Отто фон Штиглиц - Андрей Готлибович Шопперт

Так стучать мог только Энгельгардт. Тем не менее, Брехт к двери подошёл с пистолетом в руке.

– Кто там? – спросил на русском.

– Открывайте, быстрее, нет времени, на расшаркивания, – прорычали на том же языке.

Иван Яковлевич отодвинул засов и впустил криминальдиректора растрёпанного.

– Срочно собирайтесь, нужно прямо сейчас уезжать!!! Вот сию же минуту! Сейчас – час ночи, в восемь утра Германия без объявления войны нападёт на Францию. Думаю, уже через пару часов Франция, Англия и Польша объявят нам войну. Вам нужно успеть пересечь к этому времени Герман-Польскую границу. И сразу избавьтесь от этих документов, живите дальше по своим Испанским.

– А виза? – Брехт прикинул, как спалится при первой же проверке документов в Польше. «О, да вы испанец! А як вы, пан, границу пересекли. Виза где?»

– Визу в ваши испанские документы мой человек проставил. Она понятно, поддельная, но проверку обычным полицейским пройдёт. Нужно вам только не попадаться в руки тех, кто регулярно работает с такими документами, пограничникам, таможенникам. Да, собирайтесь же, чего встали! Едете до Франкфурт-на-Одере, а оттуда на Познань, граница километрах в двухстах. А у вас семь часов. Во Франкфурт-на-Одере заправьте полный бак и если есть, то канистры. Я вам одну десятилитровую дам. Больше нет. В Польше вам лучше подальше от границы оказаться как можно быстрее. Вы ведь не владеете языком?

Брехт прыгал на одной ноге, пытаясь попасть в брючину. Надоело, наконец, сел на табурет и за полу приземлил Энгельгардта на соседний.

– Карл, мы собраны. Можем прямо сейчас отправляться. Сидели вас ждали. Вот с Франкфуртом. У меня, конечно, есть карта …

– Стоп. Понятно. С вами поедет мой помощник. Сядет за руль и домчит вас до Франкфурта. Назад на поезде вернётся. Он не в курсе, кто вы и чего здесь делаете. Я ему скажу ту же легенду, что и в ваших документах. Вы владелец завода в Мюнхене. Спешите и боитесь заблудиться. С ним старайтесь не разговаривать. Притворитесь, что уснули, тем более это касается ваших мальчишек. И вот ещё что, я дам вам ещё два «Вальтера», я так понимаю, что ваши молодые люди обучены стрелять.

– Обучены. Чему-чему, а этому обучены. По разговорам с водителем ясно. Я так им и скажу, и сам спящим претворюсь. Только пусть он машину заправит, а то мне там разговаривать придётся, с моим немецким меня запомнят, – Брехт, надел штаны и стал пальто коричневое свое волшебное, счастливое надевать.

– Хорошо. Всё, Иван Яковлевич, прощайте, при Вилли обниматься не будем. Надеюсь, благополучно доберётесь, и затеянная вами авантюра принесёт России и Германии пользу. Выходите. Жду вас на дворе возле машины. Да, чуть не забыл. Вот вечерние берлинские газеты. Карл обнял Брехта, похлопал по спине и, вынув из кармана пальто, сунул ему в руки несколько сложенных в несколько раз газет.

Пацаны с сумками стояли уже у дверей. Вытолкал их Иван Яковлевич на двор и, вздохнув, как никак новая страница жизни начинается, тоже вышел на улицу. Энгельгардт разговаривал с вышедшим из их танка, по ошибке обозванного «Опелем», невысоким молодым человеком в полицейской форме. Это плюс. Если за рулём сидит полицейский, то по крайне мере до Франкфурт-на-Одере у них точно проблем не будет. Своих не остановят.

Всё, пожали руки и полковник сел на переднее сидение «Мерседеса».

– Хорошая у вас машина, новая почти и мотор отлично отрегулирован, с ветерком помчим, дороги ночью пустые, гони с любой скоростью, – не зря Карл предупреждал, полицейский Вилли оказался словоохотливым. Да и молодость.

– Угу, – буркнул Иван Яковлевич, – можно я посплю? Устал.

– Конечно, конечно, господин …

– Отто фон Штиглиц.

– Спите, господин Отто, не буду вам мешать, – парень отпустил сцепление и автомобиль плавно понёс их к польской границе.

Глава 26

Событие семьдесят первое

Муж и жена толкают автомобиль к автосервису. Муж говорит:

– И все-таки тот тип, который продал нам эту колымагу, в одном точно был прав…

– В чем именно?

– Эта машина на самом деле почти не расходует бензин.

Они не успели. Чуть-чуть. Саму малость. И ведь замечательно всё начиналось. Выехали из Берлина и почти под сотню километров в час мчались к Франкфурту-на-Одере. Брехт и, правда, заснул, как только из города выбрались. Укачало. Дорога не плохая, без ям и кочек всяких, но по горизонтали не выровнена, то верх, то вниз. Так и укачало. Проснулся Иван Яковлевич от остановки. Даже двигатель перестал рычать.

Вилли выбирался из машины. Брехт пошевелился. Полицейский заметил и приветливо улыбнулся.

– Просыпайтесь, герр Отто. Всё, дальше сами. Это заправка на выезде из Франкфурта. Сейчас я вашу замечательную машину заправлю и канистру наберу. А вы вот по этой дороге потом и езжайте, – парень махнул рукой в ту сторону, где над горизонтом уже показался краешек Солнца. Весь восток при этом окрасился в красно-оранжевые тона, – Хороший день будет. Тепло, на небе ни облачка.

– Ну, да. Над всей Германией безоблачное небо, – пробурчал полковник, пытаясь найти ремень безопасности.

– Что говорите, господин Штиглиц? – развёл руками полицейский, показывая, что не услышал.

– Говорю, да, небо безоблачное. Весна настоящая пришла. – Брехт тряхнул головой, остатки сна из головы выпроваживая. Какой ремень, какой такой безопасности?! Нет ещё этого в машинах, не дошёл прогресс. Пора просыпаться.

Иван Яковлевич растолкал спящих на заднем сидении бойцов интербригады.

– Орлы, подъём. Чтобы потом по кустам не бегать, сходите в туалет и умойтесь заодно. Потом по бутерброду схомячим и в путь, нам ещё с час до границы добираться.

Шлангов с колонками на этой заправке не было, да и были ли вообще, где в Германии. Брехт и не думал как-то об этом. Дошёл ли прогресс до заправок со