Полет Сорок - К. Дж. Чарльз

и сделала, потому что родилась и выросла на улице, а однажды беспризорник – всегда беспризорник.

- Фэйрли. Не тот ли это Фэйрли, с которым я встречался весной, с мокрым ртом и еще более мокрым рукопожатием?

- Он раболепствует перед теми, кто сильнее его и на кого он не может наехать. Да, это он, - Крейн описал его как елейного идиота, отметил Стивен. Он взял себе на заметку повторить это многозначительную фразу для Эстер. – Он не такой, как я или Сейнт. Или Эстер.

- Миссис Голд – нечто труднодостижимое, - заметил Крейн. – Так хождение по воздуху – редкое умение? А у тебя нет таких скрытых дарований?

- Боже милостивый, нет. Это невероятно редкая способность. Я знаю Сейнт, бабулю с ревматизм, парня из Йоркшира с большими проблемами по части выпивки и бедолагу с Южного побережья, который потерял концентрацию над утесом и упал там, переломав ноги. Несомненно, есть еще кто-то, но таких немного…

- И ты больше не знаешь светловолосой молодой женщины с такими способностями, - закончил за него Крейн. – Звучит не слишком хорошо для мисс Сейнт.

Это была одна из причин, почему Стивен любил его. Другой человек начал бы успокаивать и заверять, что все будет хорошо, и Стивен был бы вынужден притвориться, что успокоился. Крейн так не делал.

Он подошел к дивану, сел на него, его ноги улеглись на бедра Крейна, так что его ступни свисали, покачиваясь.

- Да, звучит не слишком хорошо. Она не самый безупречный человек на белом свете, а платят нам сущие гроши, и… нет. Я не собираюсь смотреть, как ей выносят приговор на этом основании без твердых доказательств. Худая слава, и все такое. Мы присматриваем за ней, - вздохнул Стивен. – Все осложняется тем, что у Эстер был яростный спор с Советом по этому делу. Фэйрли уже мысленно осудил Сейнт, но она восстановила против себя еще и Джона Сли … я вроде рассказывал тебе об этом идиоте, который устраивает кампании против системы юстициаров. Это было бесполезно. Она чувствует себя еще хуже, - он сделал глоток вина, готовясь. – Ээээ… Люсьен…

- Что такое? – нахмурился Крейн.

- Эстер. Она сказала мне, почему ей плохо, после встречи. Она в положении.

- В каком положении? Ах, положении… Ну, это должно быть хорошей новостью?

Стивен скривился.

- Насколько я знаю, у нее было уже три выкидыша. И, кажется, проблема в том, что она очень мощно использует свои силы. Последний раз был зимой, когда был случай с Андерхиллом, и Дэн взял с нее обещание, что она прекратит работать, как только забеременеет снова.

- Она снова в положении.

- Да, и она очень хреново себя чувствует, - Стивен был вынужден придержать ее волосы, когда ее рвало после встречи. От этой обязанности он мог бы и избавится.

- И?..

- И это означает, что на ближайший год я сам по себе, если все пройдет хорошо. Если даже она будет чувствовать себя более-менее нормально, она не сможет использовать свои силы. Если же она будет использовать их и потеряет ребенка… это слишком рискованно.

- Она и не должна. Что ж, передай ей мои наилучшие пожелания. Так кто заменит ее? – Крейн помедлил. – Тебе же нужна будет помощь?

Стивен почти пожалел, что его любовник был настолько проницательным, уточняя проблему, которая могла в противном случае пройти бы незамеченной.

- Чья? В Лондоне семь юстициаров, включая меня и Эс, четверо из них младшие, и одна из них – Сейнт. Совет годами отказываться брать новых, несмотря на то, что мы потеряли Эрбатнота позапрошлым летом. Эстер просила, чтобы кто-нибудь занял ее место, но она уже не в состоянии ходить куда-то. На прошлой неделе ее рвало по четыре раза за день, - Стивен беспомощно развел руками. – Я не так уж многое могу сделать, за исключением того, чтобы взять на себя ее работу.

- Один за двоих? – Крейн свел брови. – А как насчет Рождества? Ротуэлла?

- Возможно, не получится.

- Да ради… - Крейн скинул ноги Стивена и поднялся, и прошествовал, чтобы налить себе еще вина.

- Слушай, я хочу поехать, - Стивен появился за его спиной. – Я не могу представить, чтобы хотел где-то быть больше, чем там с тобой. Но я должен поддержать Эстер.

- Ценой собственной жизни. Опять.

- Она костьми легла ради меня, и ты это знаешь, - Стивен завелся, хотя знал, что стоило бы извиниться. Крейна явно раздражали помехи лондонской жизни и то, что он вынужден находиться в хорошем обществе. Стивен отлично осознавал, как ему нужна эта поездка в Ротуэлл, нужна свобода жить той жизнью, которой наслаждался двадцать лет, жизнью без оглядки, и такой жизни у Стивена никогда не было. Он хотел этого не меньше, чем Крейн, но бога ради, это была Эстер. – Она безбожно врала Совету, чтобы убедить их, что я не стал черным магом, и чтобы меня не преследовали. Она прикрывает меня каждую ночь, что я провожу здесь, чтобы Сейнт и Дженосси постоянно не интересовались, почему я не в своей постели. Я должен ей это, и я не собираюсь подвести ее, даже не попытавшись.

- Да, понимаю, но ты не должен ей всю свою жизнь, и уж точно не должен этого я. Это и меня касается тоже, Христа ради!

- Я не хочу подвести и тебя, - Стивен встал и подошел поближе с примирительными намерениями. – Я не могу уехать на две недели, но я не собираюсь с головой погружаться в работу, обещаю. Я буду проводить столько времени, сколько смогу. Не усложняй все, пожалуйста. У меня нет выбора.

- Ты уже выбрал. Ты выбрал принести себя в жертву на алтаре этого чертова правосудия. Ты выбрал защищать мир ценой собственной жизни, а теперь ты собираешься воспользоваться еще и моей…

- Да, но если я не буду этого делать…

- Это сделает кто-нибудь другой. Незаменимых нет, и невероятно высокомерно думать, что это не так.

Стивен поднял руки.

- И что ты хочешь, чтобы я сделал? Сказать Эстер, чтобы она возвращалась к работе, рискуя потерять ребенка? Работать с