Амазония - Джеймс Роллинс

Ваксман ткнул в сторону Олина.

– Собирайтесь. Будете доделывать, когда переберемся на ту сторону.

Пастернак, смирившись, кивнул и отправил крошечную отвертку в набор инструментов. Обсудив предстоящее, все разошлись паковать собственное снаряжение. Впереди их ждал длинный день переправы.

– Ну хоть топать не придется, – обронил Манни, походя похлопав Ната по плечу.

Бразилец как раз шел будить Тор-Тора. Ягуар развалился под пальмой, безразличный к окружающему миру после вчерашней погони.

Нат размял шею и приблизился к профессору Коуве. Индеец стоял на краю болота и курил трубку. В его глазах отражалась та же подавленность, что и у Келли. Когда Нат и капрал Воржек встретили беглецов на тропе, профессор был сам не свой – тихий и мрачный, даже больше, чем того требовал траур по Йоргенсену. Натан молча встал рядом со старым другом, как и Коуве глядя на озеро.

Через некоторое время профессор вполголоса заговорил, не глядя на Ната.

– Они наслали саранчу… Бан-али. – Шаман покачал головой. – Вырезали целую общину яномамо со своими «пираньями». Никогда не видел ничего подобного. Похоже, эти «ягуары крови» в самом деле могут повелевать джунглями. Если легенда правдива, что нас ждет?

Он снова тряхнул головой.

– Что вас беспокоит?

– Я двадцать лет исследовал индейскую культуру. Я вырос здесь, в этих джунглях. – Его голос стих, исполненный горечи. – Я должен был предвидеть… Тот солдат, как он кричал…

Нат глянул на Коуве и положил руку ему на плечо.

– Профессор, вы всех спасли своим порошком.

– Нет, не всех. – Коуве вытащил трубку и пустил струю дыма. – Я должен был сообразить, что символ следовало зажечь до того, как мы вышли из лагеря. Подумай я тогда хорошенько, тот капрал был бы сейчас жив.

Нат порывисто заговорил, пытаясь оградить профессора от самобичевания и угрызений совести.

– Вы слишком строги к себе. При встрече с бан-али и их биологическим оружием не помогут ни знания, ни опыт, ведь о них никто никогда не слышал.

Коуве наклонил голову, но Нат чувствовал, что едва ли сумел его разубедить.

Стоящий на берегу Ваксман скликал всех к воде:

– Начинаем погрузку! По пятеро на плот!

Капитан распределял рейнджеров и гражданских по плотам.

Нат оказался в компании Коуве и Манни с Тор-Тором. В сопровождающие им отрядили капрала Окамото и рядовую Карреру. Прежде чем погрузиться на бревенчато-бамбуковые посудины, пришлось пробираться по мелководью. Нат, который первым взобрался на плот, сразу же оценил его прочность. Потом, перегнувшись через край, он помог Манни усадить на покачивающийся настил ягуара. Мокрый Тор-Тор был явно не в духе. Пока он отряхивался, на плоты поднялись остальные.

На соседнем стояли Фрэнк с Келли и капитаном Ваксманом, а с ними – капралы Воржек и Ямир. Дальний плот заняла последняя пятерка пассажиров. Олин с осторожностью поднял над головой рюкзак с приборами для спутниковой связи. Подняться на борт ему помогли Ричард Зейн с Анной Фонг, а замыкали погрузку мужественный Том Грейвз и вечно хмурый сержант Костос.

Как только все разместились, в ход пошли бамбуковые шесты, с помощью которых они оттолкнулись от берега и протащили плоты через отмель. Зато дальше берега болота круто обрывались. Уже в сотне футов от берега шесты перестали доставать до дна, в связи с чем пришлось поменять их на весла. На плот приходилось по четыре весла, что позволяло участникам по одному отдыхать и сменять друг друга. По плану они должны были плыть прямо и без остановок.

Нат правил, стоя по правому борту. Их крохотная флотилия медленно продвигалась к отдаленному берегу. Над озером разносился рев невидимых водопадов, приглушенный, но оттого не менее грозный. Нат пригляделся, козырьком приложив руку ко лбу. Заозерные взгорья по-прежнему терялись в дымке, возвышаясь впереди чересполосицей красных скал, зеленого леса и облаков водяной пыли.

Путь экспедиции пролегал по узкой расселине меж двух громоздящихся плато. Мглистая протока прорезала окаймляющие ее скалы, сбегая вниз с высокогорья. Там-то и дожидалось их последнее послание Кларка.

Вторжение людей заинтересовало всяческих болотных обитателей. Сначала над водой на бреющем полете промчалась белоснежная цапля. С замшелых бревен в воду с громким плеском попрыгали лягушки, а птицы-гоацины (с виду – страшноватая помесь индейки с птеродактилем) принялись верещать и кружиться над гнездами, устроенными в кронах пальм. Единственными, кто оказал путешественникам радушный прием, были москиты, которые, радостно жужжа, слетались к плавучей «столовой».

– Мерзкие кровососы, – ворчал Манни, шлепая себя по загривку. – Хватит с меня всяких шестиногих налетчиков!

В довершение всех бед Окамото вновь принялся свистеть – фальшиво, как и обычно, с полным отсутствием ритма.

Нат вздохнул. Путешествие обещало быть долгим.

Через час илистые островки скрылись из виду. Они достигли середины озера, где было достаточно глубоко, чтобы затопить большинство клочков суши и леса. Только одинокие голые кочки кое-где нарушали широкую гладь.

Солнце здесь жгло и палило нещадно.

– Парилка, да и только, – произнесла с левого борта Каррера.

Нат вынужден был согласиться. Воздух, насыщенный влагой, вдыхался с трудом. Команда начала терять скорость, в движениях стала проявляться усталость. То и дело передавались по кругу фляги с водой. Даже Тор-Тор, развалившись на бамбуковом настиле, разинул пасть от духоты.

Единственным, что утешало, было временное избавление от тесных объятий джунглей. Здесь перед ними расстилался открытый горизонт, дарующий пьянящее чувство свободы. Нат часто оглядывался туда, откуда они уплыли, готовясь увидеть на берегу индейца, потрясающего кулаками. Однако никаких знаков присутствия бан-али путники так и не встретили. Охотники таинственного племени по-прежнему где-то скрывались. К счастью, команда оставила преследователей позади, двигаясь с отрывом в несколько дней.

На плечо Нату легла чья-то рука.

– Теперь моя очередь, – сказал Коуве, выбивая в воду трубочный пепел.

– Зачем, я в порядке… – пробормотал Нат.

Коуве протянул руку и взял весло.

– Я пока еще не инвалид.

Натан больше не стал перечить и отошел на корму. Усевшись там, он наблюдал, как их лагерь становится меньше и меньше. Потянувшись за флягой, Нат вдруг ухватил краем глаза какое-то движение по правому борту. Один из островков, черный и каменистый, медленно уходил под воду – тихо, без ряби, без всплеска. Что за черт? За ним следом – другой, что левее. Нат поднялся на ноги. Пока он описывал странное явление остальным, «остров» открыл большой глянцевый глаз и уставился на него.