Под игом чудовищ. Книга 2 - Андрей Арсланович Мансуров

похожие на захваты, и зафиксировались на лодыжках, талии и запястьях подопытного капрала — похоже, правда, лишь затем, чтоб его тело не плавало свободно в уже покрывавшей его с головой жидкости.

Но буквально через несколько секунд после этого жидкость словно налилась, наполнилась некоей внутренней энергией, и загустела, так, что стала похожа на сироп. Тело исчезло из виду. Король вздохнул:

— А что будет, если прервать процесс?

— Не могу знать, ваше Величество! Я… э-э… Не осмелился нарушить ваш приказ!

— Ладно, понятно. — его Величество дёрнул щекой, — Раз уж занять себя интересным зрелищем мы не можем, придётся сходить выпить горячего чаю. Охрана!

Следите, чтоб никто ни к чему не прикасался. И никуда не уходил!

Что там кроме чая пил сир Ватель, никто не узнал, но когда через час он вернулся, его настроение явно было куда лучше, чем до ухода, а лицо раскраснелось.

— Ну, как тут?

— Ещё не закончено, ваше Величество! — сержант нервничал, похоже, ещё сильней, чем когда в капсуле находилось тело лорда Юркисса: ещё бы! Если б с королевским узником что-то случилось, он сам бы и был во всём виноват! Сам же поворачивал в нужные позиции все ручки и устанавливал все тумблеры! Но то — подумаешь, какой-то, пусть и королевский, а — узник. А сейчас… Если королю не понравится результат — то!..

И вину не на кого свалить-то, если что!

А времени прошло уже… Чуть не на десяток минут больше, чем тогда!

Но сержанту повезло: король первым заметил приближающийся конец:

— Посмотрите-ка, сержант! Похоже, раз жидкость уходит — конец близко?

Сержанту не удалось скрыть огромного облегчения в голосе:

— Так точно, сир! Уходит. Так было и в прошлый раз! Теперь недолго осталось. Сейчас его чем-то намажут, и маска уйдёт. И капсула откроется.

— Намажут?

— Ну… Я не знаю, как это точно описать, сир. Да вы и сами сейчас всё увидите!

И правда: не прошло и минуты, как король увидел, как странного вида не то щётки, не то — валики из какого-то мягкого материала проехались несколько раз по телу подопытного, в результате чего кожа его заблестела, а затем стала словно матовой, полупрозрачной. Наверху включилась лампа с тёмно-синим светом, и луч два раза прошёлся туда-сюда над всё ещё бессознательной фигурой. Тело вновь приобрело нормальный цвет.

— Погодите-ка… Он, вроде, как стал выше ростом?

— Да, сир. Мы и в тот раз заметили, что и лорд Юр… э-э… королевский пленник словно стал выше ростом. Да и осанка стала… Статная и благородная!

— Так, понятно. Но почему он не приходит в себя?

— Не знаю, сир. Но, наверное, этого, как и в тот раз, не произойдёт, пока машина не откроется!

Машина тихо загудела и щёлкнула. Колпак откинулся. Сир Ватель застыл с перекошенным от напряжённого ожидания лицом прямо перед капсулой.

Напрягшийся сержант уже начал всерьёз беспокоиться за свою судьбу, и потихоньку оглядываться, прикидывая, нельзя ли как-нибудь, если что, проскочить мимо бравых гвардейцев, которым по-идее полагалось бы смотреть во все глаза на чудо воскрешения… Но которые, к сожалению, бдительно следили за малейшим движением сержанта.

К счастью, тут глаза Бормолини открылись, и он глубоко вздохнул, не удержавшись, впрочем, от вскрика, глядя на нависающий потолок капсулы: «Где я?!»

Но капрал быстро всё вспомнил: обернулся к королю, и поспешил «восстать» из небытия:

— Сир! Здесь сержант Бормолини! Готов служить королю!

— Браво, сержант! Поздравляю! Как себя чувствуете? Что помните?

— Чувствую себя… — видно было, что новоявленного сержанта, восторженно оглядывавшего своё тело, буквально распирает, и проблема только в подборе слов для описания нового состояния, — Как никогда прекрасно! Ничего не болит — даже артроз в коленках прошёл! Голова ясная — словно у юноши! Всё помню! И тело… Такое молодое… Сильное! — он согнул руки и поиграл бицепсами, — Словом — всё отлично, сир!

— А чего вам сейчас больше всего хочется? Только — честно!

— Хочется… Кушать, сир! И ещё… — сержант замялся, но потом решился-таки, — Женщину!

По налившемуся и сразу после этих слов приподнявшемуся соответствующему органу король, да и все окружающие поняли, что новоявленный сержант сказал правду.

— Замечательно. — его Величество не стало ходить вокруг да около, — Одевайтесь, и — в свою комнату. Позже придёт мой персональный лекарь, и осмотрит вас, сержант Бормолини. Благодарю за службу.

— Для меня — огромная честь: служить королю!

Когда новоиспечённый сержант вышел, его Величество без лишних слов разделся. Сам, без помощи напомаженных холуёв-лакеев. Которых на время кампаний всегда оставлял в Клауде. Глубоко вздохнул. Сказал:

— Сержант. Включайте. Если исход будет столь же благоприятен, я сдержу обещание. И не буду вас наказывать. Если же… — тон изменился, и тяжёлый взор сказал злополучному сержанту, что их самодержец не зря занимает свой трон, — Объяснять не надо?

— Так точно, сир. Объяснять не надо. Да и что ж я — враг самому себе? И вашему Величеству? Всё сделаю, как положено.

— Хорошо. Включайте.

На преобразование короля, за которым неотрывно и молча следили и гварейцы, и провинившееся отделение, ушло времени поменьше — час и пять минут.

Когда крышка открылась, его Величество изволили блаженно потянуться:

— Чёрт возьми! А он не соврал! Чувствую себя… Как никогда! И голоден, и…

Со вздохом, словно не желая покидать тёплое и столь похожее на уютное материнское лоно, пространство, сир Ватель выбрался наружу. Хмыкнул, кинув заинтересованный взор вниз:

— Надо же. Он даже словно ещё подрос!

На этот комментарий никто его Величеству ничего не ответил. Поэтому одевался король с помощью гвардейцев в тишине. Но так продолжалось недолго, потому что вдруг донёсся громкий топот, и в пещеру с машиной вбежал лейтенант Хаммершмидт, королевский вестовой:

— Ваше Величество! Прибыли леди Рашель, и начальник королевской охраны, капитан Айвен! Леди умоляет ваше Величество уделить ей пять минут!

Его Величество изволили почесать в затылке. Буркнуть:

— А я, вроде, запретил своим дамам высовывать нос из королевского замка, пока не закончится зимняя кампания… Хм. Ладно, лейтенант. Проводите леди и милорда капитана в мои апартаменты, и скажите, что через десять минут я приду.

«Покои» его Величества таковыми можно было назвать лишь с большой натяжкой: поскольку из вполне понятных соображений личной безопасности сир Ватель предпочёл не пользоваться личными комнатами лорда Хлордгара, (Мало ли! А вдруг там приготовлен «весёленький» сюрпризец навроде тех, что имелись в башне?! Да и «операторская», с ободранными обоями и взломанными полами выглядела, мягко говоря, непрезентабельно.) и жил его Величество в ничем не примечательных комнатах второго этажа. Тех, где раньше, судя по-всему, квартировали не совсем рядовые, а всё