Клуб разбитых сердец - Рут Уокер

– Это уж точно. – Под его взглядом Глори сделалось неуютно. – Мне кажется…

– Вы считаете, что вправе давать мне советы? Послушайте, мистер, я вас не знаю и знать не хочу.

Все еще загораживая ей дорогу, он снова улыбнулся:

– Меня зовут Стив Голден. Я веду здесь военные занятия, а кроме того, помощник директора клуба.

– Ну и что с того?

– А то, что, может, выпьете со мной пива, чтобы остыть немного?

– Я не пью, – резко бросила Глори. – И у меня нет времени на всяких там спортсменов.

– Вам не нравятся спортсмены?

– Мне не нравитесь вы.

– Напрасно. Я совсем неплохой малый.

Глори пристально посмотрела на него. Он что, всерьез?

Или это новый способ девчонок кадрить?

– Ну что ж, значит, я промахнулась, – Глори нырнула ему под руку и устремилась к двери.

– Если вдруг передумаете, приглашение остается в силе, – сказал он ей в спину.

Вместо ответа Глори изо всех сил толкнула дверь, но петли были смазаны хорошо, и эффектного выхода не получилось. Ей показалось, что изнутри донесся негромкий смех.

Кипя от злости, Глори зашагала к автобусной остановке.

Вот-вот, как раз еще одного спортсмена ей и не хватало для полного счастья. И вообще она сейчас не в настроении играть в эти игры. Что и неудивительно. Питается она только фруктами, сырыми овощами да обезжиренным йогуртом. Желудок все время бунтует. Правда, теперь – нет. Урок аэробики явно пошел на пользу. Что ж, еще пять фунтов долой, и можно будет отправляться с Шанель за покупками.

Вопрос только в том, сдержит ли она свое обещание.

Вот уж о ком в эти дни Шанель меньше всего думала, так это о Глори Брауни. Она пребывала в растерянности и сомнениях – состояние вообще-то для нее весьма необычное.

Планы завоевания Лэйрда приносили пока весьма скудные плоды: за последние две недели он дважды пригласил ее на ужин, сводил в галерею, в которой имел долю, и даже пару раз позвонил просто поболтать, но это и все. После свиданий он отвозил ее прямо домой, нежно целовал у порога, от приглашения зайти выпить отказывался да и к себе не звал.

Так что Шанель пришлось изменить свои намерения относительно штурмовой атаки и приступить к последовательной осаде. Таков уж, видно, этот человек, ему, похоже, не нужны слишком легкие победы. Но ведь в постели-то она может быть на высоте. Совсем неплохо бы дать ему понять, что его ожидает, если он на ней женится, всего лишь дать понять. Если Шанель правильно оценила отношение Лэйрда к кузине, то ему нравятся женщины, не выставляющие напоказ свои прелести, но, напротив, всячески подчеркивающие свою скромность. Вот она и вела себя тише воды ниже травы, позволяя себе лишь слегка его поддразнивать. Ни в коем случае нельзя, чтобы Лэйрд подумал, что на него давят. Однажды Шанель даже отклонила очередное приглашение поужинать вместе под тем предлогом, что на этот вечер ее уже ангажировали.

К счастью, будучи замужем за Жаком, она ничего такого особенного себе не позволяла, так что вряд ли до Лэйрда донеслись какие-либо сплетни. Шанель вполне отдавала себе отчет в том, что, целиком сосредоточившись на Лэйрде, она ведет рискованную игру. Свидания свиданиями, но он все как-то от нее ускользает. О его личной жизни Шанель знала лишь то, что он любит морские прогулки и интересуется живописью.

Насчет его романов – обычно затяжных – до нее доносились только обрывочные слухи. Будучи одним из самых завидных женихов в Сан-Франциско, Лэйрд неизменно становился объектом разнообразных сплетен, но, по сути дела, его романы – как правило, с разведенными дамами – никаких оснований для этого не давали.

Словом, Шанель играла в игру под названием «Терпение»., и это начинало ее всерьез раздражать. К тому же материальное положение внушало все большее беспокойство. От Жака ей досталось совсем немного, а расплатившись с Арнольдом Уотерфордом и по иным самым неотложным долгам, Шанель оказалась совсем на мели – денег оставалось буквально на несколько недель. Даже уборкой она стала заниматься сама, в чем не призналась бы и ближайшей подруге, если бы таковая имелась. И на еде приходилось экономить, буквально каждый цент считать. Поэтому теперь Шанель предпочитала, чтобы Ферн на выходные оставалась в школе.

Та буквально до неба взвилась, когда мать урезала ее карманные расходы и продала лошадь. Шанель тоже закипела, сказав дочери, что, если нужны деньги, пусть находит себе работу по вечерам да выходным. И вообще лучше бы до самого Рождества поменьше приезжать домой. Да и на праздники, если, конечно, пригласят, хорошо бы съездить к друзьям.

Воодушевляло, если можно так сказать, только одно.

С тех пор как Шанель стала появляться в обществе Лэйрда, она сильно выросла в глазах окружающих. Шанель получила несколько приглашений, которые вообще-то теперь, когда к клану Деверю она больше не принадлежала, не должна была бы получать. Одно только плохо – нет среди приглашающих ее прежних школьных знакомых.

Когда Лэйрд был занят, Шанель сопровождал на всяческие рауты Хауи Брайтон, как, впрочем, и раньше, когда она была замужем за Жаком. Толковали, что он гомосексуалист, но в обществе принят, и замужние или вообще не свободные женщины отправлялись с ним на разнообразные светские рауты, не опасаясь никаких сплетен.

Тесно связанный с одним весьма уважаемым в Сан-Франциско семейством, он привлекал к себе людей легким нравом и, как правило, хорошим настроением. К тому же Хауи был талантливым архитектором. Короче – идеальный спутник для Шанель.

– Полагаю, тебе надо придумать что-нибудь особенное, если хочешь выйти за Лэйрда и его миллионы, – говорил Хауи, провожая Шанель домой с благотворительного банкета. – Его уже столько раз пытались заарканить, что на мякине этого воробья не проведешь.

– Что это ты нафантазировал? – холодно посмотрела на него Шанель. – Да, Лэйрд мне нравится, но замуж за него и за его миллионы, как ты изволил выразиться, я вовсе не собираюсь.

– Говори, говори, – хитровато подмигнул Хауи.

– Надо полагать, это шутка, но сегодня мое чувство юмора куда-то запропастилось, – огрызнулась Шанель.

– Да быть того не может. Что мне всегда в тебе нравилось, так это как раз острый язычок. Только с Лэйрдом будь поаккуратнее. У него с чувством юмора в отличие от тебя неважно.

Шанель сменила тему. Злить Хауи не надо, он еще пригодится, но и давать ему пищу для сплетен тоже не следует.

Пусть Хауи ей симпатизирует – в этом можно не сомневаться, – но людей хлебом не корми, только дай язык почесать, а как раз сейчас Шанель меньше всего хотелось становиться объектом сплетен. После, когда она выйдет за Лэйрда, пусть болтают сколько угодно. Тогда ей будет на это совершенно наплевать.