Волчица и пряности. Том 10 - Исуна Хасэкура

Особенно процветало овцеводство. Говаривали, что овечья шерсть здесь растет быстрее, чем трава. И по количеству шерсти, продаваемой другим странам, королевство Уинфилд не уступало никому.

Горы мешков с шерстью громоздились на погрузочных дворах всех торговых домов, выстроившихся вдоль порта, и под крышей каждого из этих домов виднелась эмблема в виде бараньего рога, обозначающая королевское разрешение продавать шерсть.

Торговый дом Тейлора был в этом ряду последним, и фасад его не вызывал никаких нареканий. Судя по свету свечи, пробивающемуся из-под входной двери, этот торговый дом процветал.

Лоуренс постучал в деревянную дверь, и она тут же открылась. Точнее, приоткрылась – видимо, потому что время было неурочное. В любом городе, в любом порту рабочие часы мастерской или торгового дома следовало уважать.

– Кто там?

– Прими мои искренние извинения, что беспокою в столь поздний час. Я ищу господина Дойчмана.

– Дойчмана? Ты вообще кто –

– Я Крафт Лоуренс из Торговой Гильдии Ровена. Меня послал господин Руд Киман из Кербе.

С этими словами Лоуренс протянул письмо. Бородатый торговец средних лет какое-то время изучал лицо Лоуренса, потом наконец взял письмо и осмотрел с обеих сторон. Затем, оставив позади лишь «подождите немного», ушел в глубь здания.

Через приоткрытую дверь наружу пополз теплый воздух. Кроме того – возможно, потому что Лоуренс и его спутники прибыли сюда под вечер, – изнутри потянуло вкусным ароматом; похоже, там подогревали коровье или овечье молоко с медом.

Даже Лоуренсу трудно было терпеть этот запах, что уж говорить о Хоро с ее сверхострым обонянием. В животе у нее нетерпеливо заурчало, и в ту же секунду бородатый торговец вернулся и открыл дверь… Лоуренс даже подивился – может, он ее услышал?

– Прошу прощения, что заставил ждать. Пожалуйста, заходи, господин Лоуренс.

– Прошу прощения за вторжение.

Кивнув своему собеседнику, Лоуренс вошел в дом; Хоро и Коул за ним.

– Сюда, пожалуйста.

Торговец закрыл дверь и пошел в глубь здания. Идя следом, Лоуренс и остальные вскоре очутились, судя по всему, в комнате для переговоров – здесь было несколько столов и стульев.

Вся мебель в комнате была с красивым орнаментом, со стен свисали гобелены с изображениями короля Уинфилда. Комната была словно в особняке аристократа, а не в обиталище торговцев.

За аккуратно расставленными столиками можно было обнаружить малочисленных торговцев, играющих в карты. В Уинфилде любили азартные игры, но поведение этих людей не казалось грубым – скорее, наоборот, элегантным.

Эти люди, похоже, шумным посиделкам за пивными кружками предпочитали более изысканные развлечения и теплые напитки. И это еще усиливало ощущение аристократичности, которая здесь царила.

– Бурное было море? – спросил торговец, поднявшись по лестнице на второй этаж. Идущий следом Лоуренс задрал голову и ответил:

– Нет. Должно быть, нам сопутствовала милость богов, и море было спокойным.

– Рад слышать. Я слышал, совсем недавно громадные волны обрушились на берега какой-то из северных стран. Обычно течения здесь идут с юга на север, но там все было настолько плохо, что даже они сменили направление.

Когда на берег набегают гигантские волны, возле него можно поймать много рыбы. Видимо, благодаря этим волнам и удалось найти нарвала близ города Кербе.

– Море в наших краях редко бушует, но уж если начнет, то этому конца не будет. Как правило, вода все-таки спокойна, как в озере, на ней даже снег лежит.

– Понятно. Может, как раз поэтому люди здесь такие спокойные и миролюбивые.

– Ха-ха-ха! Мы всего лишь унылая кучка людей, которые плывут по течению.

Любой торговец частенько встречает себе подобных из других стран на постоялых дворах и прочих заведениях для ночлега. Характеры, конечно, у всех разные, но все равно можно увидеть, какой отпечаток на них наложило воспитание в их родных странах.

Большинство жителей королевства Уинфилд были по натуре своей спокойными и миролюбивыми. Но, как метко заметил торговец, ведущий сейчас Лоуренса, столь же легко их можно было описать как «унылых и плывущих по течению».

Если бы Хоро прожила здесь несколько лет, стала бы и она тихой и послушной, как ягненок? Такая мысль проскочила у Лоуренса в голове, но он тут же решил, что, если ее характер станет более унылым, это будет только к худшему. Он обернулся к Хоро; та недоуменно склонила голову набок.

– Мы пришли.

С этими словами торговец постучал в дверь и тут же открыл, не дожидаясь ответа.

– Входите.

Едва войдя, Лоуренс настолько изумился, что это отразилось у него на лице. Да и глаза Хоро распахнулись. А Коул тихо ахнул, даже не попытавшись сдержаться.

Вдоль стен комнаты до самого потолка возвышались полки. И они были заставлены всякой всячиной – от пряжи и клубков ниток до тканей, веретен и даже маленьких ткацких станков. Но в первую очередь внимание приковывали к себе стоящие на полках овечьи черепа.

Пустые глазницы в свете свечей зловеще смотрели на незваных гостей. Черепов было десятка два – с челюстями разной формы, с рогами разного размера.

К реальности Лоуренса вернул раздавшийся скрип – человек, писавший что-то за столом в дальнем конце комнаты, поднялся на ноги.

Хотя то, что с ними не поздоровались как положено, отчасти возмещалось впечатляющим видом комнаты, Лоуренс непременно сбавил бы оценку партнеру по переговорам – если бы, конечно, это были переговоры. Но, похоже, комната была украшена именно в расчете на то, чтобы поражать гостей. На лице человека появилась гордая улыбка.

– Эти овцы приносят нам прибыль; хотя Церковь, конечно, не должна этого видеть.

Перед Лоуренсом стоял мужчина средних лет с усами и маленькими глазками. Когда он улыбался, эти глазки вообще почти что пропадали. Обменявшись рукопожатием, Лоуренс ощутил твердость его руки.

Улыбающийся мужчина производил впечатление обычного добряка. Немногие, пожалуй, способны так хорошо скрывать всю глубину своего опыта и способностей. Лоуренс ощутил облегчение при мысли, что он здесь не для того, чтобы заключать с этим человеком торговые сделки. Как бы усердно человек ни работал, ему всегда найдется трудный противник.

– Я Аме Дойчман, занимаюсь покупкой шерсти в нашем торговом доме.

– Прими наши глубочайшие извинения за столь неожиданный визит. Я Крафт Лоуренс из Торговой Гильдии Ровена.

– Пожалуйста, присаживайся.

– Благодарю.

Обменявшись обычными приветствиями, Лоуренс (а следом и Хоро с Коулом) сел на скамью, поставленную перед столом. Дойчман сел напротив. Приведший их человек жестом попрощался и вышел.