Полет Сорок - К. Дж. Чарльз

Стивен, который каждый день видит смерть и слишком привык к потерям. Крейн мысленно дал себе пинка и мягко продолжил. – Но ты прав. Мой долг перед потомками сохранить свою красоту.

- Я не говорил этого.

- Я оценю возможность этого. Если ты тоже будешь позировать для портрета.

- О… эээ…

- Это условие, мой сладкий. Я тоже хочу на тебя смотреть. Я найду подходящего художника, который воздаст тебе должное.

Стивен сузил глаза.

- Если будут шутки о миниатюристах…

Крейн трескуче рассмеялся, заставив сорок сорваться с мостовой, и они вместе пошли к Совету.

(1) Аскот — галстук, похожий на мужской шейный платок, заправляется за воротник рубашки или сорочки и закрепляется булавкой или брошью. Назван так в честь городка Аскот в Великобритании, где проходили королевские скачки на лошадях.

(2) тёмно-синий с радужными, подобно павлиньему хвосту, переливами цвета.

(3) Примерно 6,3 метра.

Глава 2

Стивен расстался с Крейном на Сардинии-стрит, улыбнувшись и прикоснувшись к его руке. Это все на что он осмелился, и даже это не казалось безопасным. В Шанхае, по словам Крейна, они могли бы целоваться на улице. Эта мысль была настолько чуждой, что Стивен с трудом мог поверить в это, но он не смог удержаться от любопытства, и теперь она не давала покоя. На что бы это было бы похоже. Если бы он уехал в такое место, осмелился бы он?

«Хватит, Стив», он заставил себя мысленно вернуться к работе, направляясь к непримечательному зданию из красного кирпича на углу Линкольн-Инн-Филдс, принадлежащее Совету, который управлял английскими практикующими и платил ему скудное жалование.

Его партнерша Эстер Голд шла к двери, когда он подошел. Он поднял руку в знак приветствия и получил усталый кивок в ответ.

- Ты в порядке, Эс? Выглядишь усталой, - на самом деле, она выглядела кошмарно, но Стивен знал, что лучше этого не говорить: изможденная, с землистым цветом лица, ее волосы распрямились. – Не лучше ли тебе было остаться дома? Ты же не собираешься снова заболеть?

Эстер посмотрела на него, сжала губы и тяжело сглотнула.

- Даже не упоминай об этом. Ты знаешь, зачем нас сюда вытащили?

- Нет, я думал, ты знаешь.

- Нет.

- Чудесно, - пробормотал Стивен.

Они вместе прошли через незаметно охраняемые двери, через узкий холл, увешанный портретами великих практикующих прошлого. Стивен, как всегда, взглянул на гравюру с Повелителем Сорок: красивый аристократ, одетый по моде двухсотлетней давности, его патрицианские черты явно напоминали лицо Крейна. Эстер бросила на него сардонический взгляд, но удержалась от комментариев.

Двое юстициаров были вынуждены томиться в прихожей досадные двадцать минут. Когда им сделали знак войти, ситуация не улучшилась. Стивен, оказавшись перед лицом трех членов Советов, чувствовал как на него давят, Эстер еле слышно застонала.

В центре стола сидел Джон Сли, человек которого Стивен не любил больше всех в Совете, а может быть, и в мире. Это был агрессивный, решительный, яркий человек, который расцветал от конфликтов и для кого мнение, отличное от его собственного, было отвлеченной от жизнью чушью или слабостью, а чужое мастерство - угрозой. Он был убежден, что юстициары ограничивают свободу практикующих, и можно было не сомневаться, что он будет спорить в каждом случае, сомневаться в каждом свидетельском показании и протестовать против каждого дополнительного заседания.

Если к Джону Сли Стивен чувствовал отвращение, то Джорджа Фэйрли он презирал. Второй советник был хорошего происхождения, с мягкими руками, темными губами и неоправданно высоким самомнением. Весной, когда Стивен пытался передать дело Крейна, Фэйрли претендовал на него, основываясь на своем происхождении. «Подобное притягивает подобное», говорил он, глядя сверху вниз на Стивена, сына опозоренного стряпчего. Фэйрли не был ни подготовленным юстициаром, ни человеком, которого Стивен мог бы уважать за его ум или навыки, и его чертово стойкое чувство долга заставило его упереться и отказаться передать дело кому бы то ни было. Этот отпор публично унизил Фэйрли, и он не забыл и не простил этого. Отказ спас жизнь Крейну и свел их вместе, а за это Стивен был готов платить гораздо более высокую цену, но время от времени враждебность Фэйрли доставляла неудобства, и, кажется, это был как раз такой случай.

Третий член Совета, разглядывающая их со сжатыми гузкой губами через очки-половинки, была не намного лучше. Миссис Бэйрон Шоу, столь же хорошего происхождения, но намного более толковая. На ее абсолютную честность можно было положиться, но, как прекрасно знал Стивен, оно того стоило лишь если ты сам не под подозрением – а сейчас всяко был не тот случай.

Он прокрутил в голове события последних дней, пытаясь понять, какое нарушение привлекло внимание Совета. Это не могло быть связано с силой Повелителя Сорок, в таком случае его вызвали бы одного. Тем не менее, от этой мысли он похолодел. Тот момент, когда он рассказал Эстер и ее мужу, что они с Крейном любовники, был одним из самых страшных в его жизни, полной страхов, а он сам толком еще не успел все сформулировать, вместо того, чтобы отказаться от Люсьена, как трус, которым он был. Объяснять это Совету… нет.

Сосредоточься, Стив, ты здесь не для этого.

Джон Сли оторвал голову от бумаг, которые он демонстративно листал.

- Ну же, приступим, мы опаздываем, - Казалось, он был раздосадован, как будто проволочка случилась по вине Стивена. – Что вы можете сказать по этому поводу?

- О чем сказать? – спросила Эстер. – Никто не объяснил нам, почему мы здесь.

- Ваша беспризорница, - вcхрюкнул Фэйрли. – Эта соплячка, воровка и грубиянка, как ее там.

Стивен одеревенел, а Эстер зло втянула воздух, но миссис Бэйрон Шоу заговорила раньше, чем они оба успели.

- Мы здесь для того, чтобы обсудить это, Джордж. Ничего не доказано. Этого юстициара зовут Сейнт. И я могу написать ее имя, если вы не в состоянии запомнить пять букв, - она одарила его искусственной улыбкой, даже не пытаясь изобразить искренность, пока он не пробормотал что-то и не отвел глаза. Затем она посмотрела поверх очков на Стивена и Эстер. – Я так понимаю, вы не слышали о воровстве.

- Каком воровстве?

- Ряд краж небольших вещей