Охотники Смерти или Сказка о настоящей Верности - Джезебел Морган

Оборачиваюсь к магичке.

– Их не убить! Придётся убегать!

Она поворачивается в седле, чтобы видеть меня.

– Как? Они нас моментально догонят!

Улыбаюсь тонко и довольно, как сытая кошка.

– Им будет не до того, – обещаю, кровожадно улыбаясь. – Надеюсь, скучать по этой банде ты не будешь?

– Что ты задумала? – В голосе Кэты звучит волнение и подозрение. Но я не считаю нужным отвечать на этот вопрос.

Командую Риде готовиться к долгой скачке, девушка безропотно отступает от линии внешнего круга, заставляя коня повернуться в ту сторону, куда указываю я. Ослепшая тварь крутиться на одном месте, кусая подвернувшихся родичей. Пытаюсь сосредоточиться и не отвлекаться на визг и крики. Кэта, умница, понимает, что спорить бесполезно, я могу предложить ещё более-менее действенный вариант, лучше геройского «остаться и умереть всем вместе».

Позволяю себе почувствовать запах крови, из глотки вырывается хищное рычание. Голод тварей становится близким и понятным, хочется присоединиться к ним в кровавом пиршестве. Но я уже не первый раз так глубоко погружаюсь в охотничий транс, что сама становлюсь ничем не лучше голодный зверей (разве что остаюсь человеком, перевоплощения кроме как в буревестника мне не доступны), так что я пока ещё могу осознавать свои цели. Ага. Ключевое слово «пока».

Одним импульсом останавливаю сердца воинов, хладные трупы мешками валятся на землю на радость тварям, которые тут же бросаются их делить. Лошади мертвецов встают на дыбы, недовольные ранней смертью своих хозяев, и приходится убивать и их.

Кэта резко оборачивается ко мне. На её лице застыл ужас пополам с отвращением.

– Что ты творишь, поглоти тебя хмарь?

– Нас спасаю! – Немного грубее, чем надо, огрызаюсь на магичку. – Пока они их не съедят, за нами не бросятся! Готовь свои копьеподобные травы!

Женщина послушно начинает колдовать, заставляя живые травы-иглы частым заборчиком сомкнуться вокруг пирующих тварей, которые пока не замечают этого. Махнув рукой, указываю направление бегства, и хотя там простираются поля, где догнать легче лёгкого, спорить со мной никто не решается. Испуганные, но больше не сдерживаемые кони мгновенно бросаются с места в карьер, быстро набирая скорость.

Я оборачиваюсь, оценивающе глядя на всё увеличивающееся расстояние. Твари пока не обратили на наше бегство внимания, давая нам фору. Кэта намертво вцепилась в переднюю луку седла, пытаясь наколдовать что-то толковое на ходу. Испуганная Рида почти прижимается к шее коня, сжав в ладони кинжал, и не зная куда его деть. Поймав мой взгляд, она вцепляется в ритуальное оружие ещё крепче.

Заставляю кожу на старых шрамах разойтись, а кровь из вен охватить запястья широкими браслетами. Тонкая паутина моей воли, усиленная кровью и страхом, окутывает всех нас, скрывая тепло наших тел от нюха этих тварей. Но уже поздно. Несколько монстров уже выскочили из импровизированного «загона» и несутся вслед за нами. Острая трава, вырастающая сразу за нашими спинами, мешает им развить скорость, заставляет петлять и прыгать.

Но если они так хорошо понимают человеческую речь, то ума у них уж точно хватит, чтобы сообразить, что добычу проще не догнать, а загнать и взять измором. Или окружить. У трёх тварей, не бросивших преследование и не возвратившихся к дармовой кормушке с никуда не убегающим обедом, это великолепно получится.

Запоздало соображаю, что заклинанием надо было и лошадей прикрыть, но исправлять что-либо уже поздно и бесполезно. Остаётся только покрепче вцепиться в седло, подгонять коня и молиться всем известным богам, чтобы они нас не догнали. Лошади оказались достаточно умными, чтобы не вставать на дыбы именно сейчас и мчаться в одном направлении, ибо вместе у нас был шанс отбиться, а поодиночке они бы нас легко растерзали, благо количество монстров и всадниц совпадает.

Справа мелькает какая-то рощица, мерно шелестящая листьями в дуновении лёгкого промозглого ветерка. Кэта настороженно вскидывается, оглядывается на удаляющиеся деревья. Не собираясь упускать такого шанса Мастер Ордена Жизни протягивает к ним руку и тихо шепчет какой-то приказ. Лицо женщины каменеет от напряжения, она едва удерживается в седле. Холодом по спине проносится посланная ею сила огромной мощи, которой с лихвой хватит чтобы эти деревья оживить.

Что, собственно, и происходит.

Несколько деревьев на опушке с треском выдирают из смёрзшейся, сухой земли узловатые корни и медленно плетутся наперерез мчащимся тварям. «Они не успеют», стучит в голове паническая мысль, «Кэта сейчас полностью обессилена, не может даже толком в седле держаться, так что о иглообразной траве можно забыть. А без неё монстры догонят нас в течении десяти вздохов».

Одно из деревьев, кажется вяз, медленно подтаскивая корни, приближается к увлёкшимся тварям ближе всех, и, словно нечаянно запнувшись о рытвину, падает прямо на одного из монстров. Из-под толстого ствола раздаётся возмущённый визг сильно придавленной, но живой и очень злой твари, пытающейся процарапать себе подкоп, чтобы выбраться из-под дерева. Другая тварь, которую зацепило разлапистой кроной, выбирается из спутанных ветвей почти невредимой. Третья, бежавшая дальше всех от опушки, упрямо продолжает погоню, верно нас нагоняя.

Отставший монстр неуверенно топчется на одном месте, сомневаясь в успехе этой затеи, и когда земля сильно вздрагивает от падения ещё одного дерева, коротко рявкнув поворачивает назад. Кэта, последним усилием, пытается выкачать из уже не нужных деревьев свою силу, и без магической подпитки они тут же останавливаются, сильно накреняясь.

Конь Риды начинает отставать, его бока покрываются пеной. Всадница постоянно оборачивается, и с каждым разом последняя тварь становится всё ближе. Осаживаю своего вырвавшегося вперёд коня, заставляю его повернуться, что животным не приветствуется. Оно отказывается понимать, почему хозяйке необходимо стоять на месте, когда за нами такая страховидная тварь гонится. Жалобным ржанием скакун пытается намекнуть, что если мне так необходимо сейчас остаться на месте, то пусть и остаюсь, а «верный» конь дальше поскачет.

– Стой и не брыкайся, – шиплю на него сквозь зубы, примериваясь для броска кинжала. – Пользуйся случаем передохнуть.

Животное доброго отношения к себе не оценивает и пытается всё равно ускакать куда подальше от приближающегося кошмара. Я раздражённо шлёпнула коня по шее, с досадой вспоминая о своей умной и послушной химере. Была бы она здесь… улетели бы подальше. Но времени предаваться меланхоличным мечтам уже нет.

Тварь бежит уже наравне со скакуном моей ученицы, что ему очень не нравится. Несчастное парнокопытное пытается хоть как-то увеличить расстояние между собой и монстром, на что последний ехидно рявкает. Рида, рискуя вывалиться из седла, пытается уколоть тварь вытащенным мечом, целя в глаза. Тварь играючи уворачивается, не принимая опасность всерьёз.