День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Капитаны обеих субмарин могли расслабиться, зная, что их охраняет весь Северный флот России, пусть и растерявший большую часть своей боевой мощи. Но чувство безопасности было обманчивым, и, словно читая мысли на расстоянии, несколько десятков русских подводников, все больше удалявшихся от родного берега, не могли избавиться от чувства тревоги. А далеко на юге осторожно кралась вдоль побережья Кольского полуострова, все дальше углубляясь в воды Баренцева моря, ударная АПЛ SSN-763 «Санта Фе» военно-морских сил США.

Кэптен Дуглас Смит, как и еще сто сорок американских моряков, находившихся на борту, чувствовал азарт охотника, подкрадывающегося к логову ничего не подозревающей жертвы, и эти эманации, преодолевая сотни миль, настигали русские подлодки, лишая их командиров покоя. Внезапный приказ заставил капитана «Санта Фе» прервать учения, в которых ему отводилась роль бдительного стража, охраняющего от угрозы из глубины авианосную ударную группу во главе с новейшим атомным авианосцем «Джордж Буш». Изменив курс, субмарина, принадлежащая к самому многочисленному в мире типу многоцелевых атомных подлодок «Лос-Анджелес», решительно направилась на восток, покидая относительно спокойные и безопасные воды Норвежского моря, давно знакомого американским морякам, как собственные пять пальцев.

Их путь лежал к берегам России, где следовало обнаружить новейший русский подводный ракетоносец и установить за ним слежение, ожидая дальнейших приказов. Год назад эта миссия казалась бы почти самоубийственной. Теперь же, когда от русского флота осталось только одно лишь название, никто не испытывал страха, вторгаясь в чужие владения. И все же кэптен Смит проявлял разумную осторожность.

Субмарина, отгородившись от внешнего мира стометровой толщей воды, шла курсом зюйд-ост десятиузловым ходом, обеспечивавшим разумный компромисс между скрытностью и подвижностью. Режим боевой готовности, введенный с той секунды, когда «Санта Фе» вошла в Баренцево море, не был отменен. Напротив, чем меньше оставалось расстояние до основных русских военно-морских баз, те больше американских моряков охватывало напряжение. В сдвинутых к средней части корпуса 533-миллиметровых трубах четырех торпедных аппаратов мирно дремали тяжелые торпеды «Марк-48». В ячейках вертикальной пусковой установки, расположенной в носу, перед ограждением рубки, замерли крылатые ракеты BGM-109 «Томагавк», пока не имевшие конкретной цели, а гидроакустический комплекс BQQ-5D непрерывно просеивал проникавшие на глубину шумы, один из которых привлек внимание обслуживавшего сонар энсина.

— Цель на ноль-пять-пять, сэр, — доложил подводник разом подобравшемуся, как делающая стойку гончая, кэптену Смиту. — Субмарина!

— Дьявол, неужели мы их нашли? — Командир «Санта Фе» задумчиво потер гладко выбритый подбородок, обернувшись, словно в поисках поддержки, к старпому. — Снизить ход до пяти узлов! Выпустить буксируемую антенну гидролокатора! Всем соблюдать тишину!

Субмарина типа «Лос-Анджелес» сбавила ход, растворяясь в естественных шумах океана. Почти полторы сотни людей, находившихся внутри ее высокопрочного корпуса, затаили дыхание, а акустик продолжал докладывать о положении неизвестной подлодки, наконец, сообщив Дугласу Смиту:

— Цель идентифицирована, кэптен, сэр! Это неатомная русская субмарина класса «Кило»!

— Русские выставили сторожей, черт побери!

Дизель-электрическая подлодка Северного флота Б-402 «Вологда» проекта 877 медленно кружила на небольшой глубине, выставив над волнами трубу устройства РДП и сохраняя драгоценный заряд аккумуляторных батарей — в отличие от подводных атомоходов, хищников морских глубин, на ее борту не было «вечного» источника энергии. Одна из пяти однотипных субмарин, выстроившихся редкой цепью от Кольского полуострова к полюсу, она находилась ближе всех к берегу, на самом фланге «завесы».

Бортовой гидролокатор «Вологды» работал в пассивном режиме, что вкупе с малошумными механизмами делало субмарину практически невидимой, и акустик «Санта Фе» мог с полным правом гордиться собой. Еще немного, и русская «варшавянка», находящаяся в дальнем дозоре, прошла бы стороной, но в какой-то момент ее гидрофонов коснулся шум плавно вращавшихся винтов затаившегося возле самого дна «Лос-Анджелеса».

— Тревога! Убрать РДП, — немедленно среагировал русский капитан. — Погружение! Торпедные аппараты к бою!

Приняв несколько сот тонн балласта, «Вологда», втянувшая трубу «шноркеля» в ограждение рубки, нырнула на глубину, выполняя разворот и заходя на цель подобно самолету-истребителю. В режиме шумопеленгования ГАС не могла определить дистанцию до чужой субмарины, и русские моряки оцепенели, ожидая внезапного столкновения, что случалось не единожды в истории подводного флота, когда соперники слишком увлекались игрой в прятки.

— Кэптен, сэр, русские сокращают дистанцию, — встревожено сообщил акустик командиру «Санта Фе». — Они занимают позицию для торпедной атаки!

Шесть торпедных аппаратов российской субмарины были готовы выплюнуть навстречу американской подводной лодке смертоносные «гостинцы» — противолодочные торпеды СЭТ-65. И все же командир «Вологды» медлил, ожидая подтверждения от своего акустика, что перед ними — противник. А акустик в полном замешательстве пытался опознать цель, шумность которой находилась на пределе восприятия бортового акустического комплекса «Рубикон».

— Мощность реактора на максимум, — приказал кэптен Смит, в распоряжении которого оставались считанные десятки секунд, прежде чем противник даст залп, и поход «Санта Фе» закончится здесь, в считанные десятках миль от русских берегов. — Самый полный ход! Выпустить ложные цели!

Рев, похожий на рокот водопада, оглушил акустика «Вологды», разносясь на много миль вокруг. Американская подлодка стремительно разгонялась, за несколько минут набрав максимальные тридцать два узла. Она перестала таиться, шумя на все Баренцево море и разрывая дистанцию между собой и «варшавянкой», оказавшись уже через несколько минут вне досягаемости русских торпед. А рассыпаемые во все стороны самоходные имитаторы, издавая шумы, в точности соответствовавшие «акустическому портрету» самой «Санта Фе», сбивали с толку сонар «Вологды».

— Это «Лось», — воскликнул акустик русской субмарины, для которого все сомнения развеялись в один миг. — Виноват, товарищ капитан, это американская многоцелевая АПЛ типа «Лос-Анджелес»!

— Все-таки явились, шакалы, — оскалился командир «Вологды».

— Контакт разделился! Противник использует ложные цели! Фиксирую четыре источника шума!