Ложь во спасение - Линда Майлз

Она подняла на него глаза, тщетно борясь с желанием не смотреть в его сторону. Чейз криво улыбнулся.

— Я сразу предупредил тебя, сказав, что это не в твоем стиле. Но не волнуйся, наши отношения в дальнейшем будут зависеть только от тебя. Я имею в виду, что ни в коем случае не буду на тебя давить. Но и ты должна будешь меня понять, если спустя несколько месяцев я начну вдруг изменять «жене». Впрочем, это явится лишним поводом для развода. Бог знает, как я поведу себя в супружеской жизни: на земле столько одиноких, отвергнутых женщин, которые нуждаются в мужской ласке.

Какая нелепость, неужели она пойдет на это? Ведь нельзя ожидать от такого закоренелого холостяка, как Чейз, верности, и уж тем более она не имеет никакого права на ревность. Таша прекрасно знала, что ей не нужны гарантии в верности, но она не хотела выглядеть посмешищем. А его поведение и жуткий цинизм постоянно будут раздражать ее.

— Если ты не хочешь секса, то чего же ты хочешь? — спросила Таша недоуменно.

Чейз усмехнулся.

— Я не говорил этого, дорогая. Я всего лишь сказал, что не буду принуждать тебя к нему. Ты, конечно, удивлена моими скромными запросами, но, уверяю тебя, я еще и не на такое способен.

— Да уж. Так чего же ты ждешь от меня? Для тебя достаточно защитить моего отца от неприятных известий? Или ты хочешь большего? — Таша продолжала допрос, потому что хотела убедиться, что Чейз не задумывает какой-нибудь скверной игры с ее участием.

— Достаточно ли мне просто защитить твоего отца или я хочу чего-нибудь большего? — произнес он задумчиво. — Когда мы разведемся, я потребую половину свадебных подарков. Всегда хотел иметь кучу тостеров. Мы можем запросто рассчитывать штук на десять, даже если родственнички Джереми заберут свои дары.

— У меня нет с собой списка подарков, — сказала Таша, испытывая смутную тревогу. Ее не покидало ощущение, что он что-то скрывает.

— Да? Как печально, — разочарованно протянул Чейз. — Хорошо, я буду согласен и на сумку для тостера, в случае если нам подарят только один. Дорогая, не нужно так строго смотреть на меня, я не строю никаких каверзных планов.

Таша улыбнулась.

— Ты серьезно? Я имею в виду тостеры, — пояснила она. — Мне просто заранее хочется знать, во что я впутываюсь. Если ты что-то замышляешь, то мне хотелось бы узнать это сейчас.

Чейз пожал плечами.

— Никаких обязательств, если ты это хотела узнать. Ты просто составишь мне компанию на нескольких скучных обедах, но если тебе не хочется сопровождать меня — дело твое. Я это расцениваю как нежелание притворяться влюбленной в меня на людях. Уважаю твое желание выйти замуж исключительно по любви. Хотя я уверен, что добрая половина женщин выходит замуж по расчету и ни одна из них не осудит тебя: они просто решат, что ты думаешь о себе и делаешь все только ради своего блага.

Таша состроила гримаску.

— Но это ужасно. И ты принимаешь это?

— Что принимаю?

— Жизнь со всеми этими фальшивыми людьми, — пояснила она.

Чейз удивленно взглянул на нее.

— А кто сказал, что они такие? Они просто получают то, чего хотят, и это не такая уж плохая сделка.

Таша пожала плечами: зачем деньги, если живешь без любви? Но она, конечно, не собиралась спорить об этом с Чейзом.

— Итак, каков твой вердикт? — спросил он. — Ты готова закружиться в этом вихре?

Она смотрела на него, полная сомнений. Это, конечно, будет не настоящий брак, но жить с Чейзом далеко не просто. Он может быть очаровательным, когда ему это нужно, но с ней он циничен, и именно это ее всегда отталкивало. Каково жить с человеком, считающим себя лучше всех? С другой стороны, если она сейчас откажет ему, то что скажет отцу?

— Что ж… — сказала Таша.

Чейз глотнул виски и взглянул на нее. Лицо Таши было весьма красноречиво. Она закрыла глаза и с досадой увидела перед собой список приглашенных, три заставленные подарками комнаты. Через секунду открыв глаза, она увидела Чейза с его надменным выражением лица и самоуверенной улыбкой. А он действительно красив, подумала она, хотя подобные мысли были несвоевременны. Слишком трудно ей было поверить, что несколько минут назад она целовала его.

— Что ж, я согласна, — сказала она, зажмурив глаза.

— Вопреки своим убеждениям, — сострил Чейз. — Господи, сколько будет разочарованных гостей. — Он впервые улыбнулся ей просто и открыто, без всякого цинизма, и это ее совершенно обезоружило. — Не передумай, Таша. Я сделаю все, чтобы ты не пожалела.

— Я не сомневаюсь, — решительно сказала она.

— Лгунишка, — ехидно заметил ее будущий муж, и коварные огоньки запрыгали в его глазах. — Не унывай, дорогая, мы с тобой заодно. У нас все будет хорошо. Да, это первая свадьба, но не последняя же. После нашего развода ты встретишь очаровательного парня, безумно влюбишься в него и выйдешь замуж. Я, признаться, хотел оттянуть этот счастливый момент до тридцати одного года, но если выпал такой случай, то большего желать просто глупо. А еще мне пора встретиться со всей своей семьей. Со многими я не виделся несколько лет. Когда еще представится такой случай для проявления родственных чувств? Они все боготворят тебя, так что после нашего развода обязательно последует полный разрыв с моей драгоценной семьей.

Таша с трудом сдерживала улыбку. Она подумала, что семья, безусловно, примет эту свадьбу как знак примирения и как возвращение блудного сына в лоно семьи. Она уже представила себе родственников, которые будут с благодарностью смотреть на нее и думать, что этим волшебством обязаны ей.

— Ты циник, ты несправедлив к своим родственникам, — сказала она. — Они понимают, что у тебя такой характер, что тебе непросто найти то, чего ты хочешь, но что, стоит тебе отыскать близкого себе человека, ты сразу изменишься. Семья будет счастлива, решив, что ты нашел свою половину, и не их вина, что все это обман.

Черные глаза неожиданно вспыхнули.

— Неужели? Что ж, неудивительно, это в их репертуаре. Они всегда очень заботились обо мне. Мне интересно, что говорила по этому поводу ты. Держу пари, ты сказала, что даже небеса не помогут мне найти женщину, которую я искренне полюблю.

— Я не помню, чтобы произносила подобное. Хотя не исключено, что такие мысли приходили мне в голову. Не потому, что я сомневаюсь в твоей способности любить, — слукавила она. — А потому, что не могу представить женщину, способную всколыхнуть твою душу.

— Как удобно, да? Не понимаю, почему ты считаешь себя неподходящей партией. Мне очень нравится то, что я вижу. Нам просто необходимо отпраздновать наше решение. У твоего отца есть шампанское?