшись спустя несколько минут, Мартиша увидела у матери в руках два кухонных ножа. — Думай что хочешь милая, но мне тут нравиться всё меньше и меньше.

Один нож Полли сунула в руку Мартиши, потом присела в кресло напротив и положила второй себе на колени. Пальцы её нервно постукивали по рукоятке и Полли спросила:

— Ты точно больше ничего не помнишь?

— Нет мама. — Мартиша потрогала огромную шишку на затылке. — Если это поможет, то прежде чем потерять сознание, я услышала, как хлопнула одна из дверей в подвале.

— Каких дверей? Там же всего одна дверь…

— Ты была невнимательна мама, их там как минимум четыре.

Они стояли в подвале, нервно озираясь и вытянув перед собой ножи. Дверей оказалось шесть, не считая входной, которая сейчас была у них за спиной. Полли удивлённо оглядывала комнату — как она не рассмотрела их раньше? Впрочем, лежащая в крови дочь, очевидно её занимала на тот момент больше.

Под невысоким потолком висела широкая плоская люстра, которая давала мягкий, ровный свет. Прямо слева от входа, врезаясь в одну из секций стены, стоял непонятный агрегат, больше похожий на увеличенный двигатель от комбайна, который Полли видела в мастерской «Гайки от Пипа» в Латл-Хемпдене, только неизмеримо сложнее. На его круглых боках, то и дело подмигивали