Лайла. Сквозь галактику за счастьем (СИ) - Макушева Магда

“И он твой единственный шанс на личную жизнь, Лали,” - издевательски заметил внутренний голос.

- Изгнанникам и предателям сложно доверять, - туманно пояснил Грегор.

- С учетом того, что этот изгнанник ринулся тебе на выручку, я бы не стала говорить о нем подобные вещи, - взорвалась я, чувствуя, как почти привычно наэлектризовываются волосы на макушке, а кончики пальцев начинает печь. Даже выпустила столовый прибор из руки, потому что толстый пластик неожиданно нагрелся, причиняя боль.

- Отец достойно оплатил его услуги, - хмыкнул Грегор. - К тому же на нем долг жизни перед моей семьей.

Но я-то помню, как ты с облегчением радовался, когда увидел на навигационной панели челнока тирианский флагер и услышал голос капитана по переговорнику.

Видимо не в себе был, раз и ко мне относился нормально, и с Этисом общался, как со старым приятелем.

Вот будто я с другим разумным столько времени в плену проторчала. Будто чьи-то чужие раны лечила. Будто какой-то другой Грегор Шор стал мне кем-то вроде товарища и даже... друга. И объекта симпатии, на самом деле, но об этом никто никогда не узнает.

- Я-то не платила. Он помогает мне просто так, - пожала я плечами. - Даже с учетом того, что я лея, а не ваши эти несравненные неи, над которыми вы трясетесь, словно они - божества воплоти.

Ох, кажется, меня понесло. Да, у меня такое очень редко, но бывает. Вспышки, свойственные всем сигойнам, даже таким нетипичным и отрезанным от общин и соплеменников, как я.

- Капитан Нор не показал мне разницы, да и вообще увидел во мне обычную женщину, в отличие от вас, "нормальных" тирианцев, - почти выкрикнула, тут же устыдившись своего порыва.

Грегор Шор замер. Чуть качнулся, будто я его ударила. На короткий миг его маска треснула, обнажив что-то... знакомое и близкое моей сущности, но затем снова покрылась льдом отчуждения с ноткой еле уловимого раздражения.

Я не понимаю этого мужчину. Вообще. Ни капельки.

Его словно шатает из стороны в сторону. Словно он пребывает в каком-то только ему ведомом раздрае. Не внешне, а где-то там, под слоем ледяной брони истинного и непробиваемого воина, для которого любое проявление чувств лишнее.

Я видела тебя другим, Грегор Шор. Когда же ты был настоящим?

- В таком случае не препятствую искать защиты у того, за кого ты с такой страстью вступаешься, лея Лайла, - ровным тоном произнес Грегор. - Но и помощь моей семьи советую принять. Я умею быть благодарным тем, кто помог мне спасти мою жизнь. Пусть сделал это и спасая свою собственную. Приятного приема пищи.

Тирианец уже давно ушел, а я только спустя непонятно сколько минут смогла сделать полноценный глубокий вдох и резко стерла слезинку, скатившуюся с уголка глаза.

Бездушная скотина, вот ты кто, ниган Шор. Жуткий, лишенный чувств монстр-вояка, чуждый до чьих-то переживаний и вынужденно испытывающий благодарность к той, к кому относишься, как к бесполому существу. Пусть и с уважением, которое вашими правилами принято выказывать любым женщинам.

Мне не больно. Совершенно не больно.

Я камень, а не кувшин.

- Да и катись к верданскому ящеру, - пробормотала, хватая уже остывшую вилку и с яростью втыкая его в жареное мясо какого-то тирианского животного, словно это мой личный враг или, если быть уж совсем кровожадной и злой, плоть мужчины, который никогда не будет мне принадлежать. - Ничего мне от твоей семейки не нужно. И от тебя, бесчувственный ты поганец.

Что с тобой не так, Грегор Шор? За что ты так со мной, космос тебя дери?

Зачем я, спрашивается, вообще покидала свою каюту?

Глава 30: Интерлюдия

Торгово-исследовательский транспортный фрегат “Невус-3034”

Капитан Эйор Альто с трудом открыл глаза и сразу же закрыл их снова из-за слишком яркой иллюминации, бьющей по зрительным нервам.

Все его тело болело и казалось лишенным костей.

“Эти с**и все же в меня выстрелили. А ведь обещали оставить жизнь, если я отдам им сигойнскую девку”, —подумал брианец со злостью. — “Ну ничего. Я-то жив, а вот тварь Лайла наверняка жалеет, что не попрощалась с жизнью сразу. Никто не смеет мне отказывать. Могла бы быть моей любовницей, а стала подстилкой моргианцев. И ничего мне за это не будет!”.

Неожиданно в его шею воткнулось что-то острое, в голове прояснилось, а сердце застучало сильнее.

— С возвращением, капитан. А мы вот, пока ты тут прохлаждаешься, почти добрались до Икелана, — прозвучал голос дока Лукиса прямо над ухом Эйора. — Открывай глаза. После убойной дозы адреналина, которую я тебе вколол, ты должен прекрасно себя чувствовать.

— Ох, док, как я рад тебя видеть, — хрипло произнес брианец, встречаясь взглядом с пожилым данарцем. — Что я пропустил? Вижу, атака пиратов все же, слава высшим силам, не удалась.

Шрей Лукис как-то подозрительно недобро сузил свои желтые змеиные глаза и обернулся к кому-то стоящему чуть поодаль.

— Ну привет, красавчик, — услышал он голос рыжей стервы Дафны Маас. — Поболтаем, пока сюда все командование не набежало?

“А она-то что здесь забыла?” — подумал капитан Альто, поежившись от внимательного, почти препарирующего взгляда переводчицы.

— Мне не о чем с тобой говорить, дорогуша, — прокаркал брианец. — Док, какого комического демона у вас здесь в медицинском отсеке шастают всякие...?

— Парень, здесь мы задаем вопросы, — хмыкнул данарец, обнажив острые зубы в кровожадном оскале. — И главный из них: что ты сделал с Лайлой, тварь?

— Что ты несешь? Забыл, к кому обращаешься? — рыкнул мужчина и попытался приподняться, но тут же со стоном упал обратно на лежанку.

— С уродом, который добровольно отдал беззащитную девушку в руки монстров? — не остался в долгу док.

— О чем ты? Не моя вина, что гражданская служащая шлялась по коридорам во время нападения. Я защищал ее до последнего, но...

Почему эти двое так уверены в причастности Эйора к похищению сигойны? Брианец точно знал, что гало-камеры в тот момент не работали, а его сослуживцы валялись то ли в отключке, то ли и вовсе попрощались с жизнью.

Дафна Масс покачала головой, с омерзением глядя за военного.

— Думаешь, ты единственный на фрегате, кто знает моргианский язык? — выплюнула женщина.

— Не знаю, о чем ты. Но разговаривать с тобой я не намерен, — отмахнулся капитан Альто.

Переводчица закатила глаза, а потом вытянула из кармана похожий на браслет прибор.

— Узнаешь, что это, дружочек?

Брианец вгляделся и узнал в вещице, которую женщина сжимала в пальцах, искореженный служебный коммуникатор, который выдавали каждому члену экспедиции. Цвет прибора оказался зеленым, что указывало на то, что коммуникатор принадлежал кому-то из подчиненных дока Лукиса.

“Ну и зачем она мне это показывает? Это точно не коммуникатор сигойны. Тот был на руке девки, когда пираты ее забирали.”

— Это принадлежало Энрике Болер. Второй женщине, которую моргианцы забрали с собой вместе с Лайлой, — пояснил медик.

“Вот дрянь. То есть девок было две... Да и ладно. Какая теперь разница?”

— Видимо, соскользнул с ее руки и завалился за технические боксы в разграбленном хранилище, — продолжил док Лукис. — Восстановить прибор, к сожалению, невозможно, однако кое-что в его облаке данных осталось. До нападения моргианцев и включения сигнала тревоги госпожа Болер навещала в каюте больного и забыла отключить ведение голосовой записи своего общения с пациентом, которую всегда обязана вести в подобных случаях.

Данарец коснулся своего коммуникатора, и из динамика раздалось характерное шипение представителей системы моргиан.

— ”Этот сын твервы думал, что отдаст самку и будет жить. Глупый чужак - мертвый чужак,” — перевела рыжая, повышая голос. — Знаешь, что такое тверва, сволочь? Это такой вонючий моргианский грызун, который заводится на их гребаных кораблях. Ты и есть самая настоящая крыса, Эйор! Ты продал им Лайлу. Отдал, чтобы они тебя не тронули! Да какой ты после этого офицер Содружества, ты космический мусор!