Лучшее из чудовищ - Влада Ольховская

В провинции Норит новость о смене власти восприняли хуже всего. Почти сразу нашлись недовольные, в том числе и среди магов. Камит предвидел это. Он вообще предвидел удивительно много — слишком много для человека, не занимающегося колдовством.

Раким предпочитал держать свои мысли при себе: и сейчас, и с самого начала. Он по праву считался одним из самых сильных колдунов страны, что приковывало к нему повышенное внимание. Его даже приглашали когда-то работать во дворце императора Жена, но он отказался. Там он был бы один из многих, в Норите ему лучше, он сам по себе.

Очень часто мнение Ракима ценилось больше, чем мнение главы провинции. Чародей не злоупотреблял этим. По сути, власть ему была не слишком важна. Гораздо больше он заботился о людях, окружавших его. Он следил, чтобы принимаемые властями решения не вредили горожанам. За это Раким пользовался уважением.

Большую часть времени он проводил в своем доме. Он жил отдельно от семьи и не испытывал тоски по этому поводу: он занимался магией, от которой дети могли пострадать.

Когда в Норит прибыли гонцы нового императора, многие ждали, что скажет Раким. Он не спешил. Однако когда начались восстания среди ремесленников, поддерживавших династию Реи, Раким вмешался и прекратил беспорядки.

Ему не нравился Камит. Не только как человек, предавший клятву, но и как тот, кто сумел подчинить скалистых ящеров. Судя по их количеству, Камит знал способ открывать врата в Мертвые земли. Это настораживало.

Но противостояние пока было невозможно. Раким знал, что сильный колдун из соседнего города отказался принять новую власть и отправился на встречу с Камитом в столицу. Он так и не вернулся.

Раким предпочитал ждать. Он был главным и сильнейшим магом города, по сути, гарантом порядка. Это понимали все. Поэтому между ним и гонцами императора Камита было установлено некое подобие перемирия. Раким пообещал, что не допустит мятежей, а военные, в свою очередь, заверили его, что в окрестностях города не будет скалистых ящеров, которых они почему-то именовали драконами.

Чародей сомневался, что придерживаться стратегии ожидания получится долго. Путь, который выбрал Камит, слишком похож на дорогу к уничтожению. Если все не нормализуется, придется вмешаться.

Пока же он жил так, как и раньше. Раким относился к тем магам, у кого почти не было природных способностей. Если бы он родился в другой провинции, то из него бы получился какой-нибудь целитель-неудачник. Но он родился и вырос в Норите, а здесь магия и наука идут рука об руку.

Он научился делать настолько сложные амулеты, что для их активизации требовалось совсем немного магии. Зато работали они не менее эффективно, чем сильнейшие стихийные заклинания. Беда в том, что стихийные заклинания создаются за пару минут, а над разработкой каждого амулета он трудился днями, а то и месяцами.

Его новой целью стала черная птица: кукла, сделанная из тонких металлических прутьев. Ракиму никак не удавалось придать ей правильную форму. Зато когда все будет завершено, она сможет доставлять послания лучше любого гонца!

С улицы послышался шум. Чародей подошел к окну, чтобы проверить, не затеяли ли местные мастера очередную попытку восстания. Нет, все в норме — всего лишь очередной пьяница устроил ссору с лавочником. Скоро солдаты уведут обоих. В Норите сейчас очень много солдат, долго ждать не придется!

Чародей окинул изучающим взглядом город. Каменный лес, подсвеченный магическими сферами, жил ночной жизнью, время-то позднее! А вдалеке на фоне звездного неба можно было увидеть темный острый силуэт — императорский замок. Сюда и в мирные времена представители клана Реи не рвались, а теперь долго еще никто не приедет! Вряд ли Камит рискнет селиться в провинции, где его недолюбливают.

Столица провинции уцелела, чего не скажешь о столице империи. Но надолго ли?

— Отец, вам лучше отдохнуть. Вы сегодня очень много работаете.

Стоило догадаться, что Нара скоро явится. Так и случилось. Она не любит, когда он засиживается допоздна.

Нара была единственной дочерью, которой он позволил жить в этом доме. Просто находиться рядом с семьей, да и остальными людьми, она больше не могла, а они не имели права ее видеть. Потому что Нара умерла два года назад.

В тот год в провинции свирепствовала лихорадка. Распространение произошло настолько быстро, что даже маги не успели ничего сделать. Правда, лекарство они совместными усилиями разработали быстро, но для Нары было уже поздно.

В Норите покойников всегда закапывают в землю в специальных ящиках. Никто, даже его жена, не знал, что ящик, предназначенный для Нары, ушел в землю пустым — там лежала лишь кукла. Тело Раким забрал к себе.

То, что он делал, запрещалось всеми мыслимыми законами. Но остановиться чародей уже не мог, как не мог и простить себе, что не сумел вылечить собственную дочь. Заменив половину органов на сложные амулеты, Раким вернул девушку к жизни. Теперь она оставалась рядом с ним, не старела, но и не жила толком. Из дома она выходила только в плаще, изредка, и выдавала себя за служанку.

Нара полностью сохранила разум. Раким подозревал, что в глубине души она несчастна, просто виду не подает. Она знает, как важна для отца. Девушка была главной причиной, по которой чародей стремился никого не пускать в свой дом.

— Я еще не устал, — заверил ее Раким.

— Все равно, вам стоит отдохнуть. Это ведь не срочная работа, закончить вы всегда успеете. Вам приготовить что-нибудь?

— Нет, обойдусь. Ты была сегодня в городе?

— Я выходила на рынок.

— Солдат больше не стало?

— Нет. Столько же. Но не меньше.

— А меньше уже и не будет.

Еще по крайней мере год Камит обязан проявлять осторожность. А там, если ничего плохого не произойдет, все привыкнут. Люди ко многому привыкнуть способны!

Раким убрал инструменты и последовал за дочерью. Он работал на втором этаже, а жили они на третьем. Иногда он ночевал в доме своей семьи, чтобы не вызывать подозрений, но большую часть времени оставался здесь.

Он уже спускался по лестнице, когда его внимание привлек звук колокольчиков.

Нара тоже услышала:

— Что это, отец?

— Беда.

Поставив условие о том, что ящеры не должны ступать в территорию города, он не собирался верить военным на слово. Контроль нужен везде! Поэтому Раким запустил в действие один из самых сложных своих амулетов: наблюдательную карту.

Она представляла собой своеобразную модель провинции. Раким постарался учесть все: города, леса, реки и холмы. Со стороны карта напоминала собрание игрушек, расставленных на большом круглом столе, занимающем почти всю комнату. А над столом висели колокольчики.