Влюбленная Джейн - Рейчел Гивни

упустила, а так ей все сразу стало ясно. Когда он улыбнулся, она увидела, как сверкнули его глаза. В этой вспышке было сознание своей победы. И пренебрежение. Джек знал, что женские головы по-прежнему поворачиваются к нему, стоит ему захотеть, причем от него самого ничего для этого не требуется: ни времени, ни внимания. Только кинуть кому-нибудь пару фунтов и сказать: «Метнись, купи цветов». Он погубил три дюжины растений, и София сразу же к нему прибежала. Только зачем же он все-таки послал ей этот букет? Не факт, что он сам это понимал. Может, ему захотелось поиграть у нее на нервах? Ну конечно, как же она сразу, дура, не догадалась! Это из-за библиотекаря, который ее обнял. София покачала головой:

– Так, значит, ты рад просто взять и перечеркнуть десять лет нашей с тобой жизни?

– Не рад, – ответил Джек. – Но с Кортни у меня все серьезно.

София фыркнула:

– Что с ней может быть серьезного? Она же еще девчонка.

– Она беременна.

Софию едва не стошнило. Она оступилась и чуть не упала на Джека. Он ее подхватил. От его одежды пахло дорогим стиральным порошком. София нащупала стул и села.

– Соуф? Скажи что-нибудь.

Джек дотронулся до ее плеча. Она поморщилась и, стряхнув его руку, почувствовала какое-то странное онемение. Потом дружелюбным тоном (как будто просто справлялась у коллеги об общей знакомой) спросила:

– И сколько недель?

– Что? – растерянно переспросил Джек.

– Какой срок беременности?

– А… Не знаю. Недель двенадцать.

Джек улыбнулся, глядя не на Софию, а куда-то в пространство. Она с болью представила себе, чем могла быть вызвана эта улыбка. Наверное, каким-нибудь приятным воспоминанием: о первом УЗИ или о детской одежке, которую Кортни ему показала.

В свое время Джек заявил Софии, что не хочет ребенка. Она не настаивала, но надеялась со временем ненавязчиво переубедить его. Он, мол, увидит, какая она замечательная, и поймет, как это глупо – не создать с ней настоящую семью. Увы, год шел за годом, а Джек оставался при своем мнении. Теперь уже было поздно пробовать заново с кем-то другим. Слишком много времени София потратила на ожидание.

– Соуф? Ты в порядке?

Она вытерла нос и, пристально посмотрев на Джека, спросила:

– Это потому что Кортни моложе? Потому что я выгляжу уже не так, как раньше?

– Соуф. Ты по-прежнему шикарная женщина. Конечно же, нет.

– Я знаю, что я не уродина. Вопрос не в том. Ты ушел к ней, потому что я постарела?

– Зачем ты так себя мучаешь?

– Пожалуйста, ответь честно, – сказала София. – Я имею право рассчитывать на твою откровенность.

Джек кивнул:

– Окей. Ты стала старше и выглядишь не так, как раньше. Однако причина не в этом.

София ощетинилась:

– Тогда в чем же?

Она подалась вперед и застыла как завороженная.

Джек вздохнул:

– С тобой все стало так сложно…

София невольно усмехнулась. Это ему-то было сложно? В отличие от нее он за годы их совместной жизни ничего не потерял, а только приобрел славу и богатство. Благодаря ей.

– Ну а с Кортни тебе как?

– С ней мне легко.

София в упор посмотрела на Джека и нахмурилась. В его взгляде появилась тревога. Он даже поморщился, как будто ожидал гневной тирады.

– Ты меня ненавидишь?

София молча откинулась на спинку стула и еще раз изучила его по-прежнему красивое лицо. Она могла бы воскликнуть: «Конечно, я тебя ненавижу, и никто меня за это не упрекнет!» У нее был заготовлен список всех обид и разочарований, которые она пережила по его вине. Ей ничего не стоило доказать, что он заслуживает ненависти. Она даже открыла рот, чтобы все это выговорить… И передумала.

– Нет, я тебя не ненавижу.

Это было правдой. София вздохнула, устало покачала головой и, встав, вышла из трейлера.

Если бы они были мистером и миссис Баттеруорт из городишка Хокессина в штате Делавэр, все бы, вероятно, как-нибудь рассосалось. Если бы она работала в детском саду, он продавал виниловые пластинки, а в свободное время они занимались бы пчеловодством, у них, возможно, был бы шанс. Пожалуй, они могли бы продержаться, если бы научились у своих родителей спокойно относиться к кризисам в отношениях и прорываться сквозь годы напряженности, редкого секса и хронической усталости. Работа постепенно высасывала бы из них жизнь, но не исключено, что они все-таки перешли бы на ту сторону пятидесятилетнего рубежа, сохранив свой брак (хотя и сильно потрепав его). Однако они были не мистером и миссис Баттеруорт из Хокессина, а кинорежиссером Джеком Трэверсом и знаменитой актрисой Софией Уэнтворт – не людьми, а богами, которым не пристало бодаться из-за того, кто вымоет посуду или к чьим родителям ехать на Рождество. Когда богам становится туго, они не терпят, а собирают чемоданы и идут искать совершенство где-нибудь в другом месте. Если она, тоже будучи звездой, все-таки хотела реанимировать свои отношения с Джеком, то он решил, что проще будет начать заново с Кортни.

София не винила его за это. К тому же она понимала: когда на смену нынешней легкости придут разочарованность и недосып, он и от Кортни устанет.

У них были великолепные дни, особенно вначале, когда над головой фонтанировали фейерверки. Теперь же София с болью осознала, что та страсть и те восторги, которые она испытывала, проистекали из самых немудреных вещей – приятного слова или ласкового прикосновения среди долгих дней одиночества. Их брак уже давно прекратил существовать, хотя от осознания этого почему-то не становилось легче.

Глава 46

Поздно вечером, забрав Джейн из больницы, София поделилась с нею всем тем, что пережила за день. Закончив говорить, она уселась на кухонный пол и стала ждать ответа.

– Скажите же что-нибудь.

Джейн только покачала головой и села рядом. София даже почувствовала своеобразную гордость: ей удалось повергнуть в молчание женщину, которая вообще-то не жалуется на скудный словарный запас. Пообещав себе не плакать из-за Джека, София больше не могла сдерживаться и разревелась на кухне как дура. Джейн тронула ее за плечо, но от этого поток слез только усилился.

– У вас в кармане опять жужжит, – это было первое, что сказала великая писательница за довольно долгое время.

София достала телефон и прищурила мокрый глаз. «Дейв», – высветилось на экране. Она сбросила звонок и, разочарованно вздохнув, горько усмехнулась:

– А я-то думала, это Джек. Звонит узнать, все ли у меня в порядке. Какая же я идиотка!

– Вовсе нет, даже напротив, – сказала Джейн.

– Как я теперь покажусь на репетиции? До сих пор я еще кое-как справлялась, потому что мы были просто в разводе. Но теперь? – София покачала головой. – Завтра я туда не пойду. Не доставлю им удовольствия меня уволить. Уволюсь сама.

– Этот мужчина разрушил ваш брак, – заметила Джейн. – Стоит ли позволять ему рушить и вашу карьеру?

София рассмеялась и, вздернув бровь, спросила:

– И что же вы мне предлагаете? Идти туда и… играть?

– Почему бы и нет?

София снова