Цветок на ветру (СИ) - Татьяна Лисицына

— Она, наверно, крашеная, дурачок. К тому же папа всегда хвастался, что я похожа на него.

— Это правда. Ты похожа на отца, — согласился Артем, вглядываясь в фотографию Зои. — Но у вас есть одно общее.

— И что это?

— Ваша страсть к моде. Она модельер, и ты собираешься стать модельером. Видишь, как забавно бывает. Ты ее не знаешь, а мечтаешь быть такой же, как она.

— Слушай, а ведь правда, — глаза Каролины загорелись. — Если бы мы жили вместе, я бы могла у нее учиться, или она бы меня отправила учиться в Париж. Но, — лицо девушки омрачилось, — Она даже не знает обо мне или не хочет знать.

— А комната? — вдруг вспомнил Артем?

— Что комната?

— Комната, которую ты узнала, как свою. Ты говорила, что там была твоя детская.

— И что?

— Если бы она не хотела о тебе знать, она бы не сохранила твою в комнату в том же самом виде. Она бы избавилась от нее в первую очередь. А она ее сохранила. Значит, она верит, что ты вернешься. Она просто не знает, где ты.

— Правда? — в распахнутых глазах Каролины недоверие сменилась надеждой, и ее лицо стало нежным и мечтательным. — Наверно, она правда не знает, где я? Представляешь, как это здорово, найти свою маму. Да еще узнать, что она такая знаменитая. Вон какую статью про нее накатали. А как бы я хотела посмотреть на ее наряды. Я поеду в Москву.

— Каролина, подожди, — Артем взял е за руку. — Ты еще не знаешь, что произошло. Все это только наши предположения. Сейчас у тебя другие родители, и ты же не можешь просто взять их и бросить.

— А что же мне делать? — Каролина прижала к груди журнал. — Я хочу в Москву, и я хочу с ней встретиться. Зоя Яковлева. А у меня другая фамилия. Почему? — на лбу Каролины залегла морщинка. — А может, она меня вовсе не ждет? Вдруг она меня бросила, или ее лишили родительских прав?

Артем растерянно смотрел на девушку. Последнее время они стали, как два следователя. Он даже заметил за собой, что стал гораздо наблюдательнее. Более того, ему нравилось сопоставлять факты, отслеживать события и видеть, как в свете новых обстоятельств картина изменяется, словно мозаика, в которую вставляешь недостающие фрагменты.

— Знаешь, что я решил, — вдруг выпалил он, — Я буду следователем.

Каролина покрутила пальцем у виска и снова открыла журнал, но Артем не обиделся. Он был почти счастлив. Впервые в жизни у него появилось желание чем-то заняться. До сих пор он с тоской думал о будущем и не мог определиться, кем он будет. Все профессии вызывали у него равнодушие, но вот быть следователем казалось интересным.

— Я должна поговорить с отцом, — услышал он решительный голос Каролины. — Он единственный человек, который все знает. Я покажу ему журнал и расскажу, что была в этой квартире. Больше ему не удастся отвертеться. Я узнаю правду о том, что произошло.

— Это правильное решение, — поддержал ее Артем. — Хочешь, я буду рядом с тобой?

— Нет, это семейная тайна. Я расскажу тебе потом. Но он вынужден будет признаться во всем, что он от меня скрывает.

Руслан сидел на диване и думал. Почему ему стало казаться, что Каролина начала что-то подозревать? После поездки в Москву она определенно изменилась. Но что она могла узнать в Москве? Ведь даже если предположить самое худшее, что она встретила Зою на улице, они вряд ли бы узнали друг друга. Что же его так беспокоит? И это ее заявление о фотографиях? Где он возьмет эти фотографии? Они, наверное, хранятся у Зои. Зоя! Он вздохнул. Вот ведь, сколько лет прошло, а он не может ее забыть. Она снится ему по ночам. Недавно снова снилась, они шли по лесу, и он держал ее за руку и был так счастлив. Ему вспомнилось это ощущение счастья, которое он испытывал, когда видел ее. Правда, это было так давно, еще до той истории с его отцом. После этого он испытывал только боль и отчаяние. Он снова вздохнул. Они предали его, но он им отомстил. Он сам был судьей и сам вынес им приговор. Он забрал у них самое дорогое. Уж он-то знал, как Зоя любила Катю. Он тоже ее любит. Она только его девочка, его дочка, его радость. Он никогда не отдаст им Каролину. Он сделает все, чтобы она никогда не узнала правду. И надо же, ведь даже Бог оказался на его стороне. Прошло десять лет, и их не нашли, значит, Бог с ним заодно. Ведь он должен видеть с неба, как он любит Каролину и как гордится ею. Ему удалось создать в Саратове новую семью. Конечно, он не любит Аллу, но так даже лучше. Он все равно благодарен ей за то, что она пошла ради него на преступление, без нее ему было бы сложнее. В коридоре раздался звук поворачиваемого ключа и еще по шагам он понял, что это не Каролина. Каролина всегда стучала каблучками, Алла же наоборот, ступала тихо, как мышка и обувь у нее была такая же неслышная, словно она боялась привлечь к себе внимание.

— О, ты уже дома! Наверно, голодный? — она предано заглянула ему в глаза.

— Конечно, голодный. Где ты была столько времени?

— Зашла в парикмахерскую по дороге из магазина. А там оказалась длинная очередь. Но зато теперь все в порядке. Я покрасила волосы и подстриглась. Ну, и как тебе?

— Что-то я не вижу никаких перемен, только зря деньги потратила, — проворчал Руслан.

Алла сразу сникла:

— Ну, милый, я же не могу все делать сама. Я уже полгода не была в парикмахерской.

— Ладно, чего уж там, — смягчился Руслан. — Ты поесть купила?

— Да, сосиски вкусные и картошечку сейчас поджарю. Через десять минут все будет. Потерпишь? — Алла быстро облачилась в халат.

— Потерплю, что же делать?! Посмотрю пока новости. — он щелкнул пультом и включил первый канал.

«В Москве сегодня произошло интересное событие. Открылся новый салон-магазин Зои Яковлевой».

— Что? — вскрикнул Руслан.

— Что такое? — Алла уставилась в телевизор.

«Специально для вас наш корреспондент взял интервью у известного модельера, которая долго работала во Франции», — вещал диктор, а в это время на экране появилось немного напряженное, но все такое же милое лицо его бывшей жены. Руслану показалось, что сейчас он умрет от разрыва сердца. Она, приветливо улыбаясь, смотрела на него с экрана, рассказывая что-то о своих моделях и планах. Он слышал ее такой родной голос, но не понимал ни слова из того, что она говорила. Видел только, что она стала еще прекраснее, чем была. Ее красота стала не девчоночьей, а какой-то зрелой и как шел ей этот светлый цвет волос. Она была в обтягивающем черном костюме с большим вырезом и короткой до колен юбкой. Мелькали кадры. Зоя с бокалом шампанского на презентации магазина. Зоя со спонсором магазина Полем Беранже, который почтительно целует ей руку. Он испытал ревность. Наверняка, этот старый тип ее любовник. Иначе откуда у нее деньги, чтобы открыть магазин на Тверской? Он заставил себя вслушаться и с завистью услышал, что она почти десять лет прожила в Париже, где ее модели пользовались успехом. Зоя в Париже. У него перехватило дыхание от злости. Он же хотел наказать ее, хотел, чтобы она плакала. А вместо этого она укатила во Францию, где окрутила, в этом он был точно уверен, какого-нибудь богатенького француза. Выходит, забрав у нее ребенка, он только развязал ей руки. Теперь она богата и знаменита, и она вернулась, чтобы мучить его с экрана телевизора своим счастливым видом.

— Руслан, — услышал он голос Аллы. — Руслан, что ты думаешь по этому поводу?

Руслан вскочил с дивана.

— Что я думаю? А что я должен думать? Она стерва и всегда была стервой, поэтому и добилась этого. Через постель, я уверен. — его лицо покраснело, на шее вздулись жилы, кадык ходил ходуном. Он до сих пор не думал, что все это будет причинять ему такую боль. — Я ненавижу ее. Ненавижу!

Пораженная его выступлением, Алла выключила телевизор, который вещал о каком-то средстве, которое отмоет весь дом, пока хозяева на работе.

— Руслан, я не об этом. Я боюсь, что теперь Каролина может догадаться обо всем.

— Каким образом?

— Я не знаю, но мне кажется, что она неспроста ездила в Москву. Она что-то вынюхивает. Я заметила, что когда нас нет, она роется в вещах. Она задает мне странные вопросы. Например, спрашивала меня, видела ли я ее мать?

Руслан опустился на диван и закрыл лицо руками.

— Я не отдам ей Каролину. Она не может иметь все сразу. Каролина — моя дочь.

— Каролина и ее дочь тоже, — жестко сказала Алла. — И не забывай о том, что ты ее похитил. Теперь твоя бывшая жена богата, и кто знает, может она снова захочет провести какое-нибудь расследование. Или любопытные журналисты что-нибудь раскопают?

— Что ты хочешь от меня? — обреченно спросил Руслан.

— Не так уж много. Хочу, чтобы ты придумал, что ты будешь рассказывать Каролине о ее матери, если у нее вдруг возникнут подозрения.

— Я не знаю, — Руслан раскачивался на стуле, а Алле первый раз захотелось его ударить. Она из-за него рисковала жизнью, чтобы помочь ему украсть дочь, а этот тюфяк раскис, когда увидел свою бывшую жену по телевизору.