Охотники Смерти или Сказка о настоящей Верности - Джезебел Морган

Одна из тварей, припадая к земле, открыто примеривается к горлу коня Даэра. Стремительный прыжок, конь поднимается на дыбы, и острые зубы щёлкают впустую. Меч главаря чиркает по пластинам, не оставляя и царапины. Я посылаю в сторону твари достаточно сильный импульс, чтобы уничтожить разум создания и более крупных размеров. Тварь подпрыгивает, словно пинок под зад получила, а заклинание возвращается ко мне, слегка ослабленное резонансом. Все свои силы мне приходится бросить на защиту от собственного заклинания, которое мои щиты считают частью себя и пропускают без препятствий. О, Aueliende… Не успеваю я попрощаться с разумом (если он у меня есть), как всю силу заклинания оттягивает на себя страж. Тело Шаннеи, сплетённое из крови и света, саморазрушается, не желая подвергать опасности свою создательницу.

– Как давно вы присоединились к этим оппозиционерам, – с трудом переводя дыхание и смахивая со лба выступивший пот, интересуюсь у так же вымотанной борьбой с собственной вернувшейся силой Кэты, – и знали ли об этом лорды?

Ледяной взгляд был мне ответом.

Пока мы, как глупые ученицы, пытались убить врага с ходу, не проверив сначала его силы, твари времени зря не теряли. Две из них уже свалили пару всадников и теперь лакомятся свежим мясом. Запах крови дурит голову не только мне, несколько тварей с интересом принюхиваются к трапезе товарок. Идея, до абсурдности глупая, мелькает в голове тут же вытесненная другой, более своевременной. Одна из самых крупных тварей несётся на Риду, стражи пытаются задержать её, но их сила не причиняет ей вреда. Впрочем, их мелькание перед мордой создания отвлекают её от цели. Лошадь под моей ученицей пытается встать на дыбы, но девочка её сдерживает. Осторожно касаюсь разума животного, оттягивая на себя её страх и беспокойство, мгновенно смешивающие мои мысли в хороводе отчаяния.

Вожак стаи доброжелательно наблюдает со стороны, не спеша вмешиваться в бой. Где-то со спины слышны короткие злые повизгивания тварей и гневный крики воинов. Терпкое осознание – все они обречены стать обедом этих зубастых созданий.

Один из стражей остаётся лужей запёкшейся бордовой крови на земле, другой отлетает в сторону, но прежде чем тварь успевает прыгнуть, я неосознанным, интуитивным движением бросаю в неё кинжал – моя кровь и кровь семи Старших, чистая кровь сестёр… К счастью, хитиновые пластины этих тварей по прочности уступают ienmell, и кинжал легко проходит сквозь них, войдя в грудную клетку твари по рукоять. С возмущённым визгом тварь катается по земле, пытаясь растерзать грудь и вырвать кинжал, причиняющий ей ужасную боль. Хочется бросить в сознание твари простенькую призму восприятия, заставляющую чувствовать всё гораздо сильнее, но я больше не собираюсь рисковать.

Синий огонь глаз создания заливается алым заревом безумия. Призываю к себе кинжал, опасаясь, что тварь может повредить ему. С клинка стекает зеленоватая слизь. Бешеная тварь бросается на ближайшее к ней существо – подошедшего в любопытстве вожака. Они сцепляются в грызне, катятся по земле.

Сознание, погруженное в один из пластов боевого транса, когда все ресурсы разума ищут единственное приемлемое решение, коротко отмечает предсмертный крик Даэра. Лэйн уже погиб, на Кэрта наседают сразу две твари, от которых ему пока удаётся отмахиваться. Часть стаи увлеклась обедом или его дележом. Пара лошадей, лишившихся хозяев, в страхе понесли, и несколько тварей, отделившись от схватки, бросаются их преследовать. Отмечаю, с какой скоростью они несутся, быстро нагоняя коней.

Кэта всё ещё пытается наколдовать что-то, что гарантированно не вернётся к ней. Женщина заставляет увядшую, заиндевевшую траву пуститься в быстрый рост, одновременно полностью меняясь. Теперь из земли торчат снежно-зелёные иглы, твёрдые и удивительно острые. Те твари, которым не повезло напороться с разбегу на эту чудную культуру, застревают, пронизанные травой, словно копьями. Отвратительный визг разрезает воздух.

Рида, отшвырнув оплавленный зелёной слизью меч, бросает в тварей кинжалом, но промахивается, сопроводив неудачный бросок несколькими словами, которые я услышала только будучи Охотницей. Вспомнив мои слова, она пытается призвать его, но кинжал упорно не слышит хозяйку. А к ней бежит очередная тварь, ловко уклоняющаяся от мечей воинов, хоть они и не могут причинить ей вреда. Рида, заметив её, соскакивает на землю, не выпуская поводьев, надеясь успеть подобрать меч до того, как тварь подбежит к ней.

Она не успеет, и я это прекрасно вижу. Мой кинжал, брошенной натренированной рукой, попадает в глазницу твари, заставив отпрянуть от боли. По идее, мозг у этих созданий быть должен, раз они в состоянии понимать команды своих хозяев, но судя по всему, важным органом он не является. Кажется, что даже если удастся снести твари голову, она будет продолжать бегать, лишённая ориентации в пространстве и рвать когтями всё, что попадётся на пути.

– Они словно собраны из частей мёртвых существ! – перекрикивает визг и рычание тварей Кэта. Я машинально киваю ей, призывая кинжал. Рида снова вскакивает в седло, не выпуская поднятый меч из руки.

– Призови кинжал, – кричу ей. Отмахиваясь от раненой твари, девушка, полуобернувшись и продолжая следить за монстром, отвечает:

– Зачем? Это не поможет! Их не убить! – в её голосе прорезаются истерические нотки. – Они убьют нас всех!

Затуманенное битвой и расчётами сознание не в силах справиться с гневом. Бросив кинжал в эту же тварь и попав ей уже в другой глаз, я направляю коня к ученице и свободной рукой отвешиваю ей подзатыльник.

– Не смей так думать, или точно умрёшь! От собственной уверенности, что другой вариант невозможен!

Девушка шипит что-то не слишком лестное в мой адрес и пытается достать слепо мечущуюся тварь клинком в распахнутую пасть, но ей удаются только отсечь кончик языка с жалом. Тварь с визгом отскакивает, но снова бросается на девушку, не успевающую повторно замахнуться для удара. Каким образом в следующий момент в боку твари оказалось её ритуальное оружие, ученица, наверное, никогда не сможет объяснить, но зато она теперь научилась не только призывать кинжал, но и управлять им.

Заставляю коня попятиться внутрь ещё кое-как держащегося круга, внимательно оглядываюсь, оценивая, как изменилась ситуация. Кэта пытается управлять ростом травы, задерживая тварей, несколько воинов пытаются изрубить уже попавшихся, но мечи не могут причинить вреда кошмарным созданиям, соскальзывая с хитиновых пластин.

Больше половины отряда уже погибло, около десятка тварей стремительно поедают павших воинов и их коней. Некоторые уже сцепились из-за наиболее приглянувшихся кусков. Да тварюшки-то голодные, их специально не кормили, чтоб они злее были…