Настоящая попаданка - Ариана Леви

которые стояли вдоль стола, и которые днём были вместо стульев. Малышня спала кучей на печке — там был специальный закуток для этого. Младенец, понятное дело, спал в своей колыбельке, а единственная в доме кровать принадлежала мне пополам с лесорубом, который действительно оказался моим мужем. Вот тут я подзависла. Если Андрейку принять в качестве собственного ребёнка я смогла, то остальные дети были мне пока что чужими, и уж тем более чужим и страшным казался мне этот суровый мужик. Делить с ним кровать я была не готова. А ну как, приставать начнет? Судя по количеству детей, он это дело любит и практикует… Не-не-не, вот на это я точно ни за что не соглашусь! Во-первых, я его совсем не знаю, во-вторых, он старый, в-третьих, я его боюсь, в-четвертых, какого чёрта я вообще рассматриваю эту возможность?!

Своими страхами я поделилась с Настасьей. Она пообещала сама поговорить с братом, объяснить ему моё состояние. Будем надеяться, этого хватит, чтобы он ко мне не лез хотя бы первое время. А дальше сориентируюсь. Возможно, удастся сбежать… В первую очередь мне надо разобраться с происходящим, понять, что случилось и где я нахожусь. А потом уже разбираться с остальным.

Однако боялась я напрасно. Настасья не успела в тот же вечер поговорить с братом, так как за ней пришел её собственный муж и чуть ли не за руку уволок домой. После ужина все стали готовиться ко сну, а меня начало слегка потряхивать. Но мой так называемый «муж» загасил свечи, лёг на свою половину кровати, отвернулся и через минуту уже захрапел. Честно, стало даже как-то обидно. Я тут отбиваться приготовилась, а никаких поползновений даже не было. Конечно, мужик-то хоть и старый, но вполне подкаченный — видела я его мускулы, когда он после работы в тазу умывался, стянув рубаху. А я-то сейчас как квашня выгляжу… Обидно. Особенно обидно, что я не виновата в этом. Одно дело, когда девчонки ноют, что толстые, а до этого сами же бесконтрольно лопали сладости, а другое дело, когда всю жизнь следила за фигурой, ходила в фитнесс-клуб, а потом — бац, и всё равно толстая. Впрочем, сейчас это не самая моя большая проблема. Я до сих пор не понимаю происходящего, а когда пытаюсь об этом думать, голова идёт кругом. Никак не получалось увязать известную мне действительность с происходящим сейчас. Буду надеяться, что утро вечера мудренее, и попробую поспать.

Однако до утра спать мне никто не дал. Я слышала сквозь сон, как надрывается младенец, но продолжала спать, пока не почувствовала тычок в бок и злые слова «мужа» о том, что если я сейчас не встану и не покормлю ребенка, он на меня еще одно ведро выльет. Пришлось вставать. Андрюшка сразу успокоился, едва попал ко мне на руки. Держать его было немного страшно — настолько он был крошечным. Кажется, в течение ночи я еще раз просыпалась, на автомате кормила малыша, и снова засыпала. В итоге утром проснулась от очередного тычка — «муж» требовал завтрак. И чем мужей обычно кормят по утрам?

Я, в свою очередь, растормошила Даринку — всё равно сама я ничего приготовить не смогу. Нет, печкой я научилась пользоваться, но там сейчас не было огня — как на ней готовить-то? Да и омлет я бы могла приготовить, но где брать яйца? Не видела я вчера во время ревизии с Настасьей, где они хранятся и есть ли они у нас вообще.

Даринка проснулась, потерла глаза, вздохнула и стала одеваться. Затем мы с ней отправились в какую-то деревянную пристройку, откуда доносились разные непонятные звуки — хрюканье, мычание, кудахтанье. Зашли в одну из дверей и оказались в месте, где полно кур. Ну и запах тут стоял, бе-е-е. Даринка зашла прямо внутрь помещения, прошлась по периметру и насобирала в плетеную корзинку яиц. Просто запускала руку куда-то в пучок сухой травы, которой тут было всё обложено, и доставало яйцо! Магия, не иначе.

Затем мы зашли в другую дверь. Там были коровы. Всего две штуки, но с рогами. Там Даринка ополоснула руки, взяла ведро и стала доить корову. Глядя, как она сжимает и тянет животное за соски, я невольно поежилась, ощущая себя примерно такой же дойной коровой. Обратно ведро с молоком тащила я, а Даринка несла корзинку с яйцами. Затем молоко надо было перелить в бидон, остатки молока вылить в кувшин на столе, а само ведро сполоснуть и вернуть коровам. Потом я приготовила-таки омлет с зеленью! Даринка по моей просьбе сбегала и нарвала какой-то травки прямо с грядки. Да, есть всё-таки свои плюсы в деревенской жизни! Еще мы варили кашу из какой-то желтоватой крупы. Ну, как мы — Даринка варила, я смотрела. А под конец готовки проснулся Андрейка и я села его кормить, выпив предварительно стакан молока. Затем малыш продолжил спать, а мы все сели завтракать.

Боже, это невообразимо вкусно! Тот омлет, который я готовила в Москве, кажется жалкой подделкой по сравнению с тем, что получился у меня здесь! Уж не знаю, с чем это связано — может, качество яиц и молока выше? Но вкус изумительный! И судя по тому, как стучат деревянные ложки по мискам, нравится не только мне. «Муж» даже послал мне довольный взгляд, отчего я чуть не поперхнулась.

После завтрака у нас было много дел: надо было печь хлеб на неделю, готовить обед, распределять обязанности среди детей — оказывается, все, кроме самых маленьких — Андрейки, который еще в колыбели, и Маруси, которой три года, — работали вместе со взрослыми и имели свои обязанности. Так я, наконец, познакомилась со всеми детьми и смогла составить в голове их список, начиная со старших: Гриша — самый взрослый, ему 20 лет, Дарина — 16 лет, Стёпа — 12 лет, Ляля — 10 лет, Егор — 7 лет, Маруся — 3 года, Андрейка — 3 месяца. Если верить этому списку, последние двадцать лет я рожала-беременела каждые 2–3 года, то есть, практически, беспрерывно. Ужас! Соотнести это с тем, что мне всего 19, а мой старший сын старше меня на год, никак не получалось. И если учесть, что мне примерно сорок (надо уточнить у Настасьи), то, получается, я, вместо Кембриджа, чуть ли не сразу после вечеринке в клубе, вышла замуж, уехала в глушь, где даже о Москве не слышали, и стала постоянно рожать! Ну не могла я так сделать, никак.