Клуб разбитых сердец - Рут Уокер

– Верится с трудом. Вы ведь молодая привлекательная женщина, – механически сказала Дженис и тут же отметила про себя, что это не просто дежурная фраза. Ариэль действительно очень привлекательна, только живости ей не хватает, поэтому она все время и держится в тени.

Похоже. Ариэль снова замкнулась. На какую-то минутку она сделалась членом коллектива, а потом вернулась в свою раковину. Дженис в душе выругала себя. И когда она наконец научится обращаться с людьми так, чтобы они сами открывались, вместо того чтобы лезть к ним в душу?

– Ну что ж, мне пора, – сказала Шанель, бегло посмотрев на часики-браслет. – Рада была повидаться.

– Как насчет следующего раза? Все смогут? – спросила Дженис.

– Я – скорее всего да. А вы, Ариэль? – Увидев ее кивок, Шанель довольно улыбнулась. – А вот я, честно говоря, пока не знаю, – сказала Стефани. – С понедельника я начинаю работать.

– Вот это здорово, – заметила Глори. – Чего же вы раньше не сказали? Мы бы выпили по такому случаю. И что за работа?

– Да ничего такого особенного. Буду обхаживать покупателей в «Мейсиз», ну и кое-какая писанина. Боюсь страшно.

Дело-то совсем для меня новое.

– Лакомый кусочек, – небрежно бросила Глори.

– Если возникнут какие-нибудь проблемы, звоните, – предложила Дженис. – Я ведь для вас вроде крестной по части работы.

– Спасибо. – Стефани благодарно улыбнулась. – Ваши советы, как вести себя на собеседовании, мне очень помогли.

– А что, вы и по субботам будете работать?

– Нет, но, к сожалению, два дня в неделю придется задерживаться допоздна. А хотелось бы быть дома, когда мальчики возвращаются из школы.

– А почему вас бывший муж не обеспечит, чтобы можно было не работать? – требовательно спросила Шанель.

– Ничего мне от него не нужно, – упрямо поджала губы Стефани. – Кроме алиментов, конечно.

– А если и от алиментов отказаться, то вообще можете о нем забыть, – вмешалась Глори. – С Бадди, конечно, так не получается. На прошлой неделе он подстерег меня, когда я уходила с работы. Если бы не подоспел один парень, мне пришлось бы туго. А так – отделалась парой синяков на плече.

– А почему полицию не позвали? – нахмурилась Шанель.

– Не думаю, чтобы его взяли за нападение на человека.

В конце концов, он просто хотел поговорить. Иное дело, что я этого не хотела. Ну вот он и схватил меня за плечо.

– Надеюсь, вы ведете себя достаточно осторожно, – сказала Дженис. – Судя по вашему описанию, это опасный тип.

– Да уж, гляжу в оба. Этот малый, который меня в тот раз выручил, мы работаем вместе, отвозит меня вечерами домой и не уезжает, пока не убедится, что я благополучно вошла в квартиру. И еще я поставила второй замок. Люди, у которых я снимаю квартиру, живут наверху. Их спальня прямо надо мной, так что если Бадди вздумает, скажем, взломать дверь, то они наверняка услышат.

Дженис вспомнила, что говорил ей Арнольд, и представила себе, как бедняжка Глори спит чуть не на голом полу. На эту картину наложилась другая – большой, в викторианском стиле, особняк в Пало-Альто. Дженис поморщилась: нет в этой жизни справедливости. А что, раньше она разве этого не знала? Так откуда же тогда это чувство вины? Может, дело в том, что, как ни оправдывай себя, она-таки эксплуатирует всех этих женщин, преследуя собственные цели? А что, если и они посмотрят на дело так же? Что, если не позволят использовать свои откровения в диссертации? Тогда, выходит, целый год работы коту под хвост…

– Да не волнуйтесь вы так, – сказала Глори, и Дженис поняла, что она по-своему истолковала ее молчание. – Уж как-нибудь сумею постоять за себя. Я уворачиваюсь от пьяниц с тех пор, как ходить научилась. К тому же Бадди не умеет злиться подолгу. Сейчас он, конечно, вне себя от ярости, но скоро это пройдет.

Несмотря на все эти слова, Дженис было все же не по себе.

А что, если не пройдет? – вертелось у нее на языке. Что, если в нужный момент рядом не окажется этого парня с работы?

– Смотрите все же, поосторожнее, – сказала она как раз в тот момент, когда появился официант со счетом. Началась суета, и Дженис толком даже не поняла, произнесла она эти слова вслух или только подумала.

Глава 23

В раздевалке пахло духами, кожей, парусиновыми туфлями, женскими телами и сосновым освежителем воздуха. Хотя обычно Глори в новом для себе месте не терялась, сейчас, усаживаясь на скамью перед шкафчиками и надевая кроссовки, она испытывала немалое смущение.

Любимые красные туфли на высоком каблуке с потертыми подошвами неожиданно показались ей безвкусной дешевкой и, заметив, что они привлекли внимание какой-то брюнетки, она поспешно запихала их поглубже в отведенный ей шкафчик Что же до одежды, то, хоть на ней, как и на всех здесь, были плотно облегающие брюки и свитер, этим сходство и исчерпывалось.

Глори исподтишка бросила взгляд на брюнетку. Брюки и свитер, натянутые на ее тугое, но, несомненно, давно уже не молодое тело, были сшиты из тончайшего велюра, на кроссовках четко выделялось слово «Принц», а яркая повязка, обхватывающая волосы, явно из чистого шелка и наверняка на ней тоже есть фирменная марка.

Прихватывая, в свою очередь, волосы повязкой, купленной в супермаркете, Глори подосадовала, что Шанель не удосужилась сказать ей, какое это шикарное место.

– Я член спортивно-оздоровительного клуба «Золотые ворота», – между делом заметила она на выходе из чайной «Майский цветок». – Вы можете там заниматься аэробикой на правах моего гостя. Там надо немного платить, и, если у вас сейчас есть с собой деньги, я позвоню в клуб и все устрою.

Сумма, ею названная, вовсе не показалась Глори маленькой, но деньги она отдала без слов. Платить надо везде, а Шанель плохого не посоветует.

«Хорошо хоть, – подумала Глори, – сегодня я почти без обычной своей косметики обошлась». Правда, в последний момент тушь на ресницы она все же наложила – без нее ходишь, как голая. Теперь наверняка потечет, когда за дело примешься.

И волосы тоже будут мешать. Глори так и почувствовала, как они липнут ко лбу и щекам.

Да хватит же глазеть, у меня две головы, что ли? Глори уже жалела, что вообще пришла сюда. Может, Шанель не случайно отказалась присоединиться к ней для первого раза?

Обозлившись внезапно на собственную робость, Глори резко тряхнула головой, чем вновь привлекла внимание матроны у соседнего шкафчика. Глори ответила пристальным взглядом и с удовлетворением отметила, что та отвела глаза.

– Ну что ж, дамы, давайте пошевеливайтесь.

Женский голос прозвучал решительно и даже несколько агрессивно. К удивлению Глори, в ответ послышались нервные смешки.