Седьмой свиток - Уилбур Смит

Наконец Тессэ вырвалась из объятий Мека и вылезла на берег. Она игриво побежала по гравию, изящно переступая длинными ногами, а мокрые груди блестели и раскачивались при каждом шаге. Тессэ зовуще оглядывалась на мужчину. Тот последовал за ней. В его темных кудрях блестела вода, а гениталии налились силой.

Мек поймал беглянку, прежде чем она добралась до одежды. Тессэ немного побарахталась в его объятиях, но Ниммур нашел ее губы, и возлюбленная целиком отдалась ему. Целуя свою женщину, Мек принялся ласкать ее ягодицы. Тессэ прижалась к нему и слегка раздвинула ноги, раскрыв бедра, призывая его исследовать тайны ее тела. Она застонала от желания, когда рука Мека мягко коснулась средоточия ее женственности.

В Борисе гнев мешался со странным вуайеристическим возбуждением от вида жены, которую берет другой человек. В нем вскипел дьявольский котел эмоций, половые органы болезненно напряглись, и в то же время русский дрожал от ярости, как дерево от могучего урагана.

Любовники опустились на колени, не разжимая объятий, и Тессэ перекатилась на спину, потянув Мека на себя.

— Клянусь Богом, Мек Ниммур! — громко крикнул Борис. — Ты даже не представляешь, насколько смешно выглядишь задницей кверху.

Мек отреагировал мгновенно, как леопард, которому мешают охотиться. Он перекатился и схватил «АК-47». Хотя Борис подстерегал его, направив ствол ружья в шею, предводитель партизан оказался настолько быстр, что схватил автомат и направил его в живот Брусилову раньше, чем тот успел шелохнуться. Едва подняв дуло, Мек нажал на курок.

Тот бесполезно и громко щелкнул. Два человека уставились друг на друга, оба с оружием в руках. Обнаженная Тессэ свернулась клубком там, где ее оставил Мек. В глазах женщины застыли ужас и боль от понимания, что ее любовник сейчас умрет.

Борис издал горловой смешок.

— И куда ты хочешь получить пулю, Мек? Тебе понравится, если я отстрелю твой черный прибор, который до сих пор торчит кверху?

Глаза Мека Ниммура метнулись от лица противника к горе, и Борис понял, что предположил правильно. Партизаны скрылись в скалах, но они держались в стороне от берега, чтобы не мешать командиру развлекаться.

— Не беспокойся насчет них. Вы будете мертвы, когда твои шимпанзе додумаются оказать вам помощь. — Борис снова рассмеялся. — Я наслаждаюсь случившимся. Однажды я уже назначал тебе встречу, но ты не явился. Ничего, на сей раз будет даже веселее.

Брусилов знал, что с таким человеком не стоит долго болтать. Мек уже совершил ошибку и вряд ли допустит еще одну. Надо отстрелить ему башку, тогда будет пара лишних минут, чтобы разобраться с Тессэ. Но искушение позлорадствовать было слишком велико.

— У меня добрые новости для тебя, Мек. Ты проживешь на несколько секунд дольше. Сначала я убью шлюху, а тебе разрешу смотреть. Надеюсь, ты насладишься этим не меньше, чем я сам.

Он вышел из тени валуна, направившись к скрючившейся на земле Тессэ. Она наполовину отвернулась от Брусилова, тщетно пытаясь закрыть грудь и лобок руками. Приближаясь к женщине, Борис не сводил глаз с Мека, потому что именно он представлял собой опасность. Но русский недооценил бывшую жену.

Притворясь, что стыдливо отворачивается от него, Тессэ просунула руку между бедрами и подняла с земли круглый, обкатанный водой камень, аккуратно легший в ее маленькую ладонь. Стоило русскому подойти, как она резко развернулась и изо всех сил швырнула камень ему в голову. Борис уловил движение краем глаза и рефлексивно вскинул руку.

Булыжник, запущенный с удивительной силой, не попал в цель. Вместо этого он поразил поднятый локоть Бориса. Рукава были закатаны как можно выше, и ничто не смягчило силу удара — кожа согнутой руки натянулась на суставе. Головка локтевой кости треснула как стекло, и Борис заорал от боли. Его палец на мгновение соскользнул со спускового крючка, не успев выстрелить в живот Мека Ниммура.

Партизан перекатился на ноги, и не успел Борис перехватить ружье, как Ниммур исчез за огромным валуном.

Русский стукнул Тессэ прикладом по голове, отшвырнув ее на песок. Потом уткнул дуло ей в горло, пригвоздив к земле, и яростно закричал:

— Я убью ее, черный ублюдок! Если тебе нужна твоя шлюха, лучше за ней вернуться! — От боли в сломанном локте голос Брусилова стал хриплым и грубым.

Где-то за камнем ясно и четко прозвенел голос Мека Ниммура, крикнувшего одно слово на амхарском. Потом он продолжил по-английски:

— Мои люди будут здесь через пару мгновений. Отпусти женщину, и я пощажу тебя. Причинишь ей вред, и ты будешь молить о смерти.

Борис склонился над Тессэ и рывком поднял ее на ноги, обхватив здоровой рукой за горло. Той же рукой он держал ружье, направляя его поверх плеча женщины. Раненой рукой Брусилов еще мог придерживать оружие и жать на спусковой крючок.

— Она умрет задолго до того, как сюда прибудут твои люди, — крикнул он, оттаскивая Тессэ от валуна. — Иди за ней сам, Мек. Если она нужна тебе, ищи ее здесь.

Он сильнее сжал женщину за горло, душа до тех пор, пока она не начала вырываться и кашлять. Тессэ вцеплялась в руки Бориса ногтями, оставляя длинные красные следы на загорелой коже.

— Послушай! Я ломаю эту хорошенькую шейку. Слышишь, как твоя шлюха кашляет?

Брусилов еще сильнее сжал горло жертвы, вызывая новые хрипы.

Краем глаза Борис наблюдал за валуном, где исчез Мек, в то же время пятясь от него, давая себе больше пространства. Мысли его неслись вскачь, он понимал, что не сможет сбежать. Правая рука едва слушалась, а вокруг было немало партизан. Он схватил женщину, но хотел убить и мужчину. Это был лучший вариант в данной ситуации — убить обоих и умереть.

Борис услышал крик и голоса на холме. Приближались люди Мека. Брусилов впал в отчаяние. Главаря партизан не удалось выманить, тот молчал почти две минуты. Он его потерял — ублюдок мог сбежать куда угодно.

«Слишком поздно, — понял Борис, — его не достать. Только женщина. И надо действовать сейчас». Он швырнул жену на колени и склонился, жестко взяв горло несчастной в замок.

— Прощай, Тессэ, — прошипел он ей в ухо, напрягая мышцы и чувствуя, как шейные позвонки хрустят, собираясь сломаться. Требовалось нажать еще один раз. — Для тебя все кончено, — прошептал Брусилов и приложил последнее усилие. По своему немалому опыту он знал, с каким звуком ломается шея. Борис напряженно ждал его, этого хруста костей, похожего на треск зеленых веток, и ощущения обмякшего тела в руках.

В этот миг что-то врезалось ему в спину с силой, которая словно раздробила хребет и сломала ребра. И сила, и направление удара были совершенно неожиданны. Казалось невозможным, что Мек Ниммур добрался так далеко и так быстро. Должно быть, он оставил камень, за которым прятался, и обежал заросли с другой стороны, а теперь набросился на Бориса сзади.