День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Услышав мерный гул над головой, Владимир Шаров взглянул вверх, увидев летящий на север самолет, серебристый крестик на фоне голубого неба. Взглянув на старпома, тоже уставившегося в небо, командир «Борея» произнес:

— Сегодня весь флот работает только на то, чтобы нам ничто не помешало выйти в море. Мы их подвести не имеем права! Слишком многое зависит от этого похода, вплоть до будущего России!

Идущий пока в надводном положении ракетоносец направился к выходу из Кольского залива, а там его уже ждал транспорт вооружения «Амга». Почти беззащитный ракетовоз и грозный атомоход поравнялись, став борт о борт, и Шаров отдал новый приказ:

— Открыть ракетную шахту номер один!

Плавно поднялась вверх крышка, массивная стальная плита, призванная выдерживать колоссальное давление забортной воды на глубинах в несколько сотен метров, обнажая обтекатель баллистической ракеты. Плавно повернулась длинная стрела башенного крана, возвышавшегося на баке транспорта, нависая над корпусом субмарины. Стальные тросы опутали тело ракеты, и ажурная стрела поднялась, осторожно вытягивая многотонную баллистическую ракету Р-30 из шахты, перенося ее на борт ракетовоза и заботливо укладывая в трюм, чтобы погрузить на борт субмарины в опустевшую шахту точно такую же «Булаву». Только эта ракета вместо смертоносных термоядерных боеголовок, способных стереть с лица земли целый город, несла бетонные болванки, в точности соответствовавшие по массе и габаритам настоящим боевым частям.

— Товарищ капитан, погрузка закончена, — сообщил Шарову старший помощник, когда крышка ракетной шахты вновь опустилась, и «Амга», разгоняясь, отвернула в сторону, ложась на обратный курс.

— Все вниз! Покинуть мостик! Приготовиться к погружению!

В центральном посту, защищенном прочными переборками, царила тишина. Подводники находились на своих местах, готовые к немедленному действию. Их было непривычно мало — субмарина нового поколения отличалась высоким уровнем автоматизации, из-за чего сократилась численность команды, и, кстати, улучшились бытовые условия моряков, и без того являвшиеся на отечественных стратегических подводных ракетоносцах более чем комфортными, с поправкой, конечно, на пребывание глубоко под водой в изоляции от окружающего мира.

— Погружение до пятидесяти метров, — скомандовал Шаров. — Задраить все люки. Штурман, рассчитать курс к острову Медвежий.

Забортная вода хлынула в балластные цистерны, и «Александр Невский», мгновенно потяжелев на тысячу тонн, величаво ушел под воду, продолжая двигаться малым ходом на север, медленно, будто с опаской, удаляясь от родных берегов. Пластины рулей шевельнулись, придавая менявшему курс атомоходу сходство с живым существом.

— Зарядить торпедные аппараты!

Новый приказ Шарова не вызвал удивления. И в лучшие времена Баренцево море было настоящим проходным двором. Американские подлодки постоянно вторгались в российские территориальные воды, ведя разведку, но прежде чужаков связывали хоть какие-то рамки приличий, а теперь при встрече с ними вероятность получить в борт торпеду составляла чуть меньше единицы.

Массивные «сигары» противолодочных торпед скользнули в трубы торпедных аппаратов, а акустик «Александра Невского» замер в напряжении перед дисплеем ГАС «Иртыш-Амфора». Разбросанные по всему корпусу антенны воспринимали любые шумы, приходившие извне, и задачей подводника, к услугам которого была самая совершенная электроника, было вовремя выделить из «голоса океана» те звуки, которые могли обозначать опасность.

— Акустический контакт, — доложил акустик, в голосе которого послышалось напряжение. — Пеленг триста десять!

— Опознать цель!

Шум винтов неизвестной подлодки заставил сердца моряков учащенно биться, и только Владимир Шаров оставался абсолютно спокойным, во всяком случае, с виду.

— Это наш, — облегченно выдохнув, сообщил акустик, когда бортовой компьютер сравнил шумы приближавшейся субмарины с хранившимися в памяти «эталонами». — «Девятьсот сорок пятая»!

— Запроси их по ЗПС! Передай приказ стать нам в корму, удерживать дистанцию не менее десяти кабельтовых!

Серия ультразвуковых импульсов пронзила толщу морской воды, достигнув многоцелевой атомной подлодки К-534 «Нижний Новгород» типа «Кондор», и та послушно выполнила маневр, пристраиваясь позади «Александра Невского». Узнав о появлении эскорта, моряки на борту ракетоносца ощутили явное облегчение. «Нижний Новгород», принадлежавший к субмаринам проекта 945А, был одной из самых совершенных подводных лодок русского флота. В наследство от знаменитой «Альфы», подлодки проекта 705, и тоже знаменитого, хотя и печально, «Комсомольца» ему достался титановый корпус, обеспечивавший значительное преимущество по глубине погружения. Атомный реактор обеспечивал скорость подводного хода свыше тридцати двух узлов, а шесть торпедных аппаратов калибра 533 миллиметра позволяли применять весь спектр тяжелых торпед, состоявших на вооружении отечественного флота, противолодочные ракеты и стратегические «Гранаты» с ядерной боеголовкой. При этом субмарина водоизмещением восемь с половиной тысяч тонн являлась одной из наименее шумных, не уступая по этому параметру большинству иностранных аналогов и явно превосходя самые распространенные из них — американские АПЛ «Лос-Анджелес».

«Нижний Новгород» был одной из лучших атомных субмарин, и одной из немногих, находившихся в боевой готовности. Большая часть русских многоцелевых атомоходов, выведенных из строя американцами, до сих пор стояла у достроечной стенки судостроительных заводов с заглушенными реакторами и демонтированным оборудованием, а еще часть лежала на морском дне грудами безжизненного металла, не добившись успеха в неравном бою с американской армадой, сокрушившей российский флот за считанные часы. И вот теперь флот возрождался, символизируя возрождение всей страны, и вышедшие в поход «Александр Невский» и «Нижний Новгород» говорили об этом красноречивее любых лозунгов с высоких трибун.

Обмениваясь короткими «фразами» посредством системы звукоподводной связи, две субмарины, держась на небольшой глубине, направлялись на северо-восток, к безлюдным берегам архипелага Новая Земля. Они были похожи на отважного рыцаря и его верного оруженосца. «Александр Невский» был способен нанести удар чудовищной силы, сметая с лица земли города и целые страны, пробивая своими ракетами любую защиту, словно мчащийся галопом латник на могучем боевом скакуне. А «Нижний Новгород», державшийся поблизости, был всегда готов прикрыть спину своему могучему, но неповоротливому напарнику, выигрывая в подводной дуэли драгоценные минуты для того, чтобы разрушительное оружие стратегического ракетоносца могло быть применено, обесценивая все усилия врага.