Амазония - Джеймс Роллинс

– Давай же, чертово отродье.

Однажды в Австралии он ходил в парк дикой природы и видел там морского крокодила тридцати футов длиной, которого выучили прыгать за шестом с привязанной у верхушки обезглавленной курицей.

План Ната отличался немногим. Только роль курицы теперь отводилась ему.

Он встряхнул рукой, рассеивая больше капель.

– Ну, где ты? – шипел Нат.

Рука начала уставать.

Капли крови в болоте под ним растеклись небольшой красной лужицей. Любой кайман учуял бы в воде кровь на расстоянии в несколько миль.

– Давай!

Хмуря брови, Нат отважился поглядеть на людей, что все еще держались на плаву посреди моря обломков. Не представляя, куда исчез крокодил, ни один из оставшихся экипажей не решался спустить весла на воду ради спасения товарищей.

Отвлекшись, Натан едва не упустил гигантскую тень, метнувшуюся к нему через отмель.

– Нат! – окликнула Келли.

И тут он увидел. Кайман выпрыгнул из болота, словно пущенный из-под воды снаряд. Он с ревом летел точно на Ната, широко раскрыв пасть. Натан вдавил красную кнопку и уронил липкую от крови «тарелку» точно в глотку чудовища. И в тот же миг Нат понял, как сильно недооценил высоту прыжка гигантского каймана.

Натан съежился на ветке, а затем подлетел вверх, подброшенный собственным толчком и упругостью дерева. Пробившись сквозь листья, Нат схватился за сук над головой. Едва он успел подобрать ноги, как чудовищные челюсти захлопнулись в дюйме от его копчика. Нат спиной ощутил струю воздуха, вырвавшуюся из пасти. Кайман оставил добычу и рухнул в озеро, подняв водяной столб высотой чуть не больше собственного прыжка.

Посмотрев вниз, Нат увидел, что ветка, где он только что стоял, исчезла, превратившись в обрубок, раздавленная меж двух мощных челюстей. Стой он там до сих пор…

Нат следил, как кайман сначала ушел с отмели на глубину. Теперь он, однако, плыл у самой поверхности, демонстрируя поистине гигантские габариты. То был самец ста двадцати футов длины, и двигался он с удивительным для такой туши проворством.

Вися на суку, Нат поймал на себе разочарованный взгляд хищника. Крокодил неторопливо повернулся туда, где барахтались остальные, временно бросив его ради более легкой добычи.

Внезапно, на полуобороте, тварь вздрогнула. Нат совсем забыл про отсчет. Брюхо каймана вдруг непомерно раздулось. Чудовище открыло пасть, но вместо рева извергло фонтан пламени – ни дать ни взять натуральный огнедышащий дракон. Монстр завалился на бок и потонул во мраке омута. Раздался хлопок, и гигантский столб вырвался в небо – столб воды, пламени и каймановой плоти. Нат что есть силы уцепился за ветку. Внизу, меж корней, взвизгнула от неожиданности Келли. Взрыв оборвался так же внезапно, как и начался. Сверху посыпались горящие ошметки; они падали и падали в воду, уже не причиняя вреда. Толстая броня крокодила запечатала бомбу внутри него и тем самым сдержала распространение пламени.

Болото огласилось победоносными криками.

Нат спустился с дерева и освободил Келли.

– Вас не задело? – спросил он ее.

Она отрицательно тряхнула головой, ощупывая ссадину на голове.

– Вот тут немного побаливает, но скоро пройдет. – Келли сипло прокашлялась. – Наверное, во мне сейчас не меньше галлона болотной воды.

Нат проводил ее к берегу. Пока плот Костоса отправился подбирать упавших людей и поклажу, посудина Натана, ведомая его друзьями и Каррерой, скользила к островку, чтобы Нату и Келли не пришлось снова лезть в воду.

Каррера помогла втащить Келли на борт. Манни же схватил Ната за руку и рывком затянул его на бамбуковый настил.

– Однако хорошая у тебя реакция, док, – ухмыльнулся Манни.

– Нужда заставит, – отозвался Нат, сопровождая слова усталой улыбкой. – И все-таки буду чертовски рад оказаться на суше.

– А новых гадов там быть не может? – спросила Келли, пока экипаж подгребал к соседнему плоту.

– Сомневаюсь, – сказал Манни (что удивительно, с сожалением в голосе). – Даже в такой огромной экосистеме едва ли хватит пищи, чтобы прокормить больше двух таких гигантов. И все-таки я не спускал бы с воды глаз на случай появления их потомства. Даже младенцы великанов умеют доставлять неприятности.

Каррера, пока остальные гребли, стояла на страже.

– Вы считаете, бан-али натравили их на нас, вроде саранчи или пираний?

Ответил Коуве:

– Нет, но вполне может статься, они выкормили эту парочку. Сотворили себе своеобразных привратников, вечных стражей, готовых уничтожить любого, кто сунется на их территорию.

«Привратников»? Нат вгляделся в далекие очертания берега. В свете дня разрозненные скалы виднелись отчетливее. Водопады предстали серебряными струями, сбегающими вниз со скал цвета пролитой крови. Зеленели поросшие лесом долы и вершины. Если профессор был прав насчет кайманов-привратников, то впереди лежала земля бан-али, их смертоносное логово.

Нат перевел взгляд на другой плот, считая людей. Ваксман, Костос, Воржек и Каррера. Только четверо из двенадцати рейнджеров уцелели – а ведь они еще не добрались до истинной вотчины «ягуаров крови».

– Нам нипочем не удастся, – пробормотал он, налегая на весло.

Каррера услышала.

– Не бойтесь. Окопаемся и будем ждать подкрепления. Это займет не больше одного дня.

Нат насупился. Только за сегодняшнее утро они потеряли троих бойцов, причем элитных армейских профессионалов, так что день – срок немалый. Рассматривая растущие вершины противоположного берега, Натан вдруг почувствовал, что больше не рвется на сушу. Особенно на ту, впереди. Однако ничего другого не оставалось. В Штатах свирепствовала новая чума, а их маленький отряд подошел к разгадке ближе, чем кто-либо. Отступать было некуда. Кроме того, отец прошел этот путь, преодолел эту биологическую экзекуцию. Нат понимал, что не имеет права отступить. Пусть впереди поджидают смерть, опасность и риск, но он должен узнать об отцовской судьбе. Не будь чумы, он все равно отправился бы вперед.

Ближе к берегу Ваксман предупредил всех:

– Будьте начеку! Как только высадимся, быстро уходим прочь от воды. Лагерь устроим на окраине леса.

Нат перехватил взгляд капитана, с которым тот рассматривал топи. Ваксмана явно беспокоила мысль о кайманах. Натан же не сводил глаз с надвигающихся джунглей, нутром чуя, что именно там таится главная угроза – бан-али.

Через промежуток между плотами Нат услышал, как капитан приказывает Олину:

– Наладьте-ка мне связь, и поскорее. У нас три часа до того, как спутники выйдут из дневной зоны.

– Сделаю, что смогу, – заверил его Олин.

Ваксман кивнул. Нат снова поймал его взгляд, горестный и тревожный. Несмотря на уверенность, с какой он отдавал приказы, предводитель рейнджеров нервничал не меньше Ната. Открытие это странным образом обнадеживало. В таком состоянии реакция людей обычно обостряется, что в сложившейся ситуации могло решить их судьбу.