Десятый этаж - Артемис Мантикор

наша задача узнать ещё, что есть для выращивания растений и по чём нынче фрукты, и где их сбывать. А ещё, меня интересуют источники света ионитов. Много источников света…

— А мне что делать? — решив что и ей дадут задание, обрадовалась Альма.

— Тия проводит вас с новичками в дом Тумора. Это такой забавный старик, который нам сильно обязан. Надеюсь, он не забыл, что мы снимаем у него жильё в городе. Обустрой там временную базу для нас. Но так, чтобы в любой момент можно было уйти. Мне не нравится жить у всех на виду. Настоящая база у нас будет в другом месте.

— Уверен, Арк? — Тия старалась не показывать, что идея разлучаться со мной ей не по душе.

Но сейчас от неё всё равно мало пользы, и с каждой минутой будет всё меньше. Шаманка уже начала зевать, а взгляд стал совсем сонным. Девушка уже сейчас спала на ходу. Ещё пара часов — и нам придётся её нести, как в прошлый раз.

— Ты ведь можешь почувствовать меня издали, верно? — спросил я у девушки. — Выспишься — догоняй. На первую половину дня ничего опасного не намечается. Несколько неприметных нубов среди толпы на местном рынке. Что может пойти не так?

Рынок…

Мы чуть-чуть не дошли до него во время первого исследования города. Он находится с противоположной стороны от Обсерватории, а путь к нему шёл так же, от генератора.

Громадная машина продолжала с шипением и гулом разгонять холод и согревать город от смертельных морозов наружности Стены. Стена жила своей привычной жизнью…

Я поглядывал по сторонам, пытаясь понять и представить себе жизнь в городе.

Мирных было много. Даже слишком, с учётом того, что творится вокруг. Проходчики защищают город от прорывов снизу, юсты обороняют от птичек. Даже системы оповещения построили, чтобы по тревоге мирные могли бежать в укрытия.

Мирная спокойная жизнь, да?

Что же за ней кроется на самом деле? Очевидно, что той же Серой это не сильно выгодно — ей бы загнать всех вниз. Мог бы подумать, что городу нужен и обслуживающий персонал, но тогда бы всё свелось к трудовой повинности, а не этой иммитацией нормальной жизни. Мирных намного больше, чем нужно для обслуживания проходчиков и юстициаров.

Значит, выгодно кому-то другому, тоже достаточно сильному. Фракциям? Возможно. Они собирают налог на защиту со своего района. Откуда простым людям брать этот налог, если они не ходят в Стену? Только работая на того, кто ходит. И юстициары, кстати, тоже не получают в этой цепочке земли сами — для этого и есть дань. Хотя.. их наверное кормит их фракция. Или сами вынуждены ходить вниз. Или.. как та сволочь, что работает на Первого.

Они создали здесь полноценную финансовую систему, основанную на земле. Не самое лучшее решение, как по мне. Но.. я задумался и не нашёл лучшего. Золото на Стене бесполезный ресурс. Сайна просветила, что единственный прок от него — больший порог насыщения магией в ритуале. Гораздо полезнее серебро с возможностью игнорировать половину видов стихийного урона, развешиванием чар и возможностью бить всякую нечисть.

Любые попытки создать собственную валюту в мире магии заранее обречены на провал. Любой металл или печать скопировать со способностью управления материей или созданием иллюзий — раз плюнуть. Сделать какие-нибудь магические водяные знаки тоже не выйдет — любой маг с тем же или выше уровнем силы сможет скопировать и их.

А однозначного лидерства в этом вопросе не существовало. На каждого великого волшебника существовал какой-нибудь не менее сильный колдун. Разве что Белая, как всегда идеальная во всём. Но она была проходчиком до кончиков волос. Казалось, она даже в мыслях не допускает ничего, кроме походов в Стену.

На моё пожелание она отреагировала лишь потому, что я упомянул урон, который массовые жертвоприношения, рабство и дальше по списку, наносят делу проходчиков. Наверное, она бы даже мимо поедания младенцев и издевательств над котиками прошла, не обращая внимания. Пока ей не сказать, что это подрывает боевой дух проходчиков и замедляет прохождение Стены на одну тысячную доли процента.

— Пришли, — объявила Сайна, выводя меня из задумчивости. — Тебе нужно что-то конкретное, или пока так, посмотреть?

— И то и то, — кивнул я. И сам направился к первому прилавку.

Рынок был стихийным — никто ни за кем не следил, все торговали где и как хотел — за прилавком или просто разложив свой товар на земле. Были и магазины — переоборудованные под эти цели дома. И своеобразные склады.

Людей было полно, и шум стоял соответствующий. Толпа беспрерывно галдела, торгуясь за каждый грамм.

Были и карманники, и мошенники и прочая процветающая в таких местах публика. Правда, карманниками были исключительно неудачники — много не наворуешь срывая у нищих с пояса мешочки с землёй. Местная валюта сама себя защищала от воровства. Те, у кого стоило воровать, были вынуждены ходить с большими мешками, или с носильщиками, а у простого работяги с собой столько без реальной нужды нет — носить неудобно.

Если так подумать, выбор земли как валюты и впрямь был на удивление неплохим. Пока кто-то, конечно, не научится превращать в землю что-то друге. Я не сильно разбирался в тонкостях формирования грунта, но даже я знал, как получается тот же торф. Сомневаюсь, что я единственный такой гений.

Значит, за этим тоже кто-то следит. Или ограничивает.

Фракции…

Я остановился перед прилавком со множеством фрагментов. Возле каждой был накарябанный на порванном свитке ценник в граммах и большая деревянная табличка — обмен не принимаем.

С такой или подобной торговали все, у кого были фрагменты чудовищ. А вот торговцы вещами, пищей и артефактами охотно принимали в том числе и части монстров. Любопытное ограничение, но его тоже можно понять. Если бы их меняли, а не продавали за землю, торговцы бы просто сидели как бесплатный обменный пункт без прибыли.

— По чём эта штука? И что это вообще? — спросил я у усатого мужичка, ковыряющегося щепкой под ногтями.

— Это? Глаз черхана, — лениво ответил он. — Элементаль такой водный, два кило.

Странная штуковина напоминала вырванный с нервом глаз, сантиметров сто в диаметре. Ничего от водного элементаля в этой штуке не было и близко. В остальном, ещё один экспонат кунсткамеры.

— Нехило, — я покачал головой.

— И зачем он?

— Притягивает к себе воду и формирует из неё всякое. Важная штука для