Стинг. Тайны жизни Гордона Самнера - Уинсли Кларксон

Сам вождь ополчился на журналистов, когда он посетил собрание Фонда тропических лесов сразу же после появления ряда негативных публикаций в бразильской прессе: «Почему вы, журналисты, говорите неправду? Кто из вас против фонда? Давайте, скажите мне! Если еще кто-то из журналистов скажет о нас неправду, я буду преследовать вас с моей военной дубинкой!»

Стинг не мог не улыбнуться последнему замечанию, поскольку оно прекрасно подводило итог его чувствам относительно некоторых подлостей прессы.

Его Фонд тропических лесов был первой заграничной кампанией по спасению части этого региона, и он намеревался продвигать этот план, взял Раони с собой в гастроли по всему миру, чтобы добиться мирового осознания сложившейся ситуации. Оппоненты говорили, что большая часть схемы была сформулирована без привлечения других индейских племен этого региона.

Отец Хулио Гейде, глава местной миссионерской организации, которая поддерживала борьбу индейцев против строительства дамбы (ведь она затопит шестьдесят пять тысяч квадратных миль леса!) сказал, что план Стинга «полон добрых намерений». Но он столкнется с проблемой покупки земли для индейцев, которую индейцы уже давно считают своей. Если бы Стинг был более терпелив и послушал больше индейцев, то он бы смог скорее найти разумное решение».

Тем временем Труди продолжала настойчиво поддерживать своего возлюбленного: «Мы знали, что мы должны что-то сделать, чтобы осветить их положение, прежде чем станет слишком поздно, К сожалению, чтобы завершить наш план ушел почти год. И теперь нам надо продвигаться быстрее, если мы собираемся сохранить эту землю для грядущих поколений индейцев».

Отношение Стинга к проблеме бразильских тропических лесов было уже хорошо известно по всему миру, и его пригласили исполнять оперу, написанную учителем средней школы, в рамках кампании в защиту лесов. Стинг с удовольствием пел вместе с учащимися одиннадцати — пятнадцати лет в школе Святого Августина в Биллингтоне в Ланкшире. Он был настолько потрясен, что пообещал помочь школе собрать пятьдесят тысяч фунтов, чтобы оплатить поездку в Бразилию.

В начале 1989 года Стинг появился в Бразилии еще раз и попросил своего старого друга из рекламного офиса «Polygram», Гильду Матосо, помочь ему организовать кампанию в прессе — так, чтобы он смог широко осветить свои планы по спасению тропического леса. Гильда была удивлена, когда Стинг лично позвонил ей: «Гильда, я здесь, и я решил создать большой фонд для индейцев, чтобы собирать для них средства. Я собираюсь дать большое интервью в журнале, потому что я хочу, чтобы и президент был к этому причастен».

Гильда начала работать и организовала интервью с самым крупным бразильским журналом «Вега». И спустя несколько часов она была уволена с работы в «Polygram».

В этот вечер она должна была встретиться со Стингом, чтобы просмотреть интервью, которое она организовала с «Вега». Он моментально заметил, что она была бледна и растеряна.

— Что случилось, Гильда? — спросил Стинг.

— Меня сегодня уволили. Я больше не работаю в «Polygram».

— Что ты собираешься делать? — спросил Стинг, стараясь сделать все возможное, чтобы утешить ее.

— Я не знаю, — сказала Гильда, прежде чем разразилась слезами.

Стинг обнял Гильду и попытался успокоить ее.

— Не переживай. Ты можешь возглавить прессу в кампании за тропические леса.

Гильда была тронута, и так начался этот этап необычных отношений, который длился шесть месяцев.

«Стоит рассказать о том, какой парень Стинг. Он помнит своих друзей», — рассказывает сегодня Гильда. Спустя недели она обнаружила, что беременна, так что работа приобрела особенное значение.

В первой половине 1989 года Стинг смело гастролировал по миру вместе с вождем Раони. Фонд тропических лесов смог собрать один миллион долларов на защиту ста пятидесяти тысяч квадратных миль бразильского леса.

В апреле 1989 года Стинг появился в Британии вместе с вождем Раони и начал свою кампанию по спасению леса с представления ошеломленного индейца британской прессе на специально организованной встрече в его доме в Северном Лондоне.

Раони остановился в доме Стинга в то время со своим кузеном Пайаканом. Также в то время в доме был американский индеец Красная Ворона, который тоже принимал участие в кампании и ранее посещал Раони в джунглях.

Старый друг Стинга Дебора Коен все еще работала на «MTV» в Лондоне и снимала квартиру Труди, которая находилась недалеко от их дома, прямо за углом. Стинг попросил ее сделать ему одолжение и приютить очень необычного человека.

Она рассказывает: «Собственно, этот парень был шпионом, работающим на бразильское правительство, который был специально направлен в эту поездку, чтобы сообщать о планируемых действиях и намерениях каждого. Труди попросила меня поселить его у себя, чтобы они, по крайней мере, хоть на некотором удалении держали от него основную группу участников».

Стинг и Жан-Пьер Дютелье разрешили «шпиону» участвовать в этой поездке, потому что они знали, что бразильское правительство никогда не позволит Раони получить паспорт, если они откажутся. «Его представили как студента, занимающегося экологическими вопросами. Но мы все действительно знали, что он шпион, — объясняет Дебора Коен. — Мне приходилось приглядывать за ним, когда он шпионил за Стингом и Раони», — добавляет Дебора, имевшая весьма необычный взгляд на то, почему Стинг ввязался в кампанию по защите тропических лесов («Раони нуждался в прекрасном голубоглазом гринго, чтобы выйти и сказать всему миру о том, что происходит в джунглях»).

Стинг и бразильский друг Труди, Карлос Пайва, помогли организовать мировое турне, и последний подтвердил существование шпиона бразильского правительства.

Однажды Пайва даже выкрал некоторые записи, составленные шпионом, сделал с них фотокопии, а затем перевел их Стингу и Труди, которые были страшно заинтригованы тем, что же шпион сообщает в Бразилию своим хозяевам.

«В сообщениях говорилось, что он подозревает, что Стинг курит марихуану и что он является секретным агентом, возможно, работающим на ЦРУ», — объясняет Карлос Пайва. Да, многие фермеры и дровосеки, с которыми Стинг встречался в джунглях, думали тоже самое.

Шпион во время мирового турне даже зарегистрировал ряд счетов, куда должны были поступать пожертвования для фонда. Потому что он хотел попытаться замарать кампанию предположением, что Стинг присваивает деньги.

В одном сообщении шпион утверждал, что Труди «плохая женщина, которая использует ситуацию себе во благо».

Как-то раз Стинг был настолько разгневан присутствием шпиона, что он попросил Карлоса Пайва связаться с бразильским посольством в Лондоне, чтобы настоять на том, чтобы они прислали более профессионального нюхача. «Стинг был оскорблен тем, что они прислали нам такого любителя. Он считал, что, по крайней мере, они могли бы направить с нами кого-то более достойного», — объясняет Карлос.