Буржуазное достоинство: Почему экономика не может объяснить современный мир - Deirdre Nansen McCloskey

инновациями в области экономии угля? Как говорит Мокир, "экономики, не имевшие угля, постоянно испытывали давление, заставлявшее их разрабатывать более экономичные методы или двигатели, использующие альтернативные источники энергии", приводя в пример ветряные мельницы в Азии или водяные мельницы в Риме (и те, и другие, отмечает он, не были впоследствии значительно усовершенствованы или использованы для осуществления промышленной революции). "И поэтому в любой эпохе и в любом месте есть стимул для инноваций в большом объеме. Логика как-то сбилась. Дешевый уголь действительно может объяснить размещение энергоемких производств в Ланкашире по сравнению с Уилтширом или Бирмингемом по сравнению с Бордо (хотя, кстати, Аллен не вполне сознательно признает важность водной энергии). Если согласиться с тем, что шиллинг - это шиллинг, как это делает Аллен, склонив шляпу перед критиками Хаббакука, то можно нелогично предположить, что высокое соотношение заработной платы и угля влияет на состав инноваций. Однако в промышленной революции нужно объяснять не состав инноваций, а их масштабы. Патрик О'Брайен и Каглар Кейдер давно поняли это, утверждая, что Франция пошла "другим путем", чем Великобритания в ХХ веке. Поэтому можно спросить, почему в Италии XVIII века или в Китае не было трудового пути в современный мир. То, что британские инновации были смещены (по выражению экономистов) в сторону экономии труда, если они были (хотя в производстве железа, как я уже сказал, они точно не были, и в отношении всей экономики эконометрические исследования согласны с тем, что Британия не была смещена), совершенно ничего не говорит о том, сколько инноваций в целом сделали бы британцы. Если спагетти в Италии дешевле риса по сравнению с Японией, то можно ожидать, что итальянцы будут есть относительно больше спагетти, чем риса. Однако такое ожидание ничего не говорит о том, сколько продуктов питания в целом будут потреблять эти две страны, один вид продуктов в совокупности с другим. Для объяснения современных инноваций важна совокупность, а не модель.

Здесь легко запутаться в экономике. Китай действительно использовал трудоемкие методы всех видов. Однако это всего лишь использование старых технологий (а не инновационные технологии, т.е. действительно новые идеи), определяемое избытком труда по отношению, скажем, к земле. В таких вопросах, по мнению Аллена, относительные цены имеют значение. Однако использование людей для мотыжения полей вручную вместо капиталоемких методов, таких как огромные железные плуги, не является прогрессом того рода, который сделал нас богатыми по сравнению с нашими пра-пра-пра-пра-прадедушками. По сути, это вообще не "прогресс", а выбор отличного от существующих планов ведения бизнеса, разные пути на одной и той же карте. Аллен ссылается на Райнера Фремдлинга, который убедительно показал, что отказ от использования кокса для выплавки чугуна на континенте до 1850-х годов - к тому времени он уже сто лет использовался в Великобритании - был не неудачей предпринимателей (как утверждал, например, Ландес), а вопросом относительных цен. Питер Темин ранее утверждал, что использование древесного угля для доменных печей в США в ту же эпоху было еще одним примером: древесина для угля была там дешевой по сравнению с углем. И я уже говорил об этом. В то же время, в исследованиях британских железоделательных компаний по поводу якобы "неспособности" использовать теперь уже континентальные методы коксования побочных продуктов в конце века или "неспособности" в других отношениях использовать идеи так же, как американцы или немцы (Дэвид Ландес снова сделал утверждение, которое я критиковал; Ландес действительно склонен ругать за леность и некомпетентность тех, кто не использовал то, что он без количественных исследований утверждает как лучшую технику; это следствие его гонки за самым быстрым, элан-витальной теории мировой истории и его чрезмерного использования вторичных оценок).

Однако, как бы ни были великолепны количественные исследования в области исторической экономики, они не могут объяснить инновационность британской и континентальной экономик в XVIII - начале XIX в. или инновационность Европы в целом с 1700 по 1900 гг. Для объяснения соотношения масштабов и состава инновационности нужны такие факторы, как ведущая роль практической стороны Просвещения (Якоб, Голдстоун, Мокир, Израэль) или жизненного предпринимательского настроя (Ландес; хотя обратите внимание, как плохо эта гипотеза работает в конце XIX в.), или - если перейти к единственно верному объяснению - степень принятия риторики дигнитивного и раскрепощенного бизнеса (Макклоски). Нужно, выражаясь экономическим жаргоном, объяснение абсолютного, а не сравнительного преимущества.

Иными словами, относительные цены, которыми обычно занимаются экономисты, имеют весьма сомнительную связь с общим объемом инновационной деятельности. Как утверждает Аллен, масштабы добычи угля, свинца и олова в Великобритании объясняют, "почему исследования в области паровых двигателей проводились в Англии". С этим, например, согласилась бы Маргарет Джейкоб. По тем же причинам, как недавно утверждали Алан Олмстед и Пол Род, биологические инновации в области растениеводства и животноводства имели место в США в XIX веке - это противоречит еще одной версии гипотезы дефицита рабочей силы (которая утверждает, что механизация была ключом к совершенствованию американского сельского хозяйства).16 Однако экономия на масштабе в ведущей отрасли не является теорией количества инноваций разного рода, в банковском деле и страховании, в производстве хлопка и шерсти, в стеклоделии и полиграфии. Объяснению подлежит общее количество инноваций. Опять же, на качелях можно потерять то, что приобретается на каруселях: Внимание Америки к инновациям в сельском хозяйстве, как бы естественно это ни было, оставляло меньше внимания для инноваций в химической промышленности.

Историк Джон Харрис привел аргументы в пользу угля, которые имеют больше смысла, чем статические аргументы экономистов. Он писал, что в Великобритании в XVII веке и ранее "переход к повсеместному использованию более дешевого минерального топлива ... почти всегда требовал важных технических изменений, чтобы приспособить оборудование для соответствующей отрасли", например, для изготовления стекла или соли. . почти всегда требовал важных технических изменений, чтобы приспособить к ним оборудование соответствующей отрасли", например, стеклоделия или солеварения. "Длительный успех такой смены топлива ... . на протяжении нескольких столетий был одной из главных причин готовности пробовать новые методы в других отраслях промышленности и отталкиваться от традиционной практики". Да, случайность с легким углем и дорогим лесом могла привести к ментальности (скажем, в отношении применения тепла) (хотя, опять же, китайцы были в этих вопросах на много веков впереди). Я согласен с восхитительным Токвилем: "Глядя на то, какой поворот дает человеческому духу в Англии политическая жизнь; видя англичанина... вдохновленного чувством, что он может сделать все... Я не спешу спрашивать, вычерпала ли природа для него порты, дала ли ему уголь или железо".

 

Как далеко мы продвинулись?

Утверждение состоит в