Лучшее из чудовищ - Влада Ольховская

К нему спешил тот, беззубый, но Кирин тоже не терял времени даром. Он успел подхватить упавший меч, и сталь столкнулась со сталью. Оружие было тяжелым и даже более неуклюжим, чем мечи Саима. Но Кирин знал, как вести себя, как направлять силу…

Они закружились у костра. Разглядеть, что происходит рядом, было невозможно, противник попался опытный. Пару раз лезвие мелькнуло совсем близко, однако Кирин не позволял себе сбиться с темпа. Исса говорила, что в бою бояться нельзя. Уж ей-то виднее!

Вот только в какой-то момент ситуация вышла из-под контроля. Кирин понял: либо убьет он, либо убьют его. Прямо сейчас. Не размышляя, он принял решение.

Силы удара хватило, чтобы тупое лезвие перерубило разбойнику горло, часть горячих капель попала на лицо Кирина. Он разжал руки, отпуская меч, и отступил, глядя как беззубый, зажимая горло руками, булькает и опускается на землю. Разбойник еще несколько раз дернулся и затих навсегда.

Кирин впервые в жизни убил человека. Да, человека, который сам нарвался на это, но все же… Он посмотрел на свои руки и увидел кровь. Это важно, что-то изменилось, но в лучшую ли сторону?

— Не жалей его, — посоветовала Исса. — Он бы тебя не пожалел.

Мужчина посмотрел на нее и обнаружил, что с остальными семью охотниками она давно расправилась. Может, убила, но не обязательно, крови на траве совсем немного. Связанный мужчина тоже висел с закрытыми глазами.

— Они что, успели задеть его? — устало поинтересовался Кирин.

— Нет, сам от страха решил мысленно нас покинуть. Ничего, очнется. Ты как?

— Зачем ты притащила меня сюда?! — разозлился он. — Почему не взяла Саима? Ему бы такая задача больше подошла!

— Потому что я хотела, чтобы ты убил, — невозмутимо ответила Исса.

От такого заявления Кирин даже потерял дар речи на несколько секунд.

— Что?… Зачем?!

— Потому что это важное умение в бою. Порой более важное, чем умение драться. Ты хороший человек, Кирин. А хорошие люди плохо убивают. Мне нужно было, чтобы ты прошел этот барьер, когда я еще могу тебя защитить. Если бы это случилось в других условиях, малейшее промедление стоило бы тебе жизни.

Отлично! Он в крови, а она рада!

Кирину хотелось выместить свою злость хоть как-то, желательно — на ней. Ведь это она во всем виновата. Однако он понимал, что на сей раз речь идет не о какой-то игре. Внутренний барьер все-таки был, пусть и не такой значимый, как предполагала Исса.

— Я бы хотел обойтись без этого, — только и смог произнести он.

— Ты бы без этого обошелся, если бы на твою семью не напали. Вот тогда бы ты только муху за всю жизнь убил, да и то случайно! Мне очень нравится то, как ты приспосабливаешься к новой жизни. Даже я бы, пожалуй, так не смогла. Но иногда тебя нужно подталкивать!

— Не так резко! — Кирин предпринял последнюю попытку убедить ее.

Исса не поддалась:

— Это было не резко. Вот если бы я притащила тебе связанного и велела его зарубить, это было бы резко!

— Ты бы так не сделала, — покачал головой мужчина. — Я же тебя знаю!

— Не думай, что знаешь все. Да, так бы не сделала, но… Не переоценивай меня. Я все-таки чудовище! — напомнила девушка.

— Это да. Зато лучшее из всех, что я знаю!

— Лестью ты ничего не добьешься, принц. Давай уже посмотрим, что мы получаем в качестве награды.

Золота было много. Столько, что Кирин бы все один и не унес! Но сил Иссы на это вполне хватало.

Пока они возились, он старался делать вид, что произошедшее его не волнует. Видимое веселье давалось ему не без усилий, на душе было тяжело. Кирин знал, что это пройдет. Дождаться бы!

Напоследок они освободили связанного мужчину, но костер тушить не стали. Пожара точно не будет, а так на человека не нападут никакие хищники.

Пока они шли обратно, Кирин не мог не подумать: то, что они сделали, было не менее сокровенным, чем то, о чем думал Саим. Просто совсем по-другому, но это тоже тайна.

Он был уверен, что Исса на такие мысли время тратить не будет, пока не услышал:

— А знаешь, мы с тобой неплохо сработались… У меня такое чувство, что не было ста пятидесяти лет и мы снова вместе!

— О чем ты? — изумился Кирин. — Какое «снова»? Сто пятьдесят лет назад мы не были вместе! Я еще и на свет не появился!

— Не важно. Ты не поймешь.

Не так давно Сальтар не мог и предположить, что его жизнь способна превратиться в кошмар наяву.

Он с детства не был рад роли второго сына. Не из-за того, что у него не было шансов на престол. Скорее, наоборот, ему не хотелось быть связанным с правящим родом, с династией и со всеми правилами, которые приносит благородное происхождение. Но раз уж так случилось, ничего не поделаешь. Он смирился с тем, что ему назначено судьбой. А потом был переворот…

Та колдунья в темнице все правильно нагадала. Сейчас он молил богов о смерти, мечтал о ней, но приблизить не мог. Потому что то, через что он проходит, не жизнь. Это хуже, чем смерть!

Смерть всего лишь прекращает страдания. Танис это знал, поэтому отнял у своего врага такую возможность.

В день казни отца его вывели из темницы, но повели не на площадь. Его доставили в один из подземных залов, привязали к металлическому столу. Рана на его плече затягивалась с ненормальной скоростью, без магии не обошлось. Потом был неровный белый свет, вырывающий из темноты чужие лица — и не совсем чужие. Была боль и ощущение предательства. А дальше — ничего.

Он стал не более чем игрушкой в руках Таниса. Его разум рвался на волю, а тело подчинялось этому ублюдку. Не было ни единого шанса протестовать! Его мысли всегда оставались ясными, но это делало ситуацию только хуже, потому что он стал сторонним наблюдателем. Он ничего не мог! Сальтар даже говорил тогда, когда ему позволяли.

Он до сих пор не знал, за что Танис возненавидел его семью. Колдун не упоминал этого, однако и чувства свои не скрывал. Он сразу предупредил принца:

— Ты один остался в моих руках. Поэтому ты получишь все, что причиталось твоему отцу и братьям!

Он не обманул. Сначала был позор передачи короны — якобы добровольной. Потом его приравняли к простому офицеру, чтобы все видели его падение. Теперь Сальтар жил не в своей комнате, а в темнице, в дальнем углу. Точнее, там он ночевал, а в остальное время выполнял приказы Таниса.

Сальтар надеялся, что ему хватит сил терпеть. Перед всей империей он опозорен, но Танис ведь знает, что не сумел его окончательно сломить! Он должен держаться хотя бы перед этим чудовищем.

А Танис не спешил упрощать ему задачу. Спустя несколько дней после казни Сальтару было приказано лично снять голову императора и наследного принца с шестов и избавиться от них. Причем достойного захоронения для них не было. Сальтар голыми руками нес подгнившие, облепленные насекомыми головы к выгребной яме.