Виражи Судьбы (СИ) - Теллер Тори

*

Да понял он, понял…

Неясно только одно — почему Блейк печется о девчонке лично?

Кто она ему, и что он задумал?

Чем-чем, а благотворительностью Алан особо не отличался…

Тогда что?

Времени на выяснение у Сторма особо не было — агент позвонит уже завтра, и, наверняка, подобрал ему кого-то из голливудских анорексичек. Он сел в машину и нетерпеливо вынул снимки из конверта. До этого момента он не думал о ней. Не вспоминал. Их встреча на Коачелла действительно была случайностью — очень приятной, даже поразившей его, но… бесперспективной. Продолжение Алексу даже в голову не приходило.

А теперь, разглядывая фотографии, он пытался понять, почему она ему врала, что просто убирает у Алана в доме? И где она была настоящая — с ним на фестивале, в их первую встречу, или здесь — на этих снимках? На одном из них рука его просто дрогнула от неожиданности.

На крупном плане девушка смотрела прямо в камеру снизу вверх. Удивительное сочетание темных ресниц и бровей, бело-серебристых прядей и яркого сапфирового взгляда, припухших слегка обветренных губ — было до боли знакомым и… желанным. Но на фото не было измученной страстями «ведьмы Бельтайн»*, и никаких фенечек в волосах, браслетов, татушек и косметики — то есть всего того, что на Коачелла создало у него впечатление иллюзорности и сиюминутности происходящего.

Открытый светлый взгляд, медовый загар, неприметные конопушки и бисеринки пота на висках и над губой … Алексу на мгновение показалось, что он слышит аромат ее кожи — теплой, прогретой солнцем.

С минуту парень раздумывал, вглядываясь в фотографию, потом выражение его лица изменилось, и он пробормотал:

— Я проглотил твой крючок, сукин ты сын. Ты меня сделал, Ал.

________________________

Бельтайн* — кельтский праздник начала лета, традиционно отмечаемый с заката 30 апреля по закат 1–2 мая… Также это название месяца май в ирландском, шотландском и других гэльских языках. Примерно в эти же дни в США проводится трехдневный музыкальный фестиваль в долине Коачелла.

Эпизод Девятый

Иногда то, чего ты никогда не ждал,

становится для тебя самым дорогим.

— Хай, Хэлл, какова тебе дорога в ад?

Что делают там такие ледяные красавицы?

Попади туда — и ад замерзнет.

Хай, Хэлл! Ледяная Нэт Хэлл…

Сочиняя на ходу, пел ей Бастиан из SHM*, и она подпевала, размазывая черные от туши слезы, и скалясь в имитации улыбки остальным «мафиози».

— Ты классная, не пропадай больше! Давай с нами — нам как раз не хватает девчонки из ада!

Она смеялась и пила из горлышка Superior. Ей нравилось с ними тусить — по-приятельски легко и безбашенно. И только Акселю негромко сказала:

— Акс, глядя на вас живых, вспоминаю своих мертвых. Я здесь — с вами, а сердце мое — с ними. У меня такое чувство, что я отрываюсь за них за всех. Я хочу играть, петь, пить, и… готова съесть заживо любого, кто посмеет сказать о них плохо! Время не лечит, Акс. Наверно, это и есть ад.

Последние фразы прозвучали чуть громче, чем следовало, и через пару секунд, обдав ее странно знакомым миксом ароматов, в котором угадывались алкоголь и мята, некто наклонился к ней и негромко произнес на ухо:

— Твой маленький ад я легко могу утопить в северном море. Хочешь?

Хэлл повернула голову и почти наткнулась губами на самоуверенный мужской нос, под которым моментально появилась… знакомая кривоватая ухмылка. Сторм разогнулся во все свои сто девяносто шесть сантиметров и шагнул к ребятам, гаркнув приветствие на родном языке. Все разом загалдели, заобнимались, усадили популярного земляка рядом, сунули в руки ледяную Сorona Extra. Парень уже где-то потерял свою пару, с которой приехал на фест, но, похоже, это совершенно его не беспокоило. Он не сводил пристального взгляда с белокосой синеокой ведьмочки. И в его глазах не было узнавания — одно лишь хмельное мужское любопытство.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну, так как? — снова негромко поинтересовался он у Хэлл. — Ты еще хочешь расстаться со своим личным адом?

Девушка сквозь прищур разглядывала пьяницу, бабника и завсегдатая Коачелла, готовая съязвить. Но внезапно передумала и ответила также тихо:

— Хвастун, — не отрывая от него глаз, она глотнула свое пиво. — Где ты сейчас возьмешь море, да еще северное?

И снова услышала щекотный шепот в самое ухо:

— Глупая девочка. Это море — я.

Скосив глаза в его сторону, и стараясь сохранить оставшиеся между их лицами миллиметры пространства, Хэлл все же не сдержалась:

— Похоже, самомнение выше твоего роста, мистер Небоскреб!

— Как? — опешил актер.

— Прошу прощения, если обидела.

— Да нет, просто меня так еще не называли, — засмеялся парень.

— Все когда-то случается впервые, — пожала она плечами, глотая холодное Superior.

Хмельной, улыбающийся, загорелый до румянца, чуть обросший и небритый, в этих своих низких джинсах, не зашнурованных конверсах на слегка заплетающихся длинных ногах, растянутой мятой футболке, из-под которой, мелькало подтянутое крепкое тело, — он казался ей таким огромным неуклюжим щенком… «Слонопотам», — подумала девушка и, улыбнувшись этому сравнению, приняла решение.

В этот момент Алекса хлопнули по плечу, прозвучало шведское приветствие — в кемпинге нарисовалась «группа поддержки» с новой порцией горячительного и снэков.

Хэлл обернулась на голос и, обрадовано ойкнув, повисла на шее у Стива.

— Правда, что вы собрались разбежаться? — она с удовольствием обнималась со старым знакомым, ловя удивленный взгляд Алекса.

— Правда, Хэлл. Только не разбежаться, а сделать перерыв.

— Творческий, — присоединился Аксель. — Прекратите обниматься — я ревную! — диджей засмеялся и боднул девушку в плечо. — Мы рады, что ты оклемалась. Выглядишь просто о….тельно!

Девушка засмеялась в ответ и легонько стукнула его по губам.

— Нет, правда. Просто невероятное что-то. Я бы женился…

— Недели на две? — прищурив глаза и обнимая Стива, хитро переспросила Хэлл.

Ребята расхохотались.

— А ты здесь отдыхаешь, или — ?

— Или, Акси. Но в настоящий момент — просто тусуюсь с моими друзьями. Я ожила с вами!

— Ну, так, в чем же дело? Ты так классно пела! — он запнулся и поспешил перевести разговор в другое русло. — И у нас к тебе есть классное предложение!

— Он тоже сейчас начнет морочить тебе голову насчет «жениццо», — вмешался Себастиан. — Но на самом деле у нас действительно есть идея. Мы хотим заказать серию промо-фото к прощальному туру в стиле «Masqerade Motel». Как на это смотришь?

— Да, Хэлл, правда — у тебя всегда была масса идей, — присоединился Аксель.

— Я вас интересую как креатор? — с недоверием поинтересовалась девушка.

— Ннуу… Не только. Мы надеялись, что ты украсишь собой эти фото.

— Давайте вернемся к этому после феста, — замялась Хэлл, заметив, что Алекс прислушивается к их разговором.

Ребята поняли ее опасение по-своему.

— Он, — Аксель указал глазами на актера, — с тобой?

— Неет! — отмахнулась девушка. — Мы видимся второй раз в жизни. Случайно. А первого он и не помнит наверно!

Диджей захохотал:

— Немудрено! Ты выглядела несколько иначе, когда реанимировала его бульоном, да и он к тому моменту уже несколько дней «гудел».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Откуда ты..??!

— Для Лекса это была забавная история, которой можно поделиться с друзьями как анекдотом. А я сразу понял, что речь идет о тебе. У тебя ж талант к реанимации перебравших — я по «Dark Arch» еще помню! Ну, и кого еще могут звать Хэлл и Марина одновременно? Алекс, кстати, тогда оговорился, что такие глаза могут привидеться только от счастья.