Степной удел Мстислава - Александр Дмитриевич Майборода

Тихон пожал плечами:

– Поединщики решили биться до смерти. Победитель должен был добить поверженного соперника ножом. Для этого разрешается иметь ножи.

– Пусть будет так, – сказал Семеон.

– Мы будем следить, чтобы поединок был честным, – заметил Тихон.

– Хорошо, – сказал Семеон.

Бояре вернулись в ряды своих войск и сообщили князьям о достигнутых договоренностях.

Мстислав стоял недвижно. Он был сосредоточен. Его взгляд был устремлен вовнутрь. Сообщение Тихона об условиях поединка он выслушал внимательно, хотя ничем не показал своего интереса.

Редедя слушал Семеона с легкой усмешкой на губах.

Тот еще не закончил говорить, как Редедя его перебил:

– Дело ясное – Мстислав сошел с ума. Только сумасшедший может решиться на поединок со мной.

Семеон осторожно заметил:

– Давид был меньше Голиафа, однако победил.

Редедя возразил:

– Давид победил Голиафа обманом. Но Мстислав – не Давид. Мы метать камни друг в друга не будем.

Семеон покачал головой:

– Мстислав сильный воин…

– Мстислав глуп, если решил со мной сойтись в единоборстве – даже волку не справиться с медведем, – рассмеялся Редедя. Он решительно шагнул вперед. – Хватит тратить слова попусту! Он сам избрал свою судьбу – так пусть же свершится избранное им!

На поле вышли бояре.

– Князь Мстислав готов, – сказал Тихон.

– Князь Редедя готов, – произнес Семеон.

Они подали знаки, и из рядов дружин вышли поединщики. Они сблизились. Но между ними еще стояли бояре.

– Пусть бог рассудит ваш спор, – сказал Семеон, и бояре разошлись, оставив поединщиков.

Впрочем, бояре отступили лишь на несколько шагов. Они должны были наблюдать за тем, чтобы поединок был честным, и вмешаться, если кто из борцов нарушит правила.

Редедя бросил на Мстислава взгляд.

Мстислав был хмур. Его волнение выдавал пот на лбу.

Редедя насмешливо спросил:

– Не передумал еще, князь? Тебе еще не поздно отступить и уйти.

Гигант Редедя мог вселить даже в самого храброго бойца страх – он был на голову выше любого, словно сам Эльбрус среди гор; он был в плечах широк, словно сама бескрайняя степь; мышцы бугрились на его теле, точно волны в бушующем море.

Закралось сомнение и в душу Мстислава.

Мстислав не мог уйти.

Даже самый верный дружинник не сможет простить своему вождю бегство с поля боя.

Да он и сам бы себя не простил.

Конечно, он потом собрал бы новую дружину. Но его душу, словно могильный червь, всю жизнь точил бы стыд за проявленное малодушие. Лучше было погибнуть, как герой, чем жить с клеймом труса.

– Не передумал, – коротко бросил Мстислав.

– Тогда готовься к смерти, – проговорил Редедя.

Он решил не затягивать исход борьбы. Он широко расставил руки и двинулся на Мстислава, чтобы обхватить его и раздавить.

Не слаб был Мстислав, но Редедя воистину был титаном.

Понимая, что в прямом противостоянии силой ему не устоять, Мстислав решил вести схватку, избегая тесного контакта.

Он перекрестился. И как только Редедя приблизился на расстояние досягаемости вытянутой рукой, Мстислав нанес противнику прямой короткий удар правой рукой, основанием ладони, в челюсть.

Удар попал в уязвимое место. Такой удар заставил Редедю покачнуться.

А Мстислав быстрым вторым движением добавил удар левой в область сердца.

Пока Редедя приходил в себя, Мстислав поднырнул под его руку и оказался сбоку от противника вне досягаемости его захвата.

Редедя быстро пришел в себя и, немедленно развернувшись, предпринял новую попытку войти в тесный контакт.

Но Мстислав не дал ему сделать это.

Он нанес резкие удары по локтевым сгибам вытянутых рук, чем на секунду парализовал их, и снова выскользнул.

Удары, которые нанес Мстислав, были чувствительными. Обычный человек уже был бы повержен. Но, такому сильному человеку, как Редедя, они показались комариными укусами – неприятными, но не лишающими сил к сопротивлению.

Тем не менее этих ударов Редеде хватило, чтобы сообразить, что соперник не так прост, как ему казалось.

Редедя был силен, но Мстислав нашел и использовал его слабое место – меньшую подвижность.

Дальше единоборство стало напоминать борьбу неповоротливого большого сильного медведя с ловким и гибким тигром.

Медведь пытался нанести сопернику сильный удар либо схватить его, лишив быстроты и ловкости, а тигр уклонялся, нанося не сильные, но чувствительные удары.

Мстислав бил Редедю по рукам. Когда удавалось – по туловищу.

Пару раз удачно попал в плечо.

Даже слабый удар в плечо вызывал резкую боль и онемение мышц.

Это лишало противника сил, но не выводило его из строя.

Так могло продолжаться долго.

Наконец наступил момент, когда оба противника выдохлись. Замахи Редеди были уже не такими мощными, но и Мстислав потерял ловкость. Его удары уже чаще не попадали в цель.

Это привело к тому, что в конце концов он пропустил удар Редеди в голову. Его счастье было, что Редедя уже выдохся. Но удар был настолько силен, что в голове Мстислава словно колокол загудел.

Глава 70

Мстислав понял, что если он не закончит схватку в ближайшее время, то он ее проиграет. Чтобы закончить схватку победой, требовалось нанести такой удар, который выведет Редедю из строя.

Но на сильный удар у Мстислава уже не было сил.

Правда, похоже, у Редеди также иссякли силы.

Они стояли друг против друга пригнувшись, словно два быка. Глаза заплыли синяками. Раны на теле