Волчица и пряности. Том 10 - Исуна Хасэкура

Произнеся эти слова абсолютно спокойным голосом, она скользнула под одеяло. Эта волчица умела остановиться ровно в тот момент, когда человек доходил уже до точки кипения. Содержимое кошеля для торговца столь же важно, как его жизнь, и все же Лоуренс не смог заставить себя рассердиться… он лишь беспомощно вздохнул.

– Ты взяла достаточно и для себя, и для парнишки?

Лоуренс указал на Коула; Хоро фыркнула и закрыла глаза. Озарения Коула сыграли ключевую роль в разрешении конфликта в Кербе. Однако таков был его характер, что он ни за что не стал бы просить вознаграждения и, по-видимому, отказался бы, даже если бы Лоуренс ему предложил.

Так что Хоро, должно быть, заставила его принять заслуженную награду… даже если для этого пришлось воровать. Лоуренс заподозрил, что, когда он отлучился, Хоро достала деньги из его кошеля на глазах у Коула, тем самым сделав его соучастником.

Лоуренс ласково похлопал свернувшуюся Хоро по спине и тут же услышал шелест хвоста.

– Но этот «Великий монастырь Брондела» – похоже, трудное место.

– Неужели он кишит упрямыми стариками? – спросила Хоро, неожиданно выглянув из-под одеяла.

– Великий монастырь Брондела – грандиознейшее из творений человеческих; узрев его, всякий ощутит его могущество. От его величия языческие боги падают ниц, он дарует свою силу всем людям. И потому Великий монастырь Брондела, обитель всемогущего Господа, внушает всем благоговение.

Хоро наморщила нос, услышав, как Лоуренс прочувствованно декламирует строки знаменитой оды. Для языческого божества, такого как она, Великий монастырь Брондела, должно быть, невыносимо скучен.

– Впрочем, если оставить в покое его историческую роль – в нем столько разных святых родилось, – сегодняшний Великий монастырь Брондела больше подобает посещать нам, торговцам.

– Хмм?

– Поскольку он святой, ему частенько дарят землю и деньги. Поэтому, даже если он сам этого не хочет, он должен уметь обращаться со своей собственностью, это просто необходимость. Кроме того, раз уж он «обитель Господа», это означает, что его собственность должна выглядеть впечатляюще; в общем, сейчас этот монастырь – скорее торговое заведение. Его нельзя доверить каким-нибудь надменным монахам, а то он станет совершенно неприятным местом.

По легенде, когда Папа поссорился с великим королем, он на три дня отправил короля в заснеженную пустыню. Будь это не король, а торговец, он бы так легко не отделался.

Торговцы частенько рассказывают истории про то, как Церковь нарочно ставит перед ними препоны, чтобы торговые переговоры шли в ее пользу. Однако в последнее время Великий Монастырь Брондела пришел в упадок. Но при таком «упадке» страдают обычно лишь простолюдины. А аристократы почти всегда богатеют.

– Неужели кости и вправду в таком противном месте?

Поскольку тема костей бога-волка весьма деликатная, даже Хоро понизила голос, говоря о них. Лоуренс в ответ мог лишь неопределенно кивнуть; хоть Ив и снабдила его сведениями, но полной уверенности даже у нее самой не было.

– На это весьма похоже, однако же у монастыря высокие каменные стены. Говаривают, даже сами боги не знают, что за этими стенами происходит.

– Я как-то слышала, один миссионер говорил: никакая правда, что большая, что малая, не может оставаться сокрытой вечно.

– Даже твои чувства выдают твои же собственные уши и хвост.

– В то же время твои чувства написаны у тебя на лице всегда.

После этих слов Хоро буднично зевнула, и Лоуренс последовал ее примеру. Если не считать самых первых дней после знакомства, подобные перепалочки были для них так же привычны, как «здравствуй». Сейчас Лоуренса куда больше беспокоили его беседы с Коулом.

Осторожно отвернув край одеяла, чтобы посмотреть, что с мальчиком, Лоуренс обнаружил, что тот уже крепко спит. Это и хорошо – пока он спит, его не одолеет ни страх перед качкой, ни морская болезнь.

Так же осторожно накрыв Коула, Лоуренс краем глаза заметил, как Хоро, высунувшая голову из своего одеяла, медленно удвигается обратно. Она тоже беспокоилась о мальчике.

– Не забудь разбудить меня, когда доплывем.

В ответ на эти приглушенные одеялом слова Лоуренс мягко погладил Хоро по спине. Одеяло тут же приподнялось, потом медленно опустилось. Угадав, что это Хоро довольно вздохнула, Лоуренс усмехнулся и продолжил гладить ее по спине.

***

Лодка плыла без приключений и в назначенное время прибыла в портовый город Ику королевства Уинфилд. Когда путники отплывали, небо было сизого цвета, но сейчас, когда они сошли с лодки в порт, оно окрасилось в темно-красные тона. Коул, так и проспавший до самого прибытия, щурил глаза, не приспособившиеся пока что к яркому свету.

При виде порта зимой иногда вспоминаются летние сумерки. Быть может, такая связь объясняется тем, что порт, такой оживленный днем, в сумерках внезапно затихает. Зимой же от всех портов круглые сутки исходит аура безделья и заброшенности. Однако этот порт был еще тише обычного – возможно, из-за невероятного холода.

Когда приходит зима, большая часть королевства Уинфилд оказывается укрытой толстым слоем снега – это северная страна в самом прямом смысле. Чем ниже опускалось на западе солнце, тем злее становился мороз.

Вдоль улиц и домов виднелись сугробы. Коул, стопы которого защищали лишь изношенные соломенные сандалии, устало тащился, будто не мог остановиться ни на секунду.

– Ты. Если мы не найдем место для отдыха как можно скорее, то все замерзнем тут до смерти.

Хоро чувствовала себя ненамного лучше Коула. В лодке она спала, завернувшись в одеяло, и теперь, когда она его лишилась, холод был ей особенно невыносим.

– У тебя на родине разве не лежит снег все время? Потерпи еще немного.

– Дурень. Ты хочешь, чтобы я сейчас обросла шерстью?

С этими словами Хоро обхватила Коула сзади. Лоуренс в ответ склонил голову набок, потом извлек письмо Кимана и Ив и еще раз прочел:

– «Идите в торговый дом Тейлора и разыщите там господина Дойчмана», хм.

Автор письма был настолько любезен, что даже набросал эмблему этого Тейлора. Лоуренс зашагал вперед, сжимая письмо в руке. В порту были здания, принадлежащие многим известным торговым домам и гильдиям – в том числе очень крупным.

Зимой королевство Уинфилд заваливало снегом, зато в остальные времена года климат здесь был мягкий и влажный. Почва была плодородна, луга уходили за горизонт. Лошади, коровы, прочий скот – все здесь быстро размножались и набирали вес.

Особенно процветало овцеводство. Говаривали, что овечья шерсть здесь растет быстрее, чем трава. И по количеству шерсти, продаваемой другим странам, королевство Уинфилд не уступало никому.