Дар богов - Анна Сергеевна Одувалова

– Каро, я ведь сказал тебе не попадаться мне на глаза. Знаешь почему?

Он замирает в двух шагах от меня и ждет ответа. Совершенный хищник, от красоты которого перехватывает дыхание. А у меня язык прилипает к небу. На миг мне становится невыносимо страшно. Потому что через глаза Дара на меня смотрит бездна. Выжженная пустыня, которая осталась в душе парня после смерти брата.

Глава 3

– Потому что ты винишь меня? – Я даже не знаю, это вопрос или утверждение. – Во всем.

От этих двух коротких, царапающих горло фраз во рту пересыхает. Я жалею, что оставила бокал с вином на подносе официанта. Я и забыла, что такое общение с Даром. Качели, перехваченное дыхание… Падение и боль – лишь вопрос времени.

– Нет, Каро, – отвечает Дар едва слышно. – Потому что ты предала мое доверие. Тогда Кит пришел сам. Он не мог не прийти, а я не остановился. Я не мог остановиться, но ты… Ты могла позволить мне сделать выбор. Да, он был ошибочный, да, я за него заплатил бы. Но согласись, за неправильный выбор должен платить тот, кто его сделал. А ты не позволила мне даже такую малость. Потому что ты всегда и все хочешь контролировать.

– Нет. Ты не прав. – Я качаю головой, сглатывая слезы. – Просто я тоже не могла поступить иначе.

– Возможно, но после этого… – Дар закусывает губу и прямо смотрит мне в глаза. В этот момент он потрясающе красив. Смуглая кожа, напряженные скулы, падающие на щеки тени от ресниц. – Я не могу любить тебя.

– Я знаю, – шепчу тихо, чувствуя, как сердце сжимает холодная рука.

Дар не ненавидит меня, не винит в случившемся, почему же мне так больно? Должно стать проще, но не становится.

– Нет, Каро, не знаешь, – жестко говорит он, и делает шаг навстречу, заставляя меня пятиться к стене.

В глазах парня лед и сбивающая с ног сексуальность. Воздух между нами дрожит от напряжения.

– Я не могу любить тебя, но и отпустить тоже не могу. Мы просто снова разрушим друг друга. Именно поэтому я уехал. Я уехал, чтобы наши разрушительные чувства не уничтожили все вокруг. Из-за того что я был буквально помешан на тебе и хотел стать для тебя всем, погиб Кит. Я уверен, что из-за этого умерла и бабушка. Моя болезненная потребность… она никуда не исчезла. Но если раньше из-за любви к тебе я мог стать хорошим, то сейчас… Сейчас я просто хочу тобой обладать.

– Нет… – Я мотаю головой, сильнее вжимаясь в стену. – Все в прошлом.

– Это тебе так кажется. Пока. Но дело в том… – Плавное кошачье движение, в результате которого я оказываюсь распята на стене. Его руки касаются холодного кафеля у меня возле головы, а тело практически прижимается к моему. – Ты моя. До сих пор моя. А я больше не способен относиться к тебе с бережностью. Я умею только ломать. Все, до чего дотянусь.

– Ты не сможешь меня сломать, Дар… – жестко говорю я, выдыхая и пытаясь вспомнить, что я боец. – Ты же знаешь, что я могу дать отпор.

– Посмотрим? – хрипло спрашивает он, и у меня подгибаются колени.

Я не уверена, что готова к этому.

– Игра началась, Каро. Ты ведь любишь игры?

– Ты знаешь, что нет.

Я качаю головой. Играли мной в этой жизни жестко, и кому, как не Дару, об этом знать.

Но он лишь усмехается.

– Ты – маленькая запутавшаяся врушка. Не стоило тебе попадаться мне на глаза. Сам я не стал бы тебя искать, но раз ты пришла сама…

– Я пришла просто…

– А это уже неважно, Каро. Мы оба сломанные, мы оба можем чувствовать только через боль, мы оба не сможем остановиться. И ты это знаешь, иначе уже бежала бы отсюда прочь со своим глянцевым мальчиком. Но ты здесь, со мной, потому что такая же, как я. Ты же помнишь, что адреналинщиков и зельевиков излечить нельзя.

Я замираю и даже не дышу. Сердце стучит в ушах, мне плохо. Я боюсь, что эта злая и усовершенствованная версия Дара, который так был мне дорог, попытается меня поцеловать, и это меня разрушит. Убьет все хорошее, что было между нами.

Наверное, в глубине души я все еще люблю его. Не этого красивого, здорового и злого парня, а того, которого я знала раньше. Смотреть на него сейчас, совмещать два образа… это мучительно. Мы зря встретились. Я только начала думать, что могу все забыть и стать счастливой.

Дар зло и жадно смотрит на меня.

– Ты ведь знаешь, что я могу постоять за себя? – спрашиваю я, ненавидя себя за то, что у меня срывается голос.

– Знаю. – Он наклоняется низко к моему лицу. – Но сейчас меня нельзя так просто уложить на лопатки.

– Поэтому ты решил воспользоваться своей силой? – с вызовом спрашиваю я, а в глазах Дара разгорается огонь.

Магия Кита. Это нереально. И красиво, и страшно.

– Ты знаешь, Каро, я никогда не считал наши отношения ошибкой. Мы делали ошибки, – делает ударение Дар. – Я делал ошибки. Но я реально любил. Болезненно, разрушительно, но любил. Но сейчас… мне реально жаль, что я встретил тебя. Мне казалось, что ты успела изучить меня лучше. Мне не нужна сила, чтобы завоевать женщину, и я не собирался применять ее в отношении тебя. А была ли ты вообще? Может, ты просто мой сон, в реальность которого я на миг поверил, когда увидел тебя на веранде? Но сон – это сон, он не может стать реальностью.

Дар опускает руки и отступает, а я чувствую, как меня душат рыдания. Парень даже не смотрит на меня, он просто уходит. Закрыв руками лицо, я просто стекаю по стене на корточки, возвращаясь в самые кошмарные моменты своей жизни – в неделю после смерти Кита, когда мне казалось, что я просто не справлюсь с этим.

Надо подняться, привести себя в порядок. Выйти на террасу, где проходит вечеринка. Хотя бы затем, чтобы забрать своего парня и увести его домой. Энджел уже, наверное, меня ищет. Но я не могу. Слишком больно. Где-то на краю подсознания понимаю: не мне одной.

– Ой, – слышу испуганное.

Хлопает дверь туалета. Видимо, кто-то пытался сюда войти, но заметил на полу девицу в вечернем платье и предусмотрительно решил не мешать.

Беру себя в руки, умываюсь и стараюсь успокоиться. Выхожу минут через пять с лицом, которое в сгустившейся южной ночи может сойти за нормальное.

Идти к толпе не хочется, а еще я не могу решить, что сказать Энджелу. Он не знает подробностей тех трагических событий. Когда мы познакомились, он только что стал частью состава «Ангелов», не знал город и, конечно, был не в курсе того, что происходит в Горскейре. А я не горела желанием рассказывать. Мне хотелось, чтобы хотя бы для кого-то я была нормальной. Но панические атаки, сны и фобии… Все это вылезло. И со всем этим Энджел помогал мне бороться. Так что часть истории пришлось рассказать, хотя Дар в ней фигурировал по минимуму. Да и странно «настоящему» рассказывать о «бывшем».

В итоге после раздумий я ухожу на пляж. Сажусь в шезлонг у воды и полной грудью вдыхаю соленый воздух, пытаясь отрешиться от неожиданной встречи.

– Каро… – слышу за спиной. Энджел каким-то необъяснимым способом нашел меня. – Прости, я идиот…

– За что тебя простить? – устало спрашиваю я.

– Это ведь он… – Энджел останавливается за моей спиной, и я чувствую его присутствие. – Тот парень, с которым тебя связывает болезненное прошлое. Я не сообразил. Но когда ты исчезла, смог сопоставить. Учеба вместе, остатки экзоскелета, твое нежелание с ним тренироваться… Ты нормально? Мне есть о чем переживать?

– Я не очень нормально, но справлюсь. И тебе не о чем переживать, – отзываюсь я, не поворачивая головы. Изучаю узкую лунную дорожку.

Энджел садится на соседний шезлонг, берет меня за руку, и мы молчим. Смотрим на черное море, слушаем шум волн, и меня по чуть-чуть отпускает.

Только вот ночь обманывает, путает. И на какой-то короткий миг мне вдруг кажется, что за руку меня держит Дар. Это так реалистично и в то же время невозможно, что я вздрагиваю и высвобождаю ладонь, сделав вид, что хочу скинуть босоножки и вытянуть ноги к прибою.

На самом деле не хочу, на них налипнет песок, но все равно вытягиваю. Тут тихо