Сибирский. Детектив. Бракованные - Сергей Панч

катаньем было сделано заключение: психически больной человек, носит в себе явный внутренний баг и, возможно, рану, которая не дает ему покоя. Казалось бы, пора заканчивать, но главная сила интервьюера, репортера, заключалась не в том, чтобы выбить из спикера необходимые слова и эмоции, а в том, чтобы вместе докопаться до нового взгляда на проблему. Ощутить взаимный инсайт.

От вопроса к вопросу у спорящих сложился пазл: «убивая изменщика преступник вершит высшую справедливость, помогая выжившему супругу освободиться, дает ему шанс начать новую жизнь. Такой черный ангел бракоразводного процесса». Хорошая теория, которая ложилась на первые три убийства. Но частота последних преступлений наводила на мысль о том, что убийца съехал со своего неторопливого пути. Оставалось понять какое событие запустило газонокосилку, тогда станет ясен и мотив, и личность убийцы. Денис поделился мнением, что катализатором стали события вокруг убийства Снегиревой, потому что до этого смерти были филигранно замаскированы и совершались раз в год. Криминальный психолог согласился — спусковой крючок нужно искать в этой семье.

Напоследок Денис ради прогностической реплики попросил криминального психолога рассказать, как скоро поймают такого преступника.

— Мы долго не знаем кто он? Все ли убийства принадлежат ему? У него нет общего почерка, он не оставляет следы. А уж как он подставил Ксюшу Крапивину и сломал ей жизнь. Эх. Интеллектуал. Шансов, что поймаем, мало. Скорее всего жажда крови угаснет, до того как его поймают, он остановится и уйдет в закат до следующего полнолуния, — пожалуй это было самое яркое выступление.

Пессимистические слова можно будет использовать в фильме и как затравку, и как вердикт.

Уже за камерой криминальный психолог добавил, что часто убийце-интеллектуалу непременно нужно быть в курсе расследования. Он может следить за ходом дела и знать детали. Его подстегивает и будоражит чувство превосходства над следствием. Как будто он неуловимый мститель. Опыт и детективные романы говорят, что единственный шанс поймать маньяка-интеллектуала, найти его среди тех, кто интересуется расследованием.

Мишаня отпросился на боковую. Съемок не намечалось, и Денис отпустил оператора в гостишку с условием: не выключать телефон и по команде прибыть на место. Это означало пиваса и в койку, никаких тяжелых напитков.

До прилета Ольги оставалось три часа. Денис приехал в кафе возле УВД. Кузнецова уже была там.

— Муж погибшей ничего проясняющего не сказал, впрочем, как ты понимаешь, и в их семье…

— Измены?

— Коллеги заявляли, что потерпевшая гуляла, но с кем никто не знал. Алиби у мужа на тоненького. Соседи по деревенскому дому, подтвердили лишь, что весь вечер в их доме горел свет.

— Крапивина?

— А вот это большой вопрос. Кстати, как журналисты разузнали о Крапивиной? Я слышала, что ее снимают со всех эфиров.

— Я молчал. Утечка у вас.

— Но ты прежде всего журналист. Мог…

— Не мог. Иногда я обычный человек, который отвечает за свои слова, — Сибирский улыбнулся.

Он заглянул в глаза красивой майорше и спросил:

— И еще у меня свадьба 31 декабря. Придешь?

Журналист застал ее врасплох. Кузнецова, немного растерявшись, закивала. Обещала быть, если позволит работа.

От УВД до дома ехать было с десяток минут. Все время она думала о журналисте и его свадьбе. Пойти, конечно, необходимо, но какая-то ревность крутила ей хвост. Состояние, которое в современном русском языке емко описывается одним словом «подбешивает». Подбешивало из-за чувства неоправданной ревности, из-за стыда, который следовал за ревностью, и из-за чувства вины, которое испытывает верный супруг, мыслям заглянувший налево.

Кузнецова прилетела в растрепанном состоянии домой. Когда она разделась Джонни подкрался сзади, подхватил и понес по квартире. Кружил. Целовал. Отнес на кухню, напоил чаем. Был галантен как в первые дни знакомства. Она ощущала его великолепие, как тогда. Майорша зарделась из-за собственных дурацких мыслей по отношению к Сибирскому. А Джонни все кружил ее по квартире, периодически посматривая в телефон. Он заставлял жену танцевать и плясал сам. Все это приводило в восторг и оцепенение. Так самец павлина поднимает хвост, кружит в своем животном ритме, а его неприглядная почти бесхвостая самка смотрит на беснующегося представителя противоположного пола, впадает в транс и позволяет оплодотворить себя. Одежда уже была на полу, когда позвонил, будь он трижды проклят, Ким. Пелена соблазна спала, про секс можно забыть. Разговаривая с судмедэкспертом Кузнецова надевала трусики и заматывала свои длинные волосы в кокон. Она остановилась перед шкафом с одеждой.

— Пятна Вишневского, кровоизлияния в слизистой оболочке желудка. Причина смерти гипотермия.

— Замерзла насмерть.

Кузнецова стала вываливать из шкафа самые теплые вещи.

— Гипотермия. Смерть наступила в промежутке от 48 до 24 часов со времени нахождения трупа. Более полную информацию пока предоставить не могу.

"Надо ехать на дачу к Крапивиной. Термостельки могут пригодиться", — подумала Кузнецова.

— Еще, — потребовала майорша от судмедэксперта, прикрыла ладонью динамик, подошла к мужу, поцеловала и шепнула ему на ухо. — Вечером обязательно.

Спустя 3 минуты майорша испарилась, а Джонни так и остался лежать на кровати в досадном возбуждении.

Кузнецова позвонила Серову. Она попросила его найти дачу Крапивиной и организовать ордер. Надо было ехать за город и ждать адрес там, но майорша сначала позвонила журналисту и пересказала доклад Кима.

— Самое интересное, кто-то сделал жертве маникюр и, возможно, уже после смерти.

— Убийца пытался скрыть кровь под ногтями.

— Верно. Если повезет найдем следы ДНК. А это, сам понимаешь, улика, которой прежде не было. Но есть еще один факт от нашего любимого корейца. Але, Сибирский?

— Слушаю тебя внимательно, — Сибирский отправлял Мишане сообщение, в котором просил приехать на площадь Южную откуда следовало ехать на дачу.

— Смерть произошла намного раньше чем обнаружили труп, то есть…

— Крапивина опять под подозрением.

— Да, но муж жертвы тоже что-то скрывает. Время смерти не склеивается с его показаниями.

Майорша не обязана была докладывать журналисту, ей просто нравилось работать с ним в паре. Бок о бок. Она подумал, что