Лучшее из чудовищ - Влада Ольховская

Голос его изменился: из мелодично-спокойного стал презрительным, наполненным ядом. Майко даже не сразу поняла, что он обращается к Сальтару. Так же нельзя говорить! Он принц, пускай и бывший…

— Не трогай ее, — чувствовалось, что Сальтару едва удается сдержать свою ярость. — Слышишь? Со мной ты можешь делать что угодно, но она ни в чем не виновата!

— Ты уже научился терпеть, а это раздражает. Леди Майко мне подходит. Я бы, может, и взял кого другого, но я знал, что ты мой выбор оценишь.

— Я богами клянусь, урод, если ты…

— Достаточно, — Танис щелкнул пальцами, и принц тут же замолчал. — Нудно. Ты не сможешь придумать ничего оригинального, я уже знаю. Так что сделай себя полезным… Отведи леди Майко к постели, а сам стань рядом. Я не любитель таких развлечений, но твой случай особый. Я позволю тебе наблюдать. Ты же сам хотел сделать это, да? Ладно, действуй.

И он подчинился! Это было худшее предательство, которое Майко могла себе представить. Она даже не верила, что все происходит в реальности! Девушка попыталась прорваться к двери, но Сальтар перехватил ее и повел к кровати.

Рядом с ним ее силы будто не существовало. Сальтар сдерживал ее попытки освободиться с той же легкостью, как переносил дуновение летнего ветра. А ведь она билась изо всех сил!

Он толкнул ее на кровать. Майко услышала звук рвущейся ткани и с запозданием поняла, что это ее платье теперь открыто наполовину. Слезы кипели на глазах, она попыталась соединить обрывки, чтобы закрыть себя.

— В сторону, — приказал Танис. — Дальше я сам. А ты стой и не смей взгляд отводить!

Он навалился на нее сверху. Майко видела только его лицо, ей стало трудно дышать. И все же она не собиралась сдаваться. Это не должно так происходить, он не имеет права… Она кричала, умоляла о жалости, старалась расцарапать ему глаза, столкнуть с себя, хоть что-то сделать. А он лишь смеялся при ее самых отчаянных попытках.

Вдруг пришла резкая боль, разделившая ее всю, белой вспышкой полыхнувшая перед глазами. Это как трещина в стекле: она решает все, дальше лишь осколки. Девушке казалось, что ее тело неожиданно стало очень тяжелым, уничтоженным десятками невидимых ран.

Майко больше не шевелилась. Вообще. Она смогла только повернуть голову, чтобы не смотреть на самодовольное лицо Таниса. Она понимала ту боль, которая отражалась в фиолетовых глазах…

Глава 13

Ни единой искры! Даром все усилия, даром, что у него уже глаза болят от попыток разглядеть то, чего не существует. Кирину хотелось просто взять горящую ветку из костра и поджечь то бревно, на которое указал Нокрем. Потому что иначе оно не загорится!

Сама идея обучения магии показалась ему дикой. Где он, а где магия! Но Исса настояла, подкупив его тем, что нужно выучить всего одно заклинание. Уже позже, от колдуна, он узнал, что это заклинание известно всем, но никто им толком не владеет.

Исса была неумолима:

— У тебя получится.

— Откуда мне взять такую силу?!

— Тебе есть от кого ее наследовать.

Пояснения Кирин даже не просил — знал, насколько это бесполезно.

Пришлось приступить к тренировкам. Они с Нокремом напоминали двух слепцов, которые пытаются понять, как же выглядит солнечный зайчик. Колдун нашел в своих книгах теоретическое описание заклинания, что и стало их главным достижением. Как воплотить магию огня, они даже не представляли.

— Тебе нужно представить, что все вокруг тебя пылает огнем, — сообщил Нокрем, захлопнув книгу. — Образ должен быть максимально четким.

— А если все реально загорится?

— Не загорится. Потом ты как бы сводишь весь этот огонь в одну точку, где он и должен появиться. Последним штрихом должна стать твоя воля, направленная туда, и твоя энергия. Понимаешь?

— Нет, — честно признал Кирин.

— Какой же ты неуч!

— А вы-то сами понимаете, господин Нокрем?

— Я… Я, конечно, понимаю! Я же колдун!

Все с ним ясно. Сам имеет весьма посредственное представление о том, что должно произойти, но солидный вид терять не желает.

Обучение они начали еще в доме колдуна. Потом пришло время собираться в дорогу, и это дало Кирину необходимый перерыв.

Нокрем не ограничивал свою жизнь одним только поместьем. В соседнюю провинцию он ездил довольно часто. В Норите магия была развита гораздо больше и воспринималась как часть повседневной жизни, поэтому на местных рынках колдун мог обзавестись необходимыми для зелий ингредиентами, а также книгами.

В поездки он отправлялся на крытом фургоне, обустроенном специально для этого. Внутри находились мягкие сидения для него и коробки для перевозки грузов. Колдуна сопровождал только один слуга, потому что бояться на этой дороге было нечего.

Теперь роль слуги предстояло выполнять Саиму, для него даже подобрали соответствующую одежду, что было не так просто — при его-то габаритах. Кирин и Исса ехали в фургоне, но при пересечении границы планировали спрятаться среди мешков с травами. Девушка лично отбирала растения для поездки, она знала, что отпугнет ящеров.

Продвигались они быстро. Измученных лошадок оставили в поместье, фургон запрягли холеными лошадьми, которых колдун держал специально для этих целей. Привалы делали очень редко, всего на пару минут — накормить животных, размяться самим.

Нокрем предпочел сидеть рядом с кучером, находиться в замкнутом пространстве с Иссой он не желал. Так получилось, что в фургоне Кирин и девушка остались вдвоем. Он думал, что это будет подходящей обстановкой для разговоров, но просчитался. Чем ближе они становились к цели, тем более молчаливой делалась Исса.

— Я не понимаю, хочешь ты вернуть эту вещь или нет! — не выдержал он.

— У меня нет выбора. Я должна.

— Хорошо, но к чему тогда этот траур?

— Воспоминания. У меня они, знаешь ли, есть, хотя я и чудовище!

— Я не называл тебя чудовищем, — смутился Кирин. — Я о тебе теперь так даже не думаю, можешь проверить!

— Не буду я ничего проверять. Но и веселиться, извини, нет сил. До того, как из меня статую сделали, я часто бывала в Норите. Не одна.

Ах да, она же упоминала, что был у нее любимый человек… Только человек ли? Спорно, учитывая, кем является она.

— Я вот одного не понимаю… Почему он не попытался спасти тебя? Думал, что ты умерла?

— Кирин, такие вопросы несут угрозу твоему здоровью.

— Можешь ударить, если очень хочется, но ответь.

Исса задумалась, возможность удара она явно не исключала. Однако решение все же приняла другое.

— Нет, он знал, что я жива. Знал и то, как снять заклинание.

— И он не пришел за тобой?!