Береника - Катерина Полянская

— Откуда? — скривился наследник. — К нам, знаешь ли, редко гости заглядывают. Хотя… При трактире есть несколько свободных комнат.

Уже хорошо, под открытым небом не останемся. Но не успели мы (в составе четырех погорельцев) как следует обрадоваться, как влез Игнат со своей ложкой яду.

— Не пойдет. У Митрока жена ревнивая, а на нашей новоявленной колдунье крупными рунами написано: «Миру в семье — кранты!»

Четырехголосое шипение потонуло в смешках всего маленького отряда. И, естественно, было безжалостно задушено количеством. Мужчины! Разве ж от них сострадания дождешься?

Но Бриалина быстро взяла себя в руки и даже план мести составила. И тут же реализовала.

— Так, может быть, наследник решит эту проблему?

— Мой дом всегда открыт для вас, — благородно кивнул Балош, не подозревающий подвоха.

Или решил осчастливить семейство сразу двумя колдуньями?

— Если вы с Береникой станете жить под одной крышей, отсутствие между вами хотя бы страсти станет заметно, как прыщ на носу, — поджала губки наставница и прищурилась, пряча выражение хитрющих глаз. — Ну-ка, Балош, подумай, кто у вас есть без обязательств, зато с жилплощадью?

И тот, наивная душа, и в самом деле принялся думать. Я уже едва не икала от смеха!

— Даю подсказку: он едет слева от меня, — направила мысли моего «жениха» в нужное русло Бриалина.

Откуда эта интриганка прознала о семейном положении и материальном благосостоянии несчастного (в ближайшей перспективе) кузнеца, догадаться несложно. Ребята из сопровождающего нас отряда оказались на редкость разговорчивыми, да и приняли нас с первого же дня.

Зато теперь икать (и отнюдь не от хохота) пришлось Игнату.

— Эту горгону? В мой дом?!! — «обрадовался» наш домохозяин, как только смог делать это членораздельно. — Ни за что.

— Ми-и-илый? — Я тоже решила внести посильную лепту в обретение крыши над головой и развлекательной программы как минимум на ближайшие несколько дней.

И милый не подкачал.

— На том и порешим, — царственно кивнул Балош и, обращаясь к другу, добавил: — Ты же не оставишь нареченную своего будущего повелителя на улице?

Под эти разговоры мы и въехали в городские ворота.

Сложно было не заметить, как обрадовались местные обитатели возвращению наследника. Стражники сменили цепкие взгляды на скупые улыбки, прохожие кивали, кланялись, торопились поведать последние новости. Балош носа не задирал, для каждого находил пару слов, так что продвигались мы очень медленно.

И к тому светлому мигу, когда добрались до многолюдной площади, счастливый народ уже был осведомлен не только о возвращении будущего правителя, но и о появлении в их жизни колдуньи и меня. Осталось только разобраться, как здесь относятся к сему событию…

— А я еще жаловалась, что в Ужевке вести со скоростью ветра разлетаются, — проворчала Бриалина, оглядывая разномастное сборище.

Я же больше смотрела по сторонам. Красиво здесь у них, чистенько. Правда, дома уж слишком разношерстные. Добротные деревянные срубы соседствовали с кирпичными и каменными строениями, а то и вовсе диковинные попадались, похожие на маленькие замки. Будто кто-то с довольно своеобразным чувством юмора повыдергивал их из разных княжеств для пущей оригинальности.

Пышные сады цвели даже поздней осенью, и над улочками плыл терпкий запах цветов. Сквозь аккуратно выкрашенные заборчики проглядывали узенькие дорожки, посыпанные разноцветными камешками.

Мне здесь определенно нравится!

— Добро пожаловать домой, сын, — выдернул меня из созерцания каркающий голос. — Вижу, ты не один…

Ага, с эскортом. Вот только выцветший взгляд парней за нашими спинами упорно игнорировал. Прошелся по наставнице, остановился на мне… Неприязненный, колючий. Без всякого смущения я ответила правителю Вересковой Пустоши полной взаимностью. Теперь, кажется, начинаю понимать, почему Балош так о родственниках отзывался.

Да на его папаше буквально написано, что он с Сумрачным на короткой ноге! Роста небольшого, тщедушный, зато морда холеная, надменная. Даже у восседающей на лошади меня чувство создалось такое, будто снизу вверх на него гляжу. Так, Береника, спокойно! Осанку держим, голову в плечи не вжимаем! Невеста я или кто?

Вот и правильно, пускай сразу привыкает.

— Отец, — Балош на миг склонил голову и тут же перешел к делам насущным, — позволь представить тебе Бриалину, главную колдунью Пустоши.

Наследник помог Бриалине спешиться и подтолкнул вперед. Вот тут правитель действительно просиял, даже за руки наставницу взял.

— Рада знакомству.

— Значит, согласились работать у нас? — Ладонь с узловатыми пальцами нервно пригладила и без того прилизанные волосенки. — Храбрая девочка, уважаю! И золотом не обижу.

Вот нутром чувствую, тот еще клещ. А все равно радостно, что Бри ему по душе пришлась. Вон как скалятся друг на друга…

— А это — моя невеста. — Тут уж и мои ноги земли коснулись, а плечи обхватила твердая рука. — Береника. Тоже, кстати, колдунья.

Прожигающий насквозь взгляд я выдержала с честью. И виду не показала, что чувствую себя неуютно. Улыбнулась вежливо и с преувеличенным интересом принялась разглядывать строгий синий костюм с золотыми пуговками.

— Как вы, наверное, уже догадались, — с безмятежным лицом продолжил Балош, — этот ядовитый господин — мой отец. Позвольте представить: Вилей, раб Сумрака.

Вот тут пришлось сделать небольшое усилие, дабы удержать челюсть так и норовящую отъехать с законного места. Правитель? Понятно. Раб?!

— Так и знал, что ты не подчинишься… — прошипел служитель Сумрачного и скрылся в толпе.

Скандал не состоялся. Обрадоваться, что ли?

Пока пробирались к дому кузнеца, я то и дело ловила на себе заинтересованные взгляды. Иногда даже восхищенные, а в некоторых откровенно читалась радость. Что же, с этими все понятно. Видеть Магдерию на троне желающих нет.

Следующим приятным открытием стало отсутствие соры. Чего-либо похожего на место поклонения проклятому божеству тоже не нашлось. Уже хорошо. После одной ночи тесного общения с Прародителем я окончательно утвердилась во мнении, что от высших сил лучше держаться как можно дальше.

— Будь предельно осторожна, — шепотом давал последние наставления «жених». — Отец так легко не отступится. Да и Магда наверняка где-нибудь поблизости, раны залижет и вылезет.

— И обратно в свою дыру уползет, — буркнула я. Уж справлюсь с заносчивой девицей, в этом можно не сомневаться. Тем более у меня теперь к ней личная неприязнь имеется.