Лайла. Сквозь галактику за счастьем (СИ) - Макушева Магда

Тирианке казалось, что настроение родителя связано не только с ее ситуацией, но и еще с какими-то возникшими у него проблемами, в подробности которых она, наверное, не хотела бы вникать, предполагая, какая там может скрываться грязь, опасная даже для нее самой.

— Дайнагиат ведь отказался его спасать, — подала голос женщина, когда отец окончательно выдохся и замолчал, гневно раздувая ноздри.

— Старший Шор послал частную команду из отбросов системы на поиски твоего мужа. Не знаю, нашли ли они Грегора или нет, но судя по тирлиниям, — Димир снова кивнул на руку дочери. — Младший Шор все еще жив.

Урла раздраженно мотнула головой. Она не стала рассказывать отцу, что с недавних пор нить ее связи с супругом настолько истончилась, что женщина окончательно перестала ее чувствовать.

Тирлинии не просто замерли или побледнели, а начали исчезать. Если даже после всех манипуляций в Тиросе рисунков еще было много, то сейчас от них остались только жалкие безжизненные крохи. И ощущались они под кожей Урлы как... инородный элемент.

О, как госпожа Тамри, то есть Сорен мечтала вытравить эти линии со своего тела в те моменты, когда особенно сильно ненавидела первого супруга. И также сильно желала оставить отпечаток его силы и их связи на себе потом, когда эмоциональные вспышки заканчивались четким ощущением сосущей пустоты в груди.

Злилась на него за неподчинение, но... со злорадным удовольствием хотела, чтобы ниган Шор-младший оставался зависим от нее, был соединен с ней узами, которые будучи далеко от Тирии не имеет возможности разорвать самостоятельно.

А когда голубые тирлинии Грегора, узоры брачной связи с ниганом, начали пропадать с ее запястий и предплечий, женщине это очень не понравилось.

И причина истончения связи была не в том, что ее все еще муж находится на грани жизни и смерти, а в чем-то ином. Какое-то время Грегор действительно балансировал на пороге скорой гибели, и Урла это пусть и слабо, но чувствовала, но потом между ним и тирианкой словно выросла непреодолимая преграда, сделавшая их брачную энергетическую нить как будто... мертвой. Фальшивой. Условной.

— Что за отбросы? — заинтересовалась женщина, вычленив из монолога отца новую информацию и гадая, есть ли хотя бы крошечный шанс, что эта глупая спасательная миссия по поискам нигана Шора-младшего увенчается успехом.

— Не важно. Но среди них обнаружился Этис Нор, — выплюнул дайнагон Тамри.

Урла хмыкнула.

— Ты из-за этого так злишься? Еще один твой враг снова выплыл из небытия и может вернуться из Моргиана победителем? Реабилитироваться за счет спасения Грегора?

Отец исподлобья уставился на дочь, и тирианка сразу же прикусила язык, потому что нечаянно известила дайнагона Тамри о своей чрезмерной осведомленности некоторыми его темными делишками, о которых не должна была вроде бы даже подозревать.

Зря она это сделала. Ох, зря.

Когда-то Димир Тамри помог своему приятелю-дайнагону, чей сын совершил непростительную ошибку во время торговой миссии в Икелан, заткнуть нежелательного свидетеля, который знал правду о чуть не случившемся во время того полета преступлении.

История оказалась очень нехорошей, даже мерзкой, и если бы Урла когда-то не подслушала некий крайне интересный разговор со его подельником, то и не узнала бы подробностей, считая Этиса Нора виновным в приписанных ему злодеяниях.

Один довольно испорченный властью и ощущением своей исключительности по меркам тирианских мужчин дайнагон, сынок папиного друга, которого поставили торговым представителем миссии, увлекся какой-то местной икеланской не-неей, то есть леей.

Госпожу Сорен всегда удивляло, что в тирианском языке есть специальное обозначение для подобных особей женского пола, не имеющих энергоисточник, хотя она знала, что все тирианки являются неями по умолчанию.

Зачем тогда изобретать слово для явления, которого в Тирии нет?

Таким образом Урла, кстати, узнала, что и подобные недоженщины в галактике Андромеды существуют, и мужчины Тирии даже могут с ними спать и иметь краткосрочные отношения, но никак не построить семьи или зачать ребенка.

Видимо, только на удовлетворение плотских мужских потребностей те женщины и годны. Не то что тирианские неи.

В общем, молодой и уверенный в своей безнаказанности дайнагон захотел для разнообразия поразвлечься с икеланкой, применяя для склонения ее к близости (она посмела отказать ему, представляете?) силу своего тира, что противоречило любым законам Тирии и в отношении женщин любой разумной расы, и в отношении демонстрации способностей, которыми обладают тирианцы.

Ниган Нор, командир сопровождающих ту торговую миссию ниганов, вступился за икеланскую лею, за что по возвращении в Тирию и поплатился.

Приятель отца и сам дайнагон Тамри уничтожили репутацию подающего надежды молодого военного, добились запечатывания его силы и ссылки куда-то на одну из необитаемых планет.

Вспомнив красавчика-нигана Урла прикусила губу и мечтательно улыбнулась. Жаль, что Этис Нор не попался на ее пути раньше, до запятнавшего его жизнь и карьеру позора. Стал бы замечательным трофеем в коллекции одноразовых любовников из более низких по статусу мужчин.

Ах да, если бы не отец Грегора, нигана Нора и вовсе бы казнили, и, возможно, именно поэтому отец Урлы был категорически против брака дочери с младшим Шором. Но это препятствие наоборот распалило интерес тирианки к Грегору, сыну противника ее отца. Сделало связь Урлы с первым мужем запретной и щекочущей нервы.

Какая злая ирония в том, что тир ее настолько частолюбивого, честного и преданного законам Тирии первого пока еще мужа сделал на нее стойку, даже не подозревая о том, какие мерзости творит втихую ее отец-дайнагон, да?

Теперь, после игр с разрывом связи в Тиросе Грегор, возможно, все же начнет что-то подозревать.

"Отец пилот, и дети в иллюминатор смотрят". Так, кажется, говорят в Тирии о том, что дети всегда в чем-то подобны своим родителям.

Задумывалась ли Урла, что играя чужими жизнями она уподобляется погрязшему в интригах, прогнившему до нутра родителю? О нет, она гордилась своей семьей, потому что, как и дайнагон Тамри, желала власти, пусть и не абсолютной, а частной и мелкой в масштабах родной системы.

Участие дайнагона Тамри в ситуации с Этисом Нором не предавалось огласке. Отец Урлы предпочитал оставаться в тени, действуя тайно и помогая тем, кто потом может пригодиться ему на пути к вершине власти в системе.

Грегор ничего не знал о кознях отца Урлы, как и его отец, как и Этис. Официально бывший ниган Нор стал изгоем и энергетическим ивалидом по своей вине за военное преступление (по сути его обвинили в том, что чуть не сделал тот молодой дайнагон), и за неимением покровителей в Дайнагиате никак не смог доказать обратное.

— Думал, это имя больше никогда не всплывет в связке с Шорами, — неожиданно признался отец. — Если бы не твое желание сделать Грегора мужем и игры с разрывом этого союза, нас бы вообще никак не связывали ни с ними, ни с Этисом Нором.

— Во-первых меня выбрал тир Грегора, он исходя из этого предложил мне брак, а я лишь согласилась с этим предложением, потому что ЗАХОТЕЛА этого мужчину в тот момент. Мужчины Тирии выбирают своих ней доб-ро-воль-но и знают, что могут не создавать связь, даже если их симбиот на кого-то указал, — ехидно произнесла Урла в ответ. — А, во-вторых, не думаю, что Грегор Шор или Этис Нор вернутся от пиратов живыми.

Женщина легкомысленно пожала плечами, но затем вгляделась в напряженное лицо отца и пытливо добавила:

— Но это ведь не все?

— А вот остальное тебя не касается, — прогудел дайнагон Тамри. — Иди подумай о том, что будешь говорить, когда нас вызовут в комитет. А потом отправляйся к мужу и его брату, да ублажи их хорошенько, чтобы они за тебя вступились, если будет нужно.

— Если меня вообще куда-то вызовут, — равнодушно произнесла тирианка, грациозно поднимаясь с места и величественно выплывая из кабинета отца, цокая острыми, высоченными каблуками.