Настоящая попаданка - Ариана Леви

я вполне могла принять как действительность. Но верить, к примеру, в существование экстрасенсов в мире, где за доказательство паранормальных способностей предлагают миллион долларов, который до сих пор никем не получен — абсурд, с моей точки зрения. Хотя… возможно, настоящие экстрасенсы не хотят светиться, и могут и без этой премии неплохо заработать. Но пока их существование не нашло подтверждения, можно было лишь допускать саму эту возможность, не более. Так я рассуждала, застирывая рукав Марусиной рубашки, которым она неосторожно залезла в плошку с вареньем.

Да, после рассказа Настасьи и спасения скатерти, мы вернулись к стирке. А что делать-то, работа не ждёт. Другой мир или тот же самый, есть в нём магия или нет, я это или не я, а белье должно быть постирано. Хорошо хоть, что эта однообразная механическая работа позволяла спокойно обдумывать ситуацию. Дожили, Владислава! Меня уже радует, что я занимаюсь грязным ручным трудом!

И всё же, по какой причине это со мной произошло? И главное — что мне делать? Чего я хочу, я знаю точно — я хочу вернуть свою жизнь. А вот как это сделать… Если здесь есть магия, волшебство — то, наверняка, должны быть и способы вернуть меня обратно. Но стоя у печи в деревне и стирая в реке грязные пеленки, я об этих способах вряд ли узнаю. Хорошо бы мне найти какого-то сильного мага, который мог бы мне помочь. Раз это не моё тело, не мои дети и не мой муж, я ведь и не обязана с ними возиться, верно? Нужно раздобыть денег и отправиться на поиски мага. С другой стороны, а вдруг это реально какой-то квест, который я должна пройти именно здесь, в деревне? Вдруг меня специально закинули именно сюда, и единственная возможность вернуться — это сделать то, что от меня требуется, чем бы это ни было? Да, плохо ничего не понимать. Но сейчас уже появилась хоть какая-то ясность, и я могу хотя бы понять, в каком направлении копать.

Значит, решено. Сперва узнаю всю доступную информацию здесь, а уже потом, исходя из неё, буду строить дальнейшие планы.

После обеда я попросила Гриньку снова очистить посуду. Он испуганно огляделся, но, увидев, что в доме мы одни, успокоился и согласно кивнул. Снова как-то странно пошевелил пальцами — и вся посуда стала такой, какой была до использования. Чудеса!

— Слушай, — пришла мне в голову одна блестящая идея, — а с подгузниками ты так можешь?

Гришка непонимающе посмотрел на меня. Вздохнув, я прошла к хнычущему Андрейке, который, судя по запаху, как раз успел сходить в сложенную в несколько раз пеленку, которая тут заменяла памперс. Распеленав ребенка, я поняла, что не ошиблась в своих подозрениях, и указала глазами Грише на использованный самодельный подгузник. Парень поморщился, но пошевелил пальцами — и ткань «подгузника» засияла чистотой.

В порыве благодарности, я расцеловала парнишку в обе щеки.

— Гришка, спасибо тебе! Да ты просто клад! — не могла я сдержать эмоций: всё-таки стирка грязных пеленок была не самым приятным занятием.

— Гри-и-ишенька, а можно тебя попросить каждый день их чистить, а? А то я так устаю, а тебе же это ничего не стоит? Мы отцу ничего не расскажем!

Гришка как-то удивленно и растерянно поглядел на меня, но всё же кивнул. Получив согласие, я снова кинулась его обнимать, на что он неловко вывернулся из моих рук, и пробасил:

— Ма, ну ты чего, а? Давно бы уже сказала, я ж только рад помочь.

После чего быстренько сбежал. Видимо, я повела себя как-то не так, как он привык. Мать своих детей не обнимала, что ли? Или не просила ни о чем? Хотя, возможно, дело в том, что я иногда забываю, что сейчас я — взрослая женщина, мать этих детей, а не девочка-припевочка одного с ними возраста. Наверное, не надо было хлопать ресницами и строить просящую мордочку, как я всегда делала, когда хотела что-то выпросить у папы. Сейчас я сама в роли родителя, и это, наверное, выглядело очень странно. Но поведенческие привычки — не то, от чего в одночасье можно избавиться.

Но, как бы там ни было, а с Гришкиной помощью, работы у меня чуть уменьшилось. Периодически я пробовала его разговорить на тему магии. Оказалось, она у него проснулась в 11 лет, когда они с другом краской на заборе одного противного соседа написали неприличное слово. Тот сосед их поймал на воровстве яблок в своём саду, ну и отходил хворостиной. А мальчишки замыслили месть. Противный сосед дураком не был, и сразу, как увидел на заборе художества, так и пришел к нам разбираться. А у Гришки все руки были в краске, и штаны с рубахой кое-где. В общем, испугался он сильно — не столько соседа, сколько отцовского гнева. Но, когда отец позвал Гришку и тот вышел к ним с соседом, то на нём не оказалось ни единой капли краски. А без доказательств — и суда нет. Правда, забор им с другом тогда всё-таки пришлось перекрашивать… У друга-то никакой магии не было.

А Гришка с тех пор стал экспериментировать с обретенной силой и вскоре уже мог управлять ею. Тогда он пришёл к отцу, продемонстрировал ему свою способность, и попросил устроить в магическую школу. Но Гиртан рассердился и запретил сыну и думать об этом. Если Гришка пытался использовать свои способности на глазах у отца, то ему каждый раз доставалось. Так что теперь парень даже не заикается о магическом образовании и не пытается демонстрировать способности, чтобы не раздражать лишний раз отца.

Меня подобное отношение к собственному сыну возмущало. Как можно не давать ребёнку учиться и развивать свои способности? Да мои родители были готовы всё отдать, чтобы их дочь могла получить достойное образование! А тут отец своими руками гробит будущее сыну при молчаливом бездействии со стороны матери, видимо. Как изменить ситуацию, я пока не знала, но обещала Гришке, что при случае поговорю с отцом и попробую его переубедить. Трудность заключалась в том, что я всё еще побоялась своего так называемого мужа.

От Гришки я узнала, что поговорить о магии во всей деревне я могу только со стариком-знахарем, который жил на окраине. От него Гришка и узнал те движения пальцами, которые позволяли творить волшебство не спонтанно, а целенаправленно. Возможно, и мне стоит с ним побеседовать — надо только немного разгрузить мой рабочий график. Благо, помощников у меня хватает.