МоделBiblos. Модельный бизнес по-русски - Владислав Метревели

Гений пребывал в очередной, а точнее сказать, непрерывающейся депрессии, как в запое. Он и не хотел оставаться один. Они подъехали к вокзалу. Принцу надо было встретить Сашу, возвращающуюся от родителей и подросшего сына, и он попросил Гения посидеть в машине, чтобы не закрывать ее. Гений хотел идти вместе с ним, но Принц повторил свою просьбу. Он быстрым шагом направился к зданию вокзала. Вернувшийся с сумками и Сашей Принц застал следующую картину. Харкавший кровью Гений сидел на металлических перилах, ограждавших стоянку.

Оказалось, что, не дождавшись возвращения, Гений, находившийся под воздействием всех разговоров и своего более чем депрессивного состояния, выскочил из тачки и отвязался на ничего не подозревавших кавказцах по полной программе, назвав их черножопыми. Страшнее оскорбления нельзя было придумать. Те наваляли ему по кумполу и смылись, предварительно захватив документы, оставленные Принцем на водительском сиденье.

Самое главное, что обычно рассудительный и даже флегматичный Гений никак не мог объяснить свой поступок. Во-первых, никогда ничего шовинистического не проскальзывало в его отношениях с представителями других национальностей. Во-вторых, состояние, в котором Принц оставил его буквально на пять минут, никак не походило на агрессивное, и как Гений столь легко и быстро мог вызвать ярость иноверцев – не поддавалось объяснению. Принцу вновь пришлось возиться с Гением как с маленьким, несмотря на неудовольствие Саши, которая почему-то не жаловала художника и не была в восторге от его творений.

И вот что-то начинало меняться. Ясон Табагари заинтересовался его работами. Сначала Гению просто повезло. Кто-то из менеджеров компании «Российская империя», с кем его познакомили на одной из тусовок, попросил его разработать эскизы костюмов для девочек-промоутеров, предлагающих сигареты в клубах и ресторанах. Он, уже месяц сидевший без работы, расстарался. Потом Табагари, заехавший на одну из презентаций, где работали промоутеры, похвалил броскую униформу. С этого момента Гений был нарасхват. Сначала он создал еще одну коллекцию – для других сигарет, дистрибутируемых «Российской империей», потом фирменную одежду для мастеров салона красоты Ангелины Вардари, а там, пользуясь рекомендациями самой хозяйки, положившей глаз на перспективного стилиста и художника, набрал заказов на полгода.

Однако Гений не торопился их выполнять. Насытившись немного славой и утолив первый голод хлынувшими барышами, расплатившись за квартиру за год вперед и переведя дух от того, что дамоклов меч больше не висит над ним, он стал с удвоенной энергией творить, создав меньше чем за год две серии картин на библейские темы, где главными действующими лицами были действующие же российские политики, и цикл портретов «Мои университеты» с галереей женских лиц, бывших своих любовниц, среди которых, надо заметить, попадались известные лица – и одной из первых московских красавиц, ставшей теперь актрисой, Ксении Мунтяну, и лидера партии «Всех свободных» Инны Хариузовой. Денежные же, но рутинные заказы пристраивал по друзьям-знакомым, не рассчитывая на воздаяние в виде небольшого процента за посредничество, но тем не менее иногда получая что-то в виде благодарности, то откат в конверте, то любимый виски в подарок. А затем сам Ясон заказал Гению свой портрет в той самой манере и аппликационной технике, которую автор считал своим фирменным стилем и отличительным знаком. Портрет удался, и после этого Гений получил еще несколько больших заказов.

Сегодня Гений договорился о встрече с потенциальным клиентом в ресторане «Тинькофф», недавно появившемся в Москве. Открытый вначале на берегах Мойки и Невы, чрезвычайно популярный в Питере ресторан с новыми (можно не побояться назвать их авангардными) формами интерьеров и обслуживания в Москве превратился в обычную пивную с клубами сигаретного дыма и громкой музыкой, стремящуюся заслужить интерес публики. Однако приглашались на live-sets не вполне оправданные в этой атмосфере джаз-банды, а модно-пафосные зарубежные диджейские проекты и электропоповые группы, что вызывало приток посетителей в день концерта, но не делало место популярным для завсегдатаев именно по причине несоответствия формата заведения и культивируемого им имиджа. Гений давно не был в Питере, но успел подумать, войдя и оглохнув в первый момент от музыкального шума, что в Питере, напротив, не приживутся московские понты. Не просто понты, а именно московские, за которыми стоит уже некоторая история, фабрика пафоса, стремление не быть, а казаться. Питер все ж таки более цельный, выстраданный город, и люди там…

Гений вошел под своды зала и, сопровождаемый пытающейся что-то объяснить официанткой, прошел к столику. Он присел на указанное место, пытаясь сдержать ликование, рвавшееся из него в течение последних недель. Тот, с кем Гений должен был увидеться, подойдет позже. Такие люди не любят ждать и стараются не попадать в ситуации, когда бы им пришлось выглядеть глупо или не по чину. Вот только место выбрано было, на взгляд Гения, странное. Он еще раз огляделся и с удовольствием заказал пиво.

У стойки бара, оперевшись на нее спиной и прогнув позвоночник, стояла очаровательная брюнеточка с розой в волнистых волосах. Это выглядело отнюдь не безвкусно или вызывающе, а просто стильно и придавало девушке богемный шарм, подчеркивало ее принадлежность либо к артистическому миру, либо к шоу-бизнесу. Гений долго смотрел на нее, пытаясь перехватить ее внимание, но Дюймовочка, как он сразу окрестил ее, неотрывно глядела на сцену. Чем-то она напомнила Гению одну подругу, с которой он был знаком еще в самом начале своей деятельности, перебравшись в Москву. Судьба свела их во время съемки, где Гений красил моделей для какого-то каталога, а девушка Галя пыталась заработать, позируя для фотографов не всегда в одетом виде. Но в тот раз была совершенно обычная съемка одежды. На модель Галина не тянула. Ее характерное азиатское лицо не служило образцом фотогеничности. Рыжие волосы, пухлые щечки, задиристые повадки. Девушка явно приехала покорять Москву. «Предки монголо-татары не смогли завоевать, а я завоюю!» – стебалась она. Тем не менее как-то они сошлись. У них не было интима – в тот момент Гению это было не нужно, а Галю поддерживал какой-то банкир. Гений понтанулся по полной программе – рассказал, летая кисточкой по ее лицу, что занимается он задорого созданием стиля для бизнесменов, а тут, мол, так, просто по дружбе попросили помочь на съемке.

– А может, ты и мне стиль подберешь? – немедленно уцепилась Галя за его талант стилиста.

– Легко, – согласился Гений. – А зачем тебе стиль? Красивая женщина – мечта поэта!