Настоящая попаданка - Ариана Леви

— Но… что? — я уже приготовилась возражать, когда до меня дошло, что именно сказал Гиртан. Это было настолько неожиданно, что я растерялась, но почти сразу же вспомнила, почему вообще решила, что это именно он был против занятий магией:

— Но Гриша демонстрировал при мне магию, а при тебе — боялся.

— Конечно. Разве я мог пойти против жены? Я поддержал тебя в этом решении, как и во всех остальных. А мои решения в этом доме не оспариваются.

Да, не этого я ожидала, готовясь к сегодняшнему разговору. Может, надо было раньше с «мужем» поговорить? Из-за того злополучного ведра воды, с которого началось наше знакомство, я держалась от Гиртана подальше, считая его несколько… м-м-м, неадекватным. Но, похоже, что у страха глаза велики. В конце концов, не ударил же он меня тогда, не оскорбил. Просто в чувство хотел привести. На деле же вроде адекватный мужик оказался, это Славка, оказывается, чудила. А, может, и не чудила.

— А почему я была против, можешь напомнить? — спросила я, немного подавшись вперед и напряженно ожидая ответа. Если есть веские причины, то от этого плана придётся отказаться.

— Могу. Не хотела мальчика в город одного отпускать. К тому же, он старший: мы думали, что сможем ему оставить хозяйство, когда остальные дети подрастут.

— А сами бы мы куда делись?

Гиртан вздохнул, немного откинулся назад, провёл рукой по лицу, словно стирая усталость — не физическую, моральную.

— Ты совсем ничего не помнишь?

Я отрицательно покачала головой. Надеюсь, ты мне расскажешь! И он стал рассказывать, отстраненно, словно про кого-то незнакомого:

— Я странствовал к тому моменту уже больше двадцати лет, когда остановился в вашем доме. Мы понравились друг другу сразу, стали встречаться. Ты была совсем молоденькой. И так получилось, что ты забеременела. Мы поженились, и я привёз тебя сюда. Ты очень переживала, что из-за своей беременности ты лишишься на долгие годы свободы, хотя могла бы наслаждаться ей еще лет 20–30 спокойно. Ты даже думала о том, чтобы избавиться от ребенка, но мы с твоими родителями тебя отговорили. Мы с тобой договорились, что сперва родим и воспитаем детей, а потом, оставив хозяйство на старшего сына, начнём жить для себя. К этому времени мы оба будем еще не старые, у нас будет достаточно времени для… наслаждения жизнью.

На последних словах Гиртан слегка скривился, и я поняла, что его самого этот план, по каким-то причинам не радует. Но что именно ему не нравится, я не могла пока понять.

— А откуда я родом?

— Ты даже этого не помнишь? — помрачнел Гиртан.

Я пожала плечами. Может, стоит открыться ему? Нет, подожду еще. Пока что он себя нормально ведёт, но кто знает, что будет дальше. Надо понаблюдать подольше.

— Ты из деревни «Сизые холмы», что в предгорьях гномов.

— Я гном?! — изумилась я.

— Что? Почему? — изумился в свою очередь Гиртан, — Я сказал, что деревня в предгорье расположена. Горы принадлежат гномам, а деревня вполне человеческая. Конечно, там встречаются смески, но редко. Гномы своё потомство ценят, поэтому полукровок забирают к себе.

— А ты видел гномов? Какие они? — жадно спросила я.

— Ты тоже видела, только, похоже, не помнишь. Они часто спускались в деревню, торговлю с людьми вели.

— А эльфов и троллей видел? Ты же странствовал в юности, наверное, много где побывал? Расскажешь?

У Гиртана брови на лоб полезли, он даже выставил вперед руки, останавливая меня.

— Мне, конечно, приятно, что ты вдруг заинтересовалась тем, как прошла моя юность, но мне казалось, ты о чем-то хотела поговорить? Вряд ли именно об этом. Потому что если это так — то давай отложим до вечера, нам работать надо.

Я едва не хлопнула себя по лбу. Неожиданно заполучив еще один потенциальный источник информации, я захотела вытащить из него максимум, и в итоге забыла, зачем вообще начала этот разговор.

— Да, точно. Я хотела поговорить по поводу Гриши. Он хочет учиться магии, и я его в этом поддерживаю. Степан уже достаточно большой мальчик, может тебе помогать вместо Гриши, и, если захочет, то и хозяйство на себя потом возьмёт. А Грише нужно учиться, ведь магический талант — редкий дар.

Честно говоря, последнее было моим предположением, которое я выдвинула, исходя из всего, что мне было известно о магии в этом мире. И, судя по тому, что Гиртан не возразил, предположение оказалось верным.

— Как ты на это смотришь? — спросила я у него.

— Я не против. Тем более, парень взрослый, и может сам распоряжаться своей жизнью. Я в его возрасте отправился путешествовать, хотя на мне тогда тоже было хозяйство — спасибо Насте с мужем, присмотрели. Так что я могу понять, что ему в этом возрасте хочется иных впечатлений, чем сидеть в деревне и окучивать грядки.

В этот момент муж взглянул на меня, и в его взгляде мне почудилась доля вины. Он винит себя за то, что Слава была вынуждена провести юность в деревне с ним, няньча детей?

Ну, с одной стороны, я Славку хорошо понимала. Наверное, залети я сама в 19 лет, обозлилась бы еще так на парня. У меня же планы, Кембридж, карьера. Но всё-таки в процессе создания детей участвуют оба, и несправедливо возлагать вину на одного только мужика. Хотя, я же не знаю, что у них там произошло. И лезть туда не собираюсь. Вернётся Славка — пусть сами разбираются. Надеюсь, всё же, моя миссия не в том, чтобы наладить отношения этих двоих. Где я, и где семейная психология?

— Есть еще один момент, — осторожно проговорила я, не желая случайно нарушить едва установившийся контакт с «мужем», — Гриша может поступить сейчас только в Международную Академию Магии, а это довольно далеко.

— И что? — не понял Гиртан. Ну да, он же в этом возрасте весь свет объехал.

— И я хочу его проводить.

— Что? Зачем?

— Ну, я же мать и волнуюсь за него, — выдала я заранее приготовленную фразу.

— Влада, он уже взрослый, — покачал головой Гиртан, явно не принимая этот аргумент.

— Дети остаются детьми для своих родителей, даже когда вырастают, — эту фразу я часто слышала от своей мамы.

— А остальные дети в это время будут вдали, без матери?

— Они будут в безопасности, а за Гришу я буду волноваться. Вот доберётся, поступит — тогда я со спокойной душой уеду домой.

Лесоруб задумался, поглаживая бороду. Наконец, сказал:

— Тогда нам нужно успеть снять урожай до начала осени. Настасья с мужем присмотрят