Волчица и пряности. Том 10 - Исуна Хасэкура

Она часто требовала, чтобы Лоуренс снимал комнаты на лучших постоялых дворах, однако же в ценах она более-менее разбиралась. В таких роскошных комнатах Лоуренс и его спутники не останавливались еще никогда. Чтобы это понять, достаточно было одного взгляда на реакцию Хоро.

– На этом постоялом дворе не было ни одного постояльца уже десять дней, а в этой комнате – четыре недели. Я слышал, в это время года постояльцев вообще мало, так что одного серебряного люта хватило, чтобы оплатить и эту комнату, и дрова для очага, да еще и сдачу нам дали. Правда, – Лоуренс указал на лежащие на столе черные монеты, – на эти деньги тут едва ли что-то купишь.

– Понятно. Значит, ты наживаешься на их беде.

– Не слишком ли сильное заявление? Когда нет спроса, вполне естественно, что цена падает.

– Ладно, ладно, главное, чтобы ты не снял эту комнату ради остатков своей гордости. Эй, малыш, подержи тот конец.

Хоро поспешно стелила постель, и Коул, адресат ее игривых насмешек, покорно взялся за край ее одеяла. Наблюдая за ними со смущенной улыбкой, Лоуренс размышлял.

Он прокручивал в голове то, что рассказал ему Дойчман о трудном положении королевства Уинфилд и о планах Альянса Рувика воспользоваться им ради собственных целей. В любом веке слабые обречены становиться добычей сильных.

И тем не менее Лоуренса потрясло то, что даже Великий монастырь Брондела, о котором сложено столько знаменитых од и поэм, не может избежать этой судьбы. Да, Церковь сейчас не обладала той властью, как прежде, но Лоуренсу все равно казалось, что ее монастыри поддерживает некая невидимая сила.

Вскоре после знакомства Хоро и Лоуренса они оказались в опасном положении, а Хоро даже угодила в заложницы – виной всему этому была именно Церковь. Мысль, что Лоуренс с близкого расстояния наблюдает падение могучей империи, одновременно возбуждала и вгоняла в уныние.

Конечно же, Лоуренс не собирался ни поддерживать, ни противостоять обеим сторонам. Человек ест овец, но страдает от волков. Когда он дошел до этой мысли, Хоро вдруг повернулась к нему и сказала, глядя ему в глаза:

– Если бы ты только мог сейчас видеть свое лицо – ты просто ходячее беспокойство.

В комнате было тепло, спасибо надежным ставням на окнах и камину. Однако капельки пота на лбу Хоро, снявшей уже балахон, были, скорее всего, вызваны ее игрой с Коулом. Сам Коул сидел ссутулившись возле кровати и пил воду; вид у него был совершенно измотанный. А вот большие глаза Хоро горели радостным возбуждением – возможно, ее взбодрил запах овечьей шерсти.

– О да, мои намерения, несомненно, злы и коварны. Как раз сейчас я молча молился, чтобы Церковь стояла вечно.

– Что?

С равнодушным видом она села на стул и потянулась к кувшину с водой, стоящему на столе. Точнее, там должна была быть вода, но на самом деле кувшин был наполнен вином. Он был не из глины, не из железа и даже не из бронзы – все кувшины здесь представляли собой выдолбленные кокосовые орехи. Кокосы, по-видимому, росли в далеких южных странах. Уже отсюда можно было легко представить, как процветала эта страна раньше.

– А, да, насчет твоих последних слов…

– Если они тебе не понравились, я могу сыграть другую роль – веселого торговца, который наблюдает за падением некогда могучего врага.

– …Дурень.

Поколебавшись чуть-чуть, она все же наступила ему на ногу – вспомнив неудачу с нарвалом в Кербе. Как ни удивительно, где-то глубоко было в ней чувство справедливости. Но несмотря на это, по-видимому, ее изрядно беспокоила воображаемая картина «Протягивание руки помощи некогда сильному врагу, ныне попавшему в беду».

В Кербе они трое помогли Ив, красивой женщине-торговцу, которую прозывали волчицей реки Ром. Конечно, Лоуренс знал, что если будет дразнить Хоро на этот счет, то вполне может поплатиться и жизнью. С той самой минуты, как Ив «поймала» его, он жил как на иголках. Ему совершенно не хотелось пережить то же самое второй раз.

– Меня это немного печалит. У меня к Церкви неоднозначное отношение, но иногда она меня выручала.

– Хмм… могу представить. С другой стороны, тот тип из Тейлора был на вид вполне довольным, когда рассказывал про их ситуацию.

– Дойчман, думаю, и был доволен. Он ведь сказал, что занимается покупкой шерсти, помнишь? Нужно приложить немало сил, чтобы хотя бы получить шанс вести с монастырем переговоры, так что он и должен радоваться тому, что у монастыря затруднения.

– Унылый и плывущий по течению, да?

– Именно. Но сама ты не слишком ли радовалась, когда нам принесли шерстяные одеяла?

При этих словах Лоуренса лицо Хоро стало предельно серьезным. Но – уши встали торчком, щеки надулись. Видимо, осознав, что скрывать чувства поздно, она расслабила лицо и вздохнула.

– Из-за этих одеял мне только труднее будет уснуть. Запах овец будоражит голову.

– А тем парням, думаю, не дает уснуть запах денег. На этот раз едва ли у нас будет возможность влезть в эту историю вокруг монастыря. При всей твоей мудрости, уме Коула и моей смелости – противник просто-напросто слишком силен.

– О чем это ты?

Хоро села и оперлась щекой на руку; она казалась одновременно уставшей от Лоуренса и счастливой.

– А тогда что мы будем делать? – это Коул внезапно решил поучаствовать в разговоре, после того как подкинул еще дров в очаг. Как истинный северянин, он прекрасно умел поддерживать огонь.

– Едва ли Альянс Рувика охотится за костями бога-волка. Иначе или Ив, или Киман хоть что-нибудь знали бы об этом.

– Значит, два хищника, охотящиеся за разной добычей, случайно встретились на одной узкой тропинке?

– Не знаю, насколько тут можно сказать «случайно встретились на одной узкой тропинке»… но, что бы там ни было, а Альянс Рувика – невероятно сильный противник; можно считать, что он равен целому королевству. Состязаться с ними мы просто не можем – никак. Однако если взглянуть под другим углом – для нас это может быть хороший шанс.

– Хмм?

Коул, прислушиваясь к разговору Лоуренса и Хоро, тряс перед огнем свою куртку – видимо, пытался вытрясти блох.

– Сейчас монастырь стоит перед пастью этой ядовитой змеи, Альянса. Все, чем они владеют, выложено напоказ всему миру, это избавляет нас от усилий – не придется искать самим. Кроме того, по словам Дойчмана, цель Альянса – обширные земли монастыря. Даже если кости в монастыре, вряд ли Альянс ими сейчас интересуется.

Альянс Рувика едва ли волнует предмет, который тянет всего на пару тысяч золотых монет. Несмотря на всю их ценность, кости бога-волка – всего лишь товар, который можно купить за деньги. А по-настоящему ценно то, что за деньги купить нельзя.