Амазония - Джеймс Роллинс

Согласно плану, им предстояло прорваться сквозь тучу саранчи с помощью факелов тики с начинкой из порошка-репеллента. Под прикрытием их дымового шлейфа команда собиралась бежать из-под осады.

Вот как рассуждал Коуве при подготовке плана:

– Саранчу привлек сюда запах горящей метки бан-али. Если нам удастся покинуть эту область, мы, может быть, сумеем избавиться от насекомых.

План был рискованный, но выбирать не приходилось – запас порошка у бывшего шамана почти иссяк. Реши они остаться у лагерного очага, его хватило бы только на час или два. А саранча явно не собиралась покидать территорию. Поэтому уходить пришлось путешественникам.

– Пойдем, Тор-Тор.

Манни шагнул вслед за капралом Йоргенсеном. Чуть поодаль и сбоку плотной толпой семенили остальные, высоко подняв факелы.

Уши Манни заполнил монотонный гул роя. Он шел, всей душой желая лишь одного – чтобы расчеты Коуве оказались верны.

Затаив дыхание, горстка людей пробиралась вперед, к западу, туда, где скрылась вторая половина команды. То была их последняя надежда. Манни оглянулся. Приветливое пламя костра потускнело до слабого отсвета, когда рой позади них сомкнулся. По ногами хрустели отбившиеся от стаи «жуки».

Группа беззвучно вошла в лес. Тянулись минуты, но черному облаку саранчи не было ни конца, ни края. Экспедиция до сих пор не выбралась из ловушки. Саранча кишела повсюду – носилась с жужжанием в воздухе, усеивала стволы деревьев, барахталась в подлеске. Один только дым удерживал ее от нападения.

Манни почувствовал какое-то шевеление на штанине. Он посмотрел вниз и свободной рукой сбил существо прочь. «Жуки» наглели на глазах.

– Мы должны были оставить их позади, – пробормотал Коуве.

– Мне кажется, они нас преследуют, – заметила Анна.

Коуве чуть поотстал и прищурился.

– Похоже, вы правы.

– Что прикажете делать? – прошипел Зейн. – Факелов надолго не хватит. А если бегом? Глядишь и…

– Тихо! Дайте подумать! – шикнул на него Коуве. Он пригляделся к стае и забубнил себе под нос: – Почему они летят за нами? Почему не остаются там, куда их послали?

– Может, они вроде тех ядовитых пираний, – подала сзади голос Каррера, стоя с высоко поднятым факелом. – Добравшись сюда, они сели нам на хвост и будут преследовать, а дальше – либо мы, либо они.

Манни вдруг осенило.

– Раз так, почему бы нам не взять пример с бан-али?

– Что вы хотите сказать?

– Предложить мерзавцам кое-что поинтереснее нашей крови. Отвлечь их.

– Что, например?

– Тот же запах, который привел их сюда с самого начала. – Манни взбудораженно тараторил, рисуя огненный символ «ягуаров крови». – Мы с капралом Йоргенсеном погасили огонь, который испускал феромон, или как его – вместе с дымом, но горючее-то до сих пор цело. Оно там, в лесу.

Он вытянул руку.

Йоргенсен махнул головой.

– Манни прав. Если бы нам удалось запалить его снова… Коуве встрепенулся.

– То свежий дым отвлек бы саранчу и тем самым дал нам убежать.

– Вот-вот, – поддакнул Манни.

– Тогда за дело, – заключил Зейн. – Чего же мы ждем?

Йоргенсен выступил вперед.

– Наши факелы скоро прогорят, поэтому времени осталось мало. Нет нужды возвращаться всем вместе.

– О чем это вы? – спросил Манни.

Йоргенсен ткнул перед собой.

– Отправляйтесь вдогонку первому отряду. Я сам Вернусь и зажгу тот огонь.

Манни шагнул за ним следом.

– Я пойду с вами.

– Нет. Я не имею права подвергать опасности гражданское лицо. – Йоргенсен попятился. – К тому же один я дойду быстрее.

– Но…

– Тратим время и порошок, – оборвал капрал. Затем он повернулся к сослуживице. – Каррера, ваше задание – вывести всех отсюда. Ускоренным маршем. Я вас потом догоню, как только зажгу эту мерзость.

– Да, сэр.

Кивнув напоследок, Йоргенсен повернулся и затрусил назад, к лагерю, высоко воздев факел. Не прошло и нескольких секунд, как его силуэт растворился во тьме – капрала поглотил рой. Сначала лишь вспышки факельного пламени отмечали его путь, а потом и они угасли в живой пелене из черных порхающих тварей.

– Вперед! – возгласила Каррера.

Отряд повернулся и снова очутился на убегающей вдаль тропе. Манни изо всех сил надеялся, что капралу удастся осуществить задуманное. Оглянувшись в последний раз, он поспешил вдогонку за остальными.

Йоргенсен пробивался сквозь рой. Тот еще больше сгустился вокруг – один-единственный факел оказался неважной защитой. Несколько раз десантника жалили, но капрал был готов стерпеть и эту напасть. Как всякий рейнджер, он проходил испытания во всевозможных, подчас самых суровых условиях – горах, джунглях, болотах, снегах и пустынях.

Их готовили ко всему… Ко всему, кроме чертовой тучи плотоядных жуков!

С оружием на плече он вскинул повыше рюкзак, чтобы было легче бежать и укрываться от мельтешащего над головой роя.

Казалось бы, ему самое время запаниковать, но нет – какой-то необъяснимый задор гнал Йоргенсена вперед и вперед. Поэтому-то он и подался в рейнджеры – испытать себя на прочность в каком-нибудь зубодробительном деле. Скольким еще парням из миннесотских захолустий выпадал такой шанс?

Капрал вытянул вперед руку с факелом и ринулся напролом.

– Чтоб вам сдохнуть! – орал он саранче.

Держась лагерного костра точно маяка, Йоргенсен продвигался в тошнотворной пелене из черных «жуков». Вокруг него стлался факельный дым, источая аромат жженого порошка. Обойдя ствол бразильского ореха, Йоргенсен направился туда, где некогда обнаружили пылающий знак бан-али.

Сначала он сослепу пробежал мимо, но быстро сориентировался и вернулся назад.

– Слава богу.

Йоргенсен упал на колени перед тем самым местом, воткнул факел в рыхлую землю и, склонившись, принялся разгребать сор и барахтающихся насекомых со впитавшегося в почву смолистого топлива. Вся площадка была густо усеяна саранчой. Пару раз «жуки» жалили руку, сметавшую их прочь. Ближе к поверхности в нос ударял запах смеси – едкий и горьковатый. Профессор не ошибся: он действительно приманивал саранчу.

Быстрыми движениями Йоргенсен расчищал знак все больше и больше.

Он не знал, какого количества смолы будет достаточно, чтобы отвлечь рой, но не стал испытывать судьбу. Капралу вовсе не улыбалось возвращаться сюда еще раз. Ползая на коленях, он продолжал очищать знак липкими от пахучей смолы руками. Уже вскоре открылась добрая половина спиралевидного узора.

Довольный, капрал уселся на землю, вытащил газовую зажигалку и высек огонь. Потом он поднес зажигалку к смоле.

– Давай гори, милая…

Его желание сбылось – смола вспыхнула, и язычки резво побежали вдоль кривых линий и завитков свободной части символа. Даже больше: воспламенение оказалось столь бурным, что первая вспышка застала его врасплох, подпалив пальцы.