Люблю только тебя - Наталья Калинина

Он беспрепятственно прошел на кухню и, не рискнув заводиться с кофе, обследовал холодильник со всевозможными напитками. Взяв с полки банку с оранджадом, он открыл другой холодильник, где, как ему было известно, хранились мясные продукты. И тут услышал шаги экономки. Прятаться было бесполезно – вся мебель в кухне стояла по стенам. Он опустился на стул с высокой спинкой, закрыл глаза, расслабил мышцы, одновременно напрягая волю.

– Ну и память у меня стала, – ворчала женщина, засовывая банку назад в холодильник. – Хуже дырявой кошелки. – Она подошла к холодильнику с мясными продуктами и, открыв его, пошарила глазами по полкам. – Ну да, свинину я отдала Гарри – она бы все равно пропала. Помнится, я дала ему банку пива и… Ну конечно же, я дала ему копченый бекон. Гарри стал так много есть…

Женщина закрыла холодильник и, потоптавшись с полминуты возле стола, за которым сидел Паоло, вышла.

Он понял: Гарри – это садовник. Он сам не знал, как он это понял. Он твердил, представив себя Гарри: «Я съел жареную свинину и копченый бекон. Я съел жареную свинину и…»

Поев, Паоло вернулся к себе в комнату и лег на кровать. Смеркалось. Хотелось спать. Он знал, сегодня сюда больше никто не зайдет.

Он заснул сном младенца.

Паоло прожил таким образом одиннадцать дней, значительно усовершенствовав свою систему воздействия на окружающих. Теперь он мог заставить экономку, миссис Уинстон, послать Люси, горничную, за клубничным мороженым – Паоло обожал клубничное мороженое. Миссис Уинстон вдруг тоже полюбила клубничное мороженое и теперь поглощала его в невероятных количествах. Нэду, сторожу, он внушил, что собак не надо выпускать на ночь из загона – они гадили на дорожки, и приходивший через день белый уборщик обзывал Нэда «черножопым пугалом» и «помойной крысой», а один раз даже замахнулся на него своей пластмассовой метлой. Дело в том, что последнее время Паоло спал днем, ночами же ему нравилось гулять и купаться в бассейне. Он не собирался тратить свою энергию на собак. Да и с животными, казалось Паоло, этот трюк мог не сработать.

Ему понравилась такая жизнь, и он уже перестал ждать хозяев дома, зная заведомо, что с их появлением в распорядке его времяпрепровождения неминуемо произойдут изменения. Он лежал в шезлонге на балконе, укутавшись в плед, когда раздался телефонный звонок.

– Да, да, мисс Тэлбот, все у нас в порядке… Спасибо… Сегодня вечером? Номер рейса… да, я записала. Пришлю Фрэнка… Вам приготовить желтую спальню?.. Разумеется, мисс Тэлбот… Я очень рада, мисс Тэлбот… До скорого свидания.

Паоло напрягся. Но когда понял, что приедет не мать, а его американская тетка, расслабился.

Что ж, посмотрим, думал он. Переселяться я не буду – там очень удобная кровать и шикарный вид из окна. Тетушка Сьюзен, интересно, как мы с тобой уживемся? Пожалуй, прежде чем себя обнаруживать, стоит к тебе присмотреться.

Он встречал ее вместе с прислугой, стоя чуть поодаль от них. Она скользнула по нему (или сквозь?) равнодушным взглядом широко поставленных зеленых глаз. Она была похожа на маму, какой он помнил ее в своем детстве. Но это была чужая женщина. Паоло определил это с первого взгляда.

Она обернулась, поднимаясь по лестнице в дом. Их глаза встретились на какую-то долю секунды. Он понял, что сейчас она смотрела на него, и усмехнулся.

Игра обещала быть интересной.

Луиза Маклерой блефовала – никаких документов, свидетельствующих о связи Джека Конуэя-младшего с мафией, у нее не было, однако эти угрозы роковым образом подействовали на Конуэя-старшего. Старик занемог и окончательно отошел от дел, укрывшись на своем ранчо. Состояние его здоровья, однако, не внушало особого опасения врачам, о чем они и сообщили Бернарду. Впрочем, последнее время Джек Конуэй врачей к себе не подпускал.

На ранчо были великолепные породистые скакуны. Старик проводил дни напролет в обществе конюхов и жокеев.

Известие о его смерти настигло Бернарда в Токио – Сью и он обедали в ресторане с президентом японской компании и его супругой. Это был деловой обед, который японцы устроили в честь американского компаньона. Бернард был доволен ходом переговоров и очень оживлен.

После короткого телефонного разговора он изменился в лице. Положив трубку, сказал, обращаясь почему-то не к Сью, а к улыбающимся японцам:

– Умер мой отец. – И, помолчав, добавил: – Я остался совсем один.

В самолете Бернард напился до чертиков. Сперва он рыдал на груди у Сью, потом вдруг, глянув на нее совершенно трезвыми глазами, произнес удивленным и растерянным голосом:

– Ты не она. Скажи, почему ты не она?..

Похороны были торжественными. Сью ни на минуту не отходила от Бернарда, но он не замечал ее. Когда же длинный трудный день кончился и смертельно уставшая Сью приняла душ и улеглась в постель, на пороге спальни появился Бернард с бутылкой виски.

– Будем пить. Ну-ка, Юнис, вылезай из-под одеяла, – велел он.

Сью попыталась отговорить Бернарда от этой затеи, но он подошел к кровати, бесцеремонно откинул одеяло и, больно схватив ее за руку, заставил встать.

– Изволите сопротивляться, мисс Seducer?[54] Ну же, не стройте из себя недотрогу. Вы созданы для того, чтоб ублажать мужчин.

Сью едва удержалась, чтоб не влепить ему пощечину. Она забралась с ногами в кресло и сделала глоток из стакана с неразбавленным виски, который сунул ей Бернард.

– Нет, Юнис, пей до дна. Помнишь, четыре года назад мы с тобой сидели в этой комнате, и ты делала все, что я хотел? Ты сама заставляла меня делать с тобой все, что я хотел. Ты была маленькой похотливой сучкой, прикинувшейся невинной девушкой. И я не смог устоять. Ни один мужчина не смог бы устоять против тех приемчиков, которые тебе известны, мисс Streetwalker.[55]

Сью выплеснула ему в лицо содержимое своего стакана. Он расхохотался.

– Заело, да? Бывшая шлюха в роли подружки бывшего плейбоя. Черт, как тебе удалось окрутить меня?

– Берни, ты пьян. Прошу тебя…

– Ты меня просишь? Интересно, о чем может просить крошка Юнис, внештатный сотрудник журнала для женщин, Бернарда Конуэя, будущего конгрессмена? О том, чтобы он расстегнул ширинку своих брюк?

– Ты пожалеешь об этих словах, – процедила сквозь зубы Сью. – Очень скоро пожалеешь.

– Изволите угрожать? Любопытно, что может сделать мисс Streetwalker мистеру Losteverything?[56] Наставить рога с Биллом, нашим конюхом? Хотя нет – он для тебя, пожалуй, слишком хорош. Все-таки он белый, а ты предпочитаешь…

Сью молнией вскочила с кресла и изо всей силы ударила Бернарда кулаком по лицу. Из его носа закапала кровь, расплываясь на белоснежной сорочке.