Скифская история. Издание и исследование А. П. Богданова - Андрей Иванович Лызлов

|| (л. 28 об.) обрести довольную повесть, яко он будущи худородный и злодей, воинских ради дел великою славою прослы и страхом всему свету бысть[844].

Первое бо все татарския орды поплени и подручны себе сотвори, и Великую Орду, идеже Сарай великий и Чагадай, облада. Царь же ординский Тактамыш, не возмогши противо ему стати, убежа в Литву ко князю литовскому Витофту.

Темир-Аксак же поганый помышляше оттуду на Российския страны, пленити их. И прииде к Резанским пределом лета 6903‑го, но не попусти Бог сему нечестивому погубити люди своя. Ибо страхом Богоматере устрашен быв[845] возвратися во Орду и простре войну на восточныя страны.

И тамо искони вечною и славною Персидскою монархиею облада, и турецкаго султана Баозита, обстояща царствующий Константинополь лет 6905‑го порази[846], идеже до двоюсот тысящ турецкаго воинства избиено бысть и сам Баозит пойман[847], его же в железной клетке на златой цепи Темир-Аксак во знамение победы вождаше с собою и на конь всегда с тоя клетки саждашеся[848].

Потом прият Египет, и Дамаск, и Вавилон, и Сирию, и Медию, Армению же, и Вифинию, и Каппадокию, Понт[849], || (л. 29) и всю Малую Асию, и некое царство, стоящее у моря и каменных ради гор едину стезю вшествия имущее[850] – но и тамо столп тверд и врата железна быша – прият; где бы сие царство обрестися могло, о том у Ботера[851], описателя всего света, поискати нужно.

Изъявляет бо той страну некую, названную Серуана или Сервана, недалеко Каспийскаго моря, во время его описания бывшу под областию перскаго <царя>[852]. Ея же началныя городы Шамаха, Исрес и Дербент, который стоит над враты горы Кауказу у единаго теснаго пути между двема горами, огражден двема стенами, иже протягаются: до моря едина стена, а другая – на триста сажен; на них же суть врата железна, их же не мочно минути идущи из Серуаны в Тартарию великую или оттуду тамо.

И тамо приходили татарове в Каппадокию с цари своими Галионом и Багом, потом с Темерляном [иже есть сей Темир-Аксак]; сию ныне обще Медиею называют. Яковым же ухищрением ту крепость той нечестивый облада, летописцы российския о том изъявляют. Сего всесветнаго страшила летописцы называли Темир-Кутлуем, а татарове || (л. 29 об.) Темир-Кутлу, то есть Счастливое Железо, латинския же списатели называли его лютым Темерланом, якоже и непрелстишася в том, ибо той в пленении вышеписанных государств и взятии недобытных крепостей и градов сице творяше. Егда к которому граду прихождаше, хотящи его добывати, первый день поставляше намет белый, дающи знати, аще добровольно поддадутся ему, то живых оных при богатствах их оставити имать. На другой день пославляше намет багряный или красный, дающи знати, егда их бранию одолеет, тогда крови много пролиятися имать. На третий день поставляюще намет чорный, являющи, яко по взятии града ни единаго живити имать[853].

Воинства с собою всегда имяше тысяща тысящей и двести тысяч[854]. Тогда же и литовской князь Витолд, уповая славе и щастию своему, восхоте изгнаннаго Тахтамыша, согнав Темир-Аксака, утвердити на царстве Ординском, собрався со многим воинством литовским и российским и с царем Тахтамышем поидоша на Темир-Аксака[855].

И пришедше на реку Ворскл, обретоша множество татар на полях стоящих с царем Эдегою, его же полския летописцы называют товарыщем Темир-Аксаковым. И бысть || (л. 30) Витолду с татары тамо презельная сеча, иде-же многое литовское и российское воинство со многими[856] князьми и мужи честнейшими побиено бысть[857]. Едва Витолд с царем Тахтамышем не во мнозе дружине убегоша в Литву[858].

Бысть сия брань литве с татары лета 6907‑го, а от Рождества Христова 1399. Окаянный же Темир-Аксак вскоре после сея брани начат собирати воинство, хотяше ити на пустошение Российских стран, идеже в некоторых странах татарских озиме и тамо многое ево воинство от мразов лютых изомроша.

Тамо же и сам нечестивый зле скверную свою душу изверже лета 6908‑го. Тело же его скверное отвезено и погребено бысть в земли татарской, ю же Ботер[859] называет Загадай, во граде Самаркандии, который Гвагнин[860] называет столицею всех градов татарских.

По смерти же его воинство его разыдеся кийждо в страны своя. А помянутый товарищ его Эдега отлучися оттуду с Крымскою ордою, иже под его правлением во время Тимир-Аксаково бяше, и пришед в Таврику за Перекоп укрепися тамо.

И от сего времени начат умножатися и славитися Перекопская, то есть Крымская орда[861], и царей нача своих оттуду имети. || (л. 30 об.) О них же последи описания Болшия орды царей объявлено будет. Болшая же орда начат умалятися и к падению наклонятися, яко и конечно повоевана и опустошена бысть от московских великих государей.

Глава 3

О царех бывших по Темир-Аксаце во Орде и о опустошении ея от московских государей

По смерти онаго всесветнаго страшила, Темир-Аксака глаголю, паки нача владети во Орде царь Тахтамыш, пришед из Литвы. Лет 6914 воста царь во Орде именем Жанибек[862], от него же паки Тахтамыш побежа из царства[863]. И тако той проклятый пустошитель царствующаго града Москвы и христианский губитель, сам множицею бегая, убиен бысть в бегстве в земли Сибирской, а Жанибек облада Ордою[864].

Таже и сам недолго царствовал, изгнан бысть от царя некоего, именем Булат-Салтана. И бысть царь во Орде Булат-Салтан[865], или Зелед-Салтан, сын Тахтамыш[866], а Стрийковский[867] называет его салтан Зеледин[868], иже изгнав Жанибека облада Ордою мало после вышеписаннаго лета.

|| (л. 31) Сей царь велию дружбу имяше с королем польским Ягеллом[869] и с князем литовским Витолдом и многую помощь даваше им против крыжаков[870] немецких[871], посылающи татар своих в помощь полякам и литве. Иные поведают яко и сам на брани против крыжаков будучи убиен бысть от них.

После его осташася три сына: Бетсубуль[872], его же татарове Тактамышем называли, другой Керембердей[873], третий Яремфердей[874]. И облада по отце своем средний сын его Керембердей, изгнав братов своих лета 6926‑го, от Рождества Христова 1418[875].

Тахтамыш же побежа в Литву ко князю Витолду, яко к приятелю отца своего, дабы помог ему доступати отцовы власти. Витолд же учинил его царем в Вилне, дав