Стезёю вечного Заката - Алексей Головин

Сальнира привычно почувствовала, как согревает кожу и струится по рукам, волосам, щекам, шее тёплая сила. Вскоре тело обрело необыкновенную лёгкость. Казалось, девушка готова взлететь навстречу лучам небесного света. Сальнира упоённо отдалась этим ощущениям чистоты и гармонии, сжигая, стирая из памяти и души все тёмные волнения, пришедшие столь внезапно.

Но что-то осталось, свернулось тихой змейкой где-то в глубинах сознания. Какое-то ощущение несправедливости, неправедности методов, которые, оказалось, готовы применять служители Великого Дня…

— Встреча наша — знаменательное событие, — Версафий начал с осторожной фразы, неотрывно смотря на собеседника.

Глава Тайного совета расположился на мягкой софе, обложенной бархатными подушками. Обращаясь к сидящему перед ним на другой такой же софе Шорху, он наклонился чуть вперёд, демонстрируя свою искренность и заинтересованность в диалоге.

Взгляд посланника Ночи блуждал по поверхности стола между ними где-то среди подносов с фруктами и гроздьями спелого винограда, бокалами с вином и ароматными лепёшками, и вовсе не спешил встречаться с внимательными глазами Версафия.

— Несомненно, — ничего не выражающим тоном ответил Шорх.

И замолчал. Гость явно предлагал хозяину первым выложить карты на стол.

Глава Тайного совета впился взглядом в странный символ, выбитый на металлическом треугольнике, что поблёскивал на кожаном ремешке на лбу Шорха. Это был не Знак Ночи, известный с давних лет, как и Знак Дня. Вернее, он был на него очень похож, но всё же отличался. Чёрный круг с картой Накельты здесь почему-то был скорее овалом, и его обвивали змеи. Или одна змея о пяти головах — разобрать было трудно. Долго смотреть на этот знак не хотелось…

— Не было ли у вас беспокойств в пути сюда? — учтиво поинтересовался Версафий. — Помогла ли та подорожная, что доставил вам мой посыльный?

— Да, я предъявил её пару раз, — всё тем же равнодушным голосом отозвался гость. — Беспокойств не было, да и я их никому не доставил. Прошёл половину вашей империи, никого не убив, хотя мог бы устлать свой путь трупами.

Довольно резкое начало! Версафий приложил усилия, чтобы на лице не отразилось крайнее недовольство. Гость предлагает жёсткий тон беседы, с ходу обозначая свои силы. Интересно, на то воля пославших его, или он просто выказывает свою сущность?

— Напрасные жертвы ни к чему даже Ночи, как мне кажется, — тем не менее мягко проговорил Версафий — опытный дипломат, политик, мастер тайных интриг. — Да и зачем убивать тех, кто скоро будет служить нашим общим интересам?

Шорх, наконец, поднял глаза и глянул прямо на вельможу. Тот с трудом заставил себя не отшатнуться под этим взглядом. Хоть в нём и не было угрозы или злобы, сила, которую он излучал, чувствовалась почти физически. Концентрированная, неотвратимая сила.

«Да, скорее всего, он и есть Гаситель», — мелькнула в голове Версафия мысль. Вместе с тем, он всё же решил пойти по формальному пути и убедиться в этом.

— Знаем мы из древнейших преданий, — проговорил Версафий, — что в самом конце Эпохи Дня появляются Повелители Ночи, а среди них один, наделённый силою гасить свет Дня. Он приходом своим убивает старую Эпоху и позволяет наступить новой. И наоборот, в конце Эпохи Ночи является Возжигающий. Но сейчас, как нам кажется, ещё не настали последние дни Эпохи, а новая лишь приближается. Ответьте, пожалуйста, вы ли Гаситель, и если да, то почему явились так рано?

Задал Версафий этот вопрос ещё и потому, что когда встречался он тайно с новоявленным Повелителем Ночи — безликой фигурой, полностью закутанной в тёмную хламиду, и оговаривал условия сотрудничества, тот ни словом не обмолвился о скором пришествии Гасителя.

Шорх чуть склонил голову вправо, глядя на вельможу поверх бокала с белым вином.

— Да, я Гаситель, — подтвердил он. — Проверьте.

Версафий взял со стола колокольчик, предназначенный для вызова слуг, и позвонил. Но на сей раз вошёл в эту защищённую залу Тайного совета не слуга. Легкие пружинистые шаги прозвучали тихо, послышался звук вынимаемого из ножен меча. К сидящим подошёл сильный атакующий маг из числа особо доверенных людей Версафия. Его глаза смотрели на Шорха оценивающе. Тот даже не повернул головы.

— Простите, Шорх, но коль уж вы дозволили… — мягко проговорил Версафий. И скомандовал магу: — Атакуй!

Подразумевалась, естественно, магическая атака силами Дня. Если Шорх действительно Гаситель, свет не только не причинит ему вреда, но погаснет, не опалив даже софу и подушки, на которых восседал посланник Ночи.

Маг по широкой дуге рубанул мечом воздух. С лезвия слетело тонкое полукружье чистого света, обычно напрочь сносившее голову противника. Но, не достигнув горла Шорха, свет иссяк. Маг сплёл в воздухе ещё пару смертоносных узоров клинком, но убийственные волны света гасли на подлёте к спокойно сидящему гостю.

Теперь сомнений не оставалось, Версафий видел перед собою именно Гасителя. Что же, игра становится даже интереснее…

Глава Тайного совета кивнул вопросительно глядящему на него магу:

— Ты можешь идти. Благодарю. И держи язык за зубами.

Маг коротко поклонился, поглядел на Шорха со смешанными чувствами гнева и уважения к сильному противнику, и удалился.

— Хороший боец, — неожиданно прокомментировал Гаситель. — Уверен, он не испугался моей силы, напротив, даже захотел сойтись со мною в поединке.

— Увы, в обычном поединке на мечах эти маги не так сильны, как даже простые наши воины, — покачал головою Версафий. — Их талант — атаки силами Дня. Жаль, но совместить магическое и воинское искусство в одном и том же человеке нам пока не особо удаётся. Приходится признать, что до магвоев Мадженси нам далеко.

Он специально прибеднялся и говорил нелицеприятные вещи о силах Риаджанга, чтобы посмотреть на реакцию предполагаемого будущего союзника. Лицо того было, однако, не более выразительно, чем носки сапог. Версафий почти отчаялся что-либо прочитать по скудным мимике и жестам этого собеседника.

— Итак, вы убедились, что я тот, за кого себя выдаю, — вернулся к главной теме Шорх. — Теперь мне хотелось бы знать, как лично вы выполняете тот план, о котором договорились с пославшим меня.

Версафий невольно глянул по сторонам, но тут же вспомнил, что вокруг него многажды проверенные помещения и люди, и ничто из того, о чём идёт речь в этих стенах, не достигнет ушей Басилевса.

— План исполняется, — ответил он. — Два наших товарища уже ввели нужные фигуры, все путеводные знаки оставлены, и вскоре произойдёт желаемое событие в ключевой точке. Магическое влияние сплетено таким образом, чтобы свести всех именно в нужное время.